Ксавьер и Лиз ловко маневрировали между наигранной нежностью и легкими подколами, поддерживая иллюзию, которая стала чем-то вроде школьной легенды – красивой истории любви.

Порой Лиз даже казалось, что эта «фальшь» выглядит натуральнее, чем настоящие отношения других пар. Она даже задумывалась о том, не перерастут ли однажды их липовые наигранные чувства в настоящие. Но она быстро отбрасывала эту мысль. Ксавьер Данмор был слишком хорошим другом, чтобы его терять, испортив доверительные отношения ненужной обоим романтикой.

Кроме Ксавьера у Лиз не было никого, с кем бы она могла быть настоящей. Даже в «Лаборатории стиля» среди своих подопечных она ощущала себя как на войне, в которой нужно одерживать победу в каждой битве и случайно не подорваться на мине. Лиз была уверена – женской дружбы не существует.

– Я был занят, – промурчал Ксавьер, наклонившись к ушку Лиз и играя с прядью ее волос. Кажется, в паре метров от них две школьницы помладше были готовы упасть в обморок от этой сцены.

– И чем же? – выгнула бровь Лиз. – У тебя сегодня нет заседания клуба. Только не говори, что решился взять за учебу – не поверю.

Ксавьер обладал даром, которому Лиз всегда завидовала – учеба давалась ему настолько легко, что ему хватало одного раза прочитать параграф, чтобы запомнить все даты, формулы и значения. Ксавьер мог бы стать гордостью старшей школы Лостшира, но он предпочел перебиваться средними баллами и готовить домашнее задание исключительно после звонка на урок.

– Мне нужно было провести один анализ в лаборатории, мисс Глисон разрешила поработать на перерывах.

Выражение лица Лиз просияло:

– А я уж подумала, ты меня избегал.

Пожалуй, химия была единственным предметом, который действительно интересовал Ксавьера. Сколько Лиз помнила, он всегда тянулся проделать какой-нибудь опыт или провести эксперимент. Однажды, Ксавьер случайно прожег дыру в паркете своей комнаты и передвинул кровать, чтобы ее замаскировать. Райан Данмор – его отец – так и не узнал, что его дорогой пол из мореного дуба испорчен. Он очень гордился тем, что ему удалось достать редкую древесину, пролежавшую сотни лет на болотах Вад, приобретая темный цвет. Поэтому и Лиз, и Ксавьер были уверены, что, узнай Райан о неудавшемся эксперименте, слег бы с инфарктом.

Однако, эта неудача не остановила Ксавьера, и он продолжил смешивать растворы и реагенты, только уже в школьном клубе «Химия для жизни», который, собственно, и основал. Деятельность клуба была сфокусирована на практическом применении химии в повседневной жизни. Члены клуба – сплошь задроты-отличники – изучали химические процессы в приготовлении пищи, косметике, медицине и других областях.

И это было прикрытием Ксавьера.

Помимо сомнительных опытов и экспериментов, которые нередко приводили к тому, что школу оглушала пожарная тревога, Ксавьер искал токсины в косметике бренда «Эликсир сияния», который создал Райан Данмор. О мировом признании пока не шла речь, но в Англии о бренде знала каждая вторая женщина. Косметика, создаваемая в лабораториях Райана Данмора, успешно расходилась от подростков до старушек и была на слуху из-за своей эффективности.

Поэтому Лиз была удивлена, почему Райан еще не переехал вместе с сыном в Лондон. Это было бы логично, учитывая, что Данмор-старший проводил там больше времени, чем в Лостшире.

«Эликсир сияния» славился тем, что продукция соответствовала ожиданиям: кремы разглаживали морщины, лосьоны возвращали коже упругость, маски дарили свежесть и отбеливали кожу, помады дарили эффект увеличенных губ, а от туши ресницы становились пушистыми и длинными. Райан Данмор гордился своим детищем и всегда утверждал, что секрет успеха – в его подходе: никакой дешевой химии, только инновационные формулы и естественные компоненты.

Но именно это и вызывало у Ксавьера подозрения.

– Таких чудес не бывает, – не раз говорил он Лиз, закрывая очередной учебник по органической химии. Слишком много раз в жизни он видел, как за громкими заявлениями скрывались темные секреты. И хотя у него не было доказательств, он был уверен, что в лабораториях отца используется что-то, о чем никто не знал. Возможно, что-то запрещенное. Вероятно, токсичное.

Эти подозрения и стали причиной раскола между ними. Райан не понимал, почему собственный сын вместо того, чтобы поддерживать семейный бизнес, упорно искал в нем недостатки. Для него это было предательством. Он перестал финансировать химический клуб Ксавьера, объяснив это тем, что не собирается поддерживать деятельность, которая направлена против него самого. Ксавьер же считал, что отец просто боялся правды.

Лишившись средств, Ксавьер оказался в сложной ситуации. Он не мог остановить свои исследования, но без вложений отца было затруднительно их продолжать.

Помощь появилась неожиданно – в лице молоденькой учительницы химии мисс Глисон, которая совсем недавно получила работу в старшей школе Лостшира. Ее поразило рвенье Ксавьера к проведению опытов, поэтому Лиз не удивилась, когда он обаял мисс Глисон и заручился ее поддержкой.

– Нашел что-нибудь? – выгнула брови Лиз.

– Нет, – удрученно мотнул головой Ксавьер и добавил: – Пока нет.

Лиз ожидала этот ответ. Она уже давно смирилась с этой озабоченностью Ксавьера и просто ждала, чем же все это закончится. Лиз питала надежду, что Ксавьер найдет с отцом общий язык и оставит в покое поиск компромата на семейный бизнес. И, что главное, Лиз больше не понадобится скрывать от Ксавьера, что она пользуется косметикой от «Эликсира сияния». Когда он увидел у нее блеск для губ, выхватил прямо из рук и швырнул о мраморный пол на втором этаже школы. Он четко дал понять, что «Эликсир сияния» в сумочке Лиз – чистой воды предательство. А после этого Ксавьер провел полуторачасовую лекцию «Почему Элизабет Стэдлер не должна пользоваться этой косметикой». Под конец Лиз всерьез обеспокоилась тем, что Ксавьер заговорил на другом языке, неизвестный человечеству – она ничего не смыслила в химии и разбиралась разве что в химической завивке волос.

– Что ж, – Лиз взяла Ксавьера под локоть, – раз мы оба свободны, предлагаю посидеть в «Тыквенном фонаре» и обсудить маленькую и изящную месть «ведьмам».

Новости, анонсы, мемы, книжные обзоры, интересные факты и многое другое на авторском канале t.me/Neklit_AK

Лиз пробежалась взглядом по меню. Почувствовав на себе пристальный взгляд, она отложила его в сторону.

– Что? – выгнула она бровь, глядя на Ксавьера.

– Почему мы не могли просто сходить в ресторан к Теодору? Он всегда нас зовет и обещает накормить бесплатно.

Лиз прищурилась:

– Тебя что, опять лишили карманных денег? Я заплачу.

– Дело не в этом, – поморщился Ксавьер. – Просто не понимаю.

Лиз закатила глаза:

– А почему ты стремишься угробить бизнес отца?

Ксавьер молча вернулся к меню. Он всегда твердил о токсинах, не смотря на многочисленные исследования, подтверждающие, что «Эликсир сияния» не использовал вредные вещества. При этом Ксавьер ни разу не назвал Лиз ни одной причины, по которой он упорно кусал руку, которая его кормила. Если он когда-нибудь угробит «Эликсир сияния», то лишит отца дохода, а себя – его финансовой поддержки.

Лиз улыбнулась подошедшей Николь с блокнотом в пухлых руках. Она была невысокой и полной девушкой, но Лиз всегда тепло относилась к ней. Она восхищалась ее харизмой и способностью быть искренней в каждом жесте, в каждом слове. Николь никогда не казалась Лиз той, кто прячется за маской или пытается соответствовать чужим ожиданиям. Это, возможно, и было для Лиз самым странным: как человек без показного лоска мог быть настолько… настоящим и красивым душой, а не только внешне.

Николь поправила выбившийся локон светлых волос и подмигнула, приветствуя их:

– Лиз, Ксавьер! Самая сладкая парочка старшей школы определилась с заказом? Могу что-нибудь порекомендовать? – спросила она, и в ее голосе слышался добродушный интерес, будто ей действительно было важно, что они выберут.