А ситуация, если в ней разбираться, была та ещё, и Леону с Крейгом он уже высказал всё что думает на этот счёт. Подработка без надлежайшего оформления бумаг на зачистку, без письменного договора, со всем из этого вытекающим. Сокрытие обнаруженного факта повышения фона на отдельно взятом складе и факта наличия там встающей нежити. И к тому же ещё повторяемость всего этого, всё усугубляющая! Нарушение внутренних инструкций МАН, правил проверки мест с повышенным фоном, уложений о работе некромантов и боги знают чего ещё! И это в Астаресе, где подобное вполне тем более могло обернуться нешуточными проблемами и не факт ещё, что не обернётся.

Проректору пришлось очень постараться, чтобы убедить начальство замолчать это всё и уберечь парней от, как минимум, дисциплинарной комиссии. Та, даже если бы дело не дошло до передачи дела судебной комиссии Совета, с гарантией поставила бы на защите боевиков крест, да и Нику на аспирантуре тоже. Но лишать МАН толковых некромантов из-за того, что те по молодости влезли, куда не стоит и наломали дров, было не в интересах академии, и ир Юрн и ир Арвей это тоже понимали, наверное, только потому и согласились. Ограничились выговорами и наказанием. Нику то тоже в перспективе светило, просто ир Вильос не стал передавать его через третьи руки, тем более, пока тот поправляется. Хотел сделать внушение сам.

Он как-то не рассчитывал, что его потенциальный аспирант по возвращению в МАН из Астаресы почти сразу соберёт вещи и уедет на поиски работы, а более того, пусть не с первой-второй попытки, но найдёт её уже достаточно далеко от столицы! Он вообще думал, что ир Сортай возьмёт его лаборантом, всё же в этом году увеличен был не только набор прикладников, но и количество ставок на кафедре. Но то ли Ник эту возможность прошляпил, то ли Себастьян замотался и о нём не подумал, то ли подсуетился кто-то из преподавателей и пристроил лаборантом кого-то своего… Результат был один: парень умчался на поиски лучшей жизни, и изменить что-то уже было не в силах Чарльза. Он бы на месте Ника, найдя что-то подходящее и с адекватными условиями, особенно до того помотавшись, уже не сорвался бы обратно.

— Что скажете? — завершила рассказ вопросом девушка.

— Что вы поспешили, — проректор в ходе рассказа всё больше мрачнел.

Такой ответ её явно удивил.

— С чем именно? Выводами о тех, кто не пишет в вакансиях, что им нужен некромант с опытом работы, а потом так заявляет, или о тех, кто на самом деле ищет два в одном?

— Нет, с этим как раз вы правы. Подобное совершенно никуда не годится и вы правильно сделали, что сказали Тесле уточнить это в вакансиях. Со спешкой я имел в виду другое, вот только сейчас переигрывать в любом случае уже поздно. Главное, что Кьяр нашёл устроившее его место. Годик поработает, приобретёт опыт, тот в любом случае пригодится, а там уже будет понятнее. — Вздохнул: — И нет, ир Росси, я не мог сделать для него исключение и собрать комиссию повторно. Это и соблюдение правил академии, и банально равные для всех условий — второй раз кто-то из преподавателей не сможет, состав получится иным, времени на подготовку при более позднем экзамене больше… В качестве исключений комиссию повторно за всю известную мне историю МАН собирали считанное количество раз и там случаи были уважительные. Намного более уважительные.

— Я и не собиралась спрашивать про повторный сбор комиссии, — серьёзно заверила уже третьекурсница. — Ник сам пропустил экзамен. Пусть обстоятельства сложились так, что они застряли там, независимо от него, виноват в том, что оказался не в столице, он сам. Это осознаём и он, и я. Просто то, что ему пришлось уехать, неожиданно и обидно.

— Согласен. Но мы с вами с этим уже сейчас ничего не можем сделать, — поморщился магистр. И кто бы знал, как этот факт его сейчас раздражал!

После этого он сосредоточился на еде и, наверное, ей стоило бы уйти, но Иль колебалась. А потому медленно пила чай, стараясь растянуть его остатки так, чтобы это выглядело прилично.

Наконец решилась:

— Знаете, кроме Ника мне обидно за Теслу. Она ведь защитилась. Да, документов ещё нет, но защита прошла успешно, все её поздравляли, хвалили. И она столько ради неё сделала, но… так и осталась лаборанткой. С какими-то преподавательскими часами, но лаборанткой. И, может, тут ей бы самой стоило пошевелиться, но я могу её понять: обидно, когда вот так, сначала хвалят, но дальше слов дело не движется и фактически ничего не меняется.

Ир Вильос медленно отложил вилку. Надо было отдать менталистке должное, момент она подобрала крайне удачный. Интуитивно, просто случайно, банально неплохо его изучив или даже воспользовавшись чем-то из арсенала своей специальности, сейчас было не важно. Он, раздосадованный отъездом Кьяра, теперь точно не отложит вопрос с Теслой на потом. Тем более что ир Серде он на её счёт предупреждал ещё, кажется, весной, если не осенью. И если тот не сделал даже попытки учесть это — а он, похоже, не сделал, он определенно заслуживает того, чтобы ему об этом напомнили и забрали у него перспективного молодого магистра. С увеличением набора найдутся для неё часы и у прикладников, и у боевиков, да и не только у них. Но сперва, конечно, он поговорит с самой Теслой. И сделает это прямо сейчас.

Но сначала стоило сделать ещё кое-что.

— Вы очень правильно сделали, что мне об этом сказали, ир Росси, — заверил он менталистку.

Тор вырубился почти сразу как лёг. Но спал приятель чутко, так что Тео медленно и неторопливо закрыл учебник и сполз с кровати так, чтобы она не заскрипела. Стараясь ненароком не наступить на особо «мелодичную» доску, добрался до шкафа, схватил первую попавшуюся рубашку и уже с ней прокрался до двери. Петли он накануне смазал, так что она не скрипела. Но и, оказавшись в коридоре, расслабляться не спешил. Сначала медленно и аккуратно закрыл дверь, отошёл от комнаты, перевёл дух, а потом уже поспешил к однокурснику, у которого оставил всё необходимое. Тот, к счастью, ещё не спал.

— Что за конспирация? — поинтересовался он у Тео, выдавая сковородку, масло и сумку с картошкой.

— Долго рассказывать, — тяжело вздохнул менталист.

Волею коменданта и кузена его переселили, как и грозились, в угловую комнату на верхнем этаже, чтобы, если что, страдал уже только чердак. Сосед с ним переезжать отказался и подселили бы к Тео кого-нибудь из перваков или недовольных соседями некромантов, если бы не внезапное согласие переехать от Тора.

Вот только с жизнью в одной комнате с приятелем оказались свои подводные камни, и очень правильная диета была, может, и не самым из них жутким, но раздражающим не меньше утренних пробежек и зарядки. Боевой некромант, оказывается, был ярым сторонником здорового образа жизни. И так-то Тео не видел в этом ничего плохого, и сам собирался начать делать зарядку, но не сейчас, а когда-нибудь потом. Вот только Тор, услышав это явно неосмотрительно высказанное замечание, тут же загорелся идей и заявил, что можно делать зарядку и бегать вместе. Тео попытался отказаться, но куда там?..

С готовкой тоже обнаружились побочные эффекты. Тор решил, что за лето на бабушкиной стряпне набрал слишком большой вес и волевым решением выкинул из своего меню всю вредную, но безумно вкусную высокоуглеводную еду, а на Тео, ту себе готовившего, смотрел так, что тому кусок в горло не лез. А между тем хотелось банальной калорийной и вкусной жаренной картошечки.

Почти неделю после их переезда менталист держался, но потом воспользовался оказией и тем, что пары у них заканчивались в разное время, купил всё необходимое и вручил на хранение однокурснику. А сегодня собирался наесться как следует, для того и выжидал.

Уже в процессе чистки картошки Тео вспомнил, что про соль совершенно забыл, метнулся к однокурснику, но тот, похоже, уже спал, причём с активным артефактом. Пришлось идти искать кого-нибудь из знакомых, кто ещё не лёг. Это оказалось не так сложно: третий курс алхимиков бурно разбирался, кто и что именно слил в раковину на кухне. Менталисты и некроманты, живущие по соседству, негодовали, возмущенные тем, что на кухню теперь не зайти, в общем на втором этаже было шумно.