Парень уставился на проректора удивленно, но, к счастью, ничего не сказал.

— Отлично, тогда, думаю, я провожу наших гостей и тоже пойду, — кивнул архимаг. — Чарльз, рад был видеть.

Проректор кивнул и пробормотал пару дежурных фраз. У него тоже сегодня ещё было море дел. Но к баньши вечером он, пожалуй, заглянет. Заодно узнает, как продвигаются её исследования тёмного целительства.

Уже когда ощущение от мальчишки исчезло вдали, Джул привалилась к шкафу:

— Боги, ну почему именно проректор⁈

— Потому что он — тот ещё мастер появляться там и тогда, когда этого не нужно, и исчезать, когда он нужен, — совершенно серьёзно ответили ей.

Потом сородич отошёл к одному из столов, налил из графина воду и поставил чайник.

— Наверняка счёл меня тем ещё ловеласом… Ну и боги с ним. Слухи всё равно уже поползли, от кого-нибудь бы да услышал. Для малыша даже лучше, что это оказался именно он, а не ир Арвей или, не дай боги, ир Юрн. Ты, как я понимаю, заставила его серьёзно пересмотреть отношения к нам своим поведением в Лесах, так что парня он, даже если сообразит в чём дело, не выдаст. И, кстати, контроль у того лучше чем я думал.

— Согласна. Но учить его толком не учили: дар явно ещё нецелостный.

— Ты и его дар прощупала?

— Мне это не нужно. Я — целитель и работала, в том числе и с баньши, я просто знаю признаки разных состояний, отклонений и прочего. В том числе и стадий развития дара.

Вот теперь он посмотрел удивлённо и, кажется, даже с уважением. Едва ли не впервые.

Собственно так и было. Как-то он всё время умудрялся забывать, что она мало того, что старше его на несколько десятилетий, она ещё и дважды дипломированная целительница с немалым опытом работы. Как-то вот так выходило, что её незнание некромантии и неумение толком использовать даже возможности дара баньши (более сильного чем у него дара!) ставило её в его восприятии куда-то наравне со студентами. А может сказывалась внешность и то, что он слишком много времени провёл среди людей…

— И какие же там признаки? — поинтересовался скорее, просто чтобы что-то сказать, чем действительно интересуясь.

Джул начала перечислять, но тут раздался звонок на пару и мужчина спешно засобирался:

— Давай договорим вечером? У меня две лекции и потом несколько кафедральных дел.

— Пришлёшь призрака, как освободишься, — кивнула девушка.

— Выйдешь, запри дверь и сунь ключ за табличку с номером кабинета, — напутствовал некромант и сбежал.

Целительница осталась одна посреди лаборантской со шкафами, разумеется, заполненными материалам для практик, читай упокоенной нежитью, и с закипающим чайником.

Наверное, стоило бы просто тот выключить и уйти, но вместо этого она плеснула кипятка в чашку со сколом, в которую собеседник уже успел налить заварку, и опустилась на стул. Сначала она посидит и дождётся, когда немного схлынет адреналин от произошедшего, а малыш-баньши точно уберётся восвояси. Ну или туда, где они с личем остановились.

За всю дорогу до дома со служебными квартирами Инар не проронил ни слова. Даже на предложение зайти за пирогом в таверну только пожал плечами. Юджин уже начал беспокоиться, не обидел ли его ненароком проректор МАН.

— И как тебе экскурсия по академии? — поинтересовался он, когда они вошли в квартиру, переоделись и лич поставил греться суп.

— Много нежити. Очень, — парень поёжился. — Она там просто везде!

Юджин обозвал себя идиотом. Стоило подумать об этом прежде чем отпускать его с ир Вильосом. Но пока они просто шли по МАН и потом беседовали о делах, учебнике и прочем, Инар не выказывал беспокойства, он и расслабился.

— Ты в порядке?

— Да. Просто это жутко. Понимаешь, что потеряешь контроль и… всё.

— Но ты же удержался? — попытался подбодрить воспитанника лич.

— Если б нет, проректор бы точно молчать не стал. Но вот в кое-чём в другом, похоже, я прокололся. И я почти уверен, он понял, кто я. Только почему-то не спросил. Почему, дед? — мальчишка выглядел растерянным.

Путём нехитрых расспросов ир Сармати выяснил всю последовательность событий, но это озадачило ещё больше. Вот чего, а наличия в академии взрослой баньши он не ожидал. И ведь, судя по всему, проректор о ней знал, оттого и такая реакция…

— Я поговорю с ним о ней, — пообещал лич. — Что до того, почему не спросил, думаю, всё очевидно: не захотел выдавать тебя архимагу. Возможно, из-за той баньши, возможно, ещё по какой-то причине. Но тебе явно стоит с ней пообщаться, я давно хотел найти для тебя кого-то из взрослых сородичей, они явно лучше меня смогут объяснить, как управляться с даром. Глупо не воспользоваться шансом.

— Она страшная. Ну, ощущается страшной. Сильная очень.

— Тогда зачем ты к ней понёсся?

— Сам не знаю. Просто вдруг почувствовал, что должен найти и узнать. Это знаешь, как когда идёшь ночью в холод по лесу, а потом вдали видишь огонёк и понимаешь, что там тепло.

— Аналогия понятна, ситуация нет. Но мы с этим разберёмся.

До Джул в этот день проректор так и не дошёл: под вечер навалились дела, какие-то бумаги, все как одна срочные, а потом ир Арвею вздумалось именно сегодня испытать свою идею с верёвкой между окнами башен. То, что этот вопрос надо как-то решать ир Вильос был согласен — бегать по лестницам и ему, и ректору, и их секретарям давно уже надоело, на почтовых призраков резерва не напасёшься, а заводить ради этого высшего духа как-то глупо.

Но магистр некромантии думал о каком-то ином способе, не настолько… детском. Вот только ректор явно был настроен его испытать. Даже где-то нашёл веревку нужной длины. Оставалось её натянуть, привязать, а затем протестировать и доработать этот способ транспортировки, чтобы тот был безопасен: корзина, если натянуть неровно, вполне могла и вышибить стекло, и перевернуться, хорошо если просто на крышу, а не кому-то на голову… В общем вечер прошёл за контролем зомби-птиц, скелетов-верхолазов и наладкой собственно процесса переправки корзинки.

Теоретик даже продумал как сделать, чтобы веревкой можно было управлять, а корзинка не переворачивалась. Для этого правда потребовалась большая длина и в итоге веревка оказалась просто жутко длинной. Настолько, что, кажется, можно было спустить с башни и достать до земли так, чтобы ещё осталось. И ведь не тоненькая. Хорошо ещё в качестве птиц-носильщиков ир Арвей выбрал несколько хищных, способных такое в принципе поднять. Но вот веревка замерла около окон, ир Вильос переключился на скелета и им накинул петлю на штырь для всяких растяжек, протянул лебедку в окно и закрепил на вешалке. Ректор тем временем связал и магией срастил концы. С небольшим запасом, чтобы можно было отрегулировать.

А вот дальше начались сложности: ровно натянуть не выходило. Некроманты уже замерили высоту от подоконника и договорились о той, но всё равно наклон оставался. То ли башни были чуть разной высоты, то ли сказывался рельеф местности, то ли просто окна вставили не симметрично… В итоге корзинка, стоило её отпустить, устремлялась по наклонной прямо в окно проректора.

Зашедшая за мужем супруга, пронаблюдав очередную попытку наладить сообщение, давясь смехом, посоветовала привязать верёвку ещё чуть выше.

— И она просто вынесет мне уже эту часть стекла, — мрачно предрёк проректор, но поманил скелет. — А секретарь будет прыгать.

— Тебе уже всё равно менять стекло целиком. Что до секретаря, то это всё же лучше, чем штурмовать башни.

— Тоже верно, — и снова настроился на контроль скелета.

Закрепил на другой штырь, благо тех вбито было с хорошим запасом, привязал, заставил нежить забраться обратно в приёмную и тогда уже посмотрел на едва ли не сползшую на пол Аделию.

— Что теперь-то не так⁈

— Надо… было… снять корзинку! — сквозь истерический смех указали ему на противоположную башню. Сейчас наклон, видимо, шёл в пользу проректора. Корзинка, улетевшая по веревке, закрывала дыру в окне уже ректорской башни.