Лорд Гройсарн неожиданно возмутился:

— Мы — воины, Лера, а не изнеженные мамины сыночки. Нам и не в таких условиях приходилось жить и даже выживать — неделями, а иногда и несколько месяцев кряду.

— Простите, не хотела вас задеть! — тут же повинилась я. — Просто… вы ведь дипломаты. А дипломатия, как я думала, это всегда что-то пышное и торжественное.

— Военные дипломаты чаще видят изнанку миров, с которыми приходится работать, чем дворцы, Лера, — поспешил утешить меня Кай. — Даже на космических кораблях самых цивилизованных миров есть некоторое социальное деление: на верхних палубах, где обитают офицеры-командиры, все роскошно и чисто, но стоит заглянуть в один из отсеков на нижних палубах, и открывается совсем другая картина.

— Ничего себе! — удивилась я. — Мне казалось, в космосе все равны, а грязь в принципе недопустима — ни на одной из палуб!

— Это в идеале, а он — недостижим, — подключился к разговору Вейсарн, тоже улыбаясь. — Кстати, наш Гройс отлично готовит, причем порой из самых экзотических продуктов!

— Интересно было бы попробовать! — Я послала молчуну-гиганту теплую улыбку, от которой он сразу повеселел и посветлел лицом. — Можем устроить пикник на природе, например, в парке неподалеку от моего жилого комплекса. Там есть подходящее местечко. Можно развести костер и готовить на живом огне.

— Это замечательная идея, — кивнул Вейс. — Мы подумаем, как ее встроить в наш график на ближайшие два дня.

В тот момент мне и в голову не пришло поинтересоваться, куда так торопятся лорды. Я лишь радостно кивнула и приступила к горячему.

— Увидимся вечером, — закончив обедать и прощаясь с мужчинами, пообещала я, вновь удивляясь тому, с какой радостью они воспринимают мое обещание не оставлять их на ночь. — Ждите меня к восьми часам.

Вейс в ответ сжал мою руку чуть сильнее, чем обычно, и его взгляд на миг стал серьезным, почти тревожным.

— Лера, будь осторожна, — тихо сказал он. — Возвращайся прямо домой, хорошо? Не задерживайся нигде.

Его внезапная забота тронула и слегка смутила меня. Я восприняла это просто как проявление внимания.

— Не волнуйся, я просто заеду в офис и сразу домой.

После этого, как и было намечено, мы с лордами все же расстались: они на служебном флае сиалы Велемины отправились в Совет, а я поработала еще часок на стройплощадке. Потом заехала в офис, отчиталась перед начальником и отправилась домой: готовиться к вечернему свиданию.

Времени до восьми вечера было много, и мне захотелось пройтись через тот самый парк, о котором я говорила лордам. Там, в центре парка, находилось то, что я хотела бы им показать: фонтан двухсотлетней давности. С разрешения администрации парка, за свой счет и в свободное время, я потихоньку реставрировала этот фонтан, мечтая, что однажды он заработает снова. Я вложила в него столько сил и души, вычищая каждую трещинку, подбирая оттенки смальты для мозаики, что он стал для меня почти живым.

И теперь, остановив таксофлай у входа, я пошла пешком, наслаждаясь спадающей к вечеру жарой, тишиной и уединением: в парке в будний день в пять вечера было довольно безлюдно.

Чашу фонтана я увидела едва ли не с середины аллеи, по которой шла, и мне даже издали стало ясно: что-то не в порядке. С фонтаном что-то случилось. Я ускорила шаг, почти побежала. А когда вышла на площадку, то едва не взвыла в голос от ужаса, возмущения и недоумения, сдавивших горло: фонтан был почти разрушен.

Чаша, выложенная цветными кусочками смальты, оказалась покрыта выбоинами размером с мой кулак. Скульптурная композиция в центре — стерта в пыль. А тщательно отполированный мной до глянцевого блеска каменный шар, который изображал то ли ядро атома, то ли центральную звезду галактики, и вовсе исчез!

Я огляделась по сторонам. В кустах за одной из скамеек мне привиделся блеск — так мог поблескивать тот самый шар. Я обошла чашу фонтана, скамью и полезла в кусты.

Откуда взялись сильные мужские руки, внезапно накрывшие мое лицо влажной тканью с острым медицинским запахом, я так и не поняла. Да я вообще ничего не успела понять! Отключилась раньше, чем осознала происходящее. Последней моей связной мыслью была мысль о лордах. «А как же они?» — хотела спросить я, сама не зная у кого. Но и этого сделать не смогла, потому что мой разум поглотила тьма.

Лорд Вейсарн. Тренгорн. Арригоса

Еще до встречи с пери и до пробуждения дополнительных пси-способностей я был не просто аналитиком и стратегом, а еще и хорошим интуитом. И в этот день интуиция изо всех сил кричала мне, что не стоит отпускать Леру от себя ни на шаг. Нельзя расставаться с ней даже на миг.

И впервые в жизни я свой внутренний голос не услышал. Принял его шепот за обычное для лордов, проходящих стадию формирования связи, нежелание расставаться со своей пери. За инстинктивный страх боли, которая слишком быстро накатывала в отсутствие единственной женщины, способной стабилизировать наши с побратимами пси-потоки. И задвинул тревогу в самый дальний уголок сознания. Так глубоко, что даже Кай с его эмпатией ничего не почуял.

В здание Совета мы вошли бодрым шагом: наши пси-потоки были стабильны. Мы успели окрепнуть, прийти в себя и восстановить силы рядом с нашей пери. Побратимы были настроены на деловой лад. Я — тоже. Нас встречал дроид-секретарь, посланец сиалы Велемины. Убедившись, что мы — это мы, он повел нас на второй этаж, где в одном из залов планировалось заседание Комиссии по развитию совместных космических программ Сэйрана и Арригосы.

И буквально в десятке шагов от входа в зал заседаний нам навстречу попалась сиала Деланита! Нарочно или случайно — трудно сказать. Но, заметив нас, она тут же заулыбалась — так приветливо и радостно, что стало страшно. Так радуется добыче оголодавшая хищница.

— Сиятельные лорды, рада приветствовать! — Она остановилась, и мы, следуя правилам вежливости, вынуждены были остановиться тоже. — Как удачно мы с вами встретились. Я только что получила отчет по ЦКИ. Смотрю, в проекте намечаются изменения. Надеюсь, госпожа Клэр не слишком загружает вас своими… проблемами?

— Мы справляемся. Благодарим за участие. — Я был предельно холоден и вежлив: лучшая стратегия с такими, как она, охотницами за статусными мужчинами.

Однако взгляд Советницы Деланиты, казалось, был исполнен искренней заботы. Она поправила уголок воротника-стойки, который слегка врезался ей в нежную кожу шеи, и сочувственно улыбнулась.

— Тем не менее, я всегда готова помочь и поддержать, — проворковала она кротко.

Вообще, сегодня она выглядела скромнее и проще обычного: строгие брюки приглушенно-синего цвета плотно облегали ее крепкие бедра, короткая приталенная блузка белого цвета освежала моложавое лицо. На лице имелся самый минимум макияжа, а волосы были собраны в строгий, но изящный пучок почти у самой шеи.

Я бы даже повелся на все эти ухищрения, если бы не Кай.

— Вейс. Она полна злорадного торжества. Будто празднует победу над нами. Мне плохо от грязи, которой полны ее эмоции. Уведи меня скорей, — пробормотал он мне на ухо едва слышно.

— Мы благодарны за заботу, сиала, но у нас запланирована встреча. Мы не смеем вас больше задерживать, — скороговоркой отозвался я и потащил Кая к ближайшему санитарному блоку, рассчитанному на двоих. Мы уже не обращали на Советницу никакого внимания.

Гройс встал на стражу у дверей, чтобы нас никто не потревожил: замка у двери, ведущей в комнату с рукомойниками, не имелось.

Кай сунул голову под кран с холодной водой и несколько минут стоял так, пытаясь избавиться от тошноты. Наконец, его отпустило.

— Жаль, что ни у кого из нас не проснулась способность читать чужие мысли, — проговорил он, полоская рот водой из-под крана. — Я чувствую, что она считает нас своей добычей. Уже пойманной и освежеванной. Знать бы, что это значит.

— Я бы тоже очень хотел знать, что это значит, — признался я. — А еще меня не отпускает беспокойство за Леру. Зудит, как комар, и никак не отогнать.