Это была его семья. Его Инфернальный Двор.

— Господа, мы официально признаны, — бархатный голос Змея был пропитан искренним, темным восторгом. — Империя капитулировала перед нашей полезностью. Восток склонился перед нашей силой.

Аларик посмотрел на поднимающееся над цехами бледное весеннее солнце.

— Стартер, организуй уборку территории. Аристарх, забирай самые интересные экземпляры в Сектор Ноль. Аридан… подготовьте свои войска к передислокации. Завтра мы начнем перекраивать логистические карты мира.

Трикстер изящно предложил локоть Екатерине.

— А мы с вами, моя дорогая чемпионка, кажется, планировали обсудить ваш отпуск на южных островах. Учитывая, что я только что приобрел парочку портовых городов на побережье, выбор отелей у нас теперь практически безграничен.

Биатлонистка рассмеялась и уверенно взяла князя под руку. Лед и Пламя. Бездна и Честь. Игра в столице завершилась полной, безоговорочной победой, но в глазах Теневого Владыки уже загорался азарт новых, еще более грандиозных партий. Дракон пробудился, и теперь весь мир должен был научиться жить в его тени.

Панорамные окна роскошной каюты воздушного крейсера «Затмение» открывали захватывающий вид на бескрайний океан. Эфирные двигатели работали абсолютно бесшумно, неся судно сквозь пушистые облака к восточным границам Империи.

Екатерина, сменившая жесткий тактический костюм на струящееся шелковое платье цвета морской волны, грациозно покачивала в руке высокий бокал с ледяным шампанским. Биатлонистка бросила насмешливый взгляд на своего спутника, который даже на высоте десяти тысяч метров не желал расставаться с образом безупречного столичного денди.

Аларик гада Рус, облаченный в светлый льняной костюм, вальяжно раскинулся в кожаном кресле. Перед Теневым Владыкой в воздухе висели несколько полупрозрачных голографических экранов, испещренных столбцами цифр и иероглифов.

— Признайся, Трикстер, — Катя сделала легкий глоток, прищурив льдистые глаза. — Твое понятие «отпуска на южных островах» немного отличается от общепринятого. Большинство людей берут с собой крем от загара и купальники. Ты же взял личного некроманта в трюм, две сотни вооруженных головорезов и финансовые отчеты трех криминальных синдикатов.

Бывший криминальный гений небрежным взмахом руки свернул голограммы. Взгляд его темных глаз скользнул по точеной фигуре девушки, задержавшись на глубоком вырезе платья.

— Моя дорогая чемпионка, лежать на песке и жариться под солнцем — удел тех, кому нечего контролировать, — бархатный голос юного князя наполнил каюту интимной, дразнящей теплотой. — К тому же, мы летим в Жемчужную Гавань. Это крупнейший свободный порт Востока. Я не мог оставить без присмотра свою новую империю. Аристарху Львовичу жизненно необходимы редкие яды из тропических джунглей, а Стартеру… Стартеру просто полезно сменить климат. Говорят, соленый воздух благотворно влияет на кибернетические суставы.

Спортсменка тихо рассмеялась, подходя ближе и опускаясь на подлокотник его кресла.

— Ты неисправим, Аларик. Но я должна признать, этот летающий дворец мне нравится больше, чем промерзшие огневые рубежи биатлонного комплекса.

Манипулятор плавно перехватил ее свободную руку, запечатлев на тонком запястье легкий поцелуй.

— Это лишь малая часть того комфорта, который мы заслужили, разгромив армию узурпатора. Но прежде чем мы перейдем к дегустации экзотических коктейлей, нам предстоит небольшой протокольный ужин.

— Снова будем убивать аристократов? — в голосе Кати промелькнула искренняя надежда, заставившая Змея внутри интригана одобрительно зашипеть.

— На этот раз обойдемся без столичного снобизма. Нас ждут оставшиеся главы Пяти Семей, — Трикстер поднялся, поправляя манжеты. — Лондонские банкиры по сравнению с ними — невинные младенцы. Лонгвей увел на убой тысячу бойцов, но на местах остались патриархи кланов, которые контролируют порты, торговлю шелком и контрабанду эфира. Они видели свет моей Печати, но они хотят посмотреть в глаза гайдзину, который осмелился назвать себя их Императором.

Воздушный крейсер начал плавное снижение. За окнами показались очертания Жемчужной Гавани — невероятного мегаполиса, где древние пагоды с изогнутыми крышами соседствовали с исполинскими небоскребами из стекла и неоновых рун.

На посадочной платформе личного терминала Багрового Лотоса их уже ждали.

Едва трап коснулся земли, как Аларик и Екатерина сошли вниз. Почетный караул из сотни синоби в парадных одеяниях рухнул на колени, синхронно склонив головы. В конце живого коридора стоял Аридан. Голова Дракона прибыл сюда сутками ранее, чтобы подготовить почву. Старый Грандмастер облачился в церемониальные доспехи из черного лака, а на его поясе покоились всё те же смертоносные танто.

— Мой Владыка. Госпожа, — Аридан отвесил глубокий поклон, не скрывая искреннего уважения к ледяной деве, чья винтовка прикрывала его спину в столице. — Гавань приветствует вас. Главы Семей ожидают в Павильоне Падающей Воды.

— Они нервничают, Наместник? — поинтересовался бывший парижанин, подавая Кате локоть.

— Они сомневаются, князь. Для них вы — чужак, получивший власть благодаря случайности. Они не видели того, что произошло во дворе «Красной киновари». Патриархи считают, что Лонгвей пал из-за собственной самонадеянности, а вы — лишь ширма, за которой стою я.

— Как очаровательно, — улыбка Трикстера стала ледяной. — Люблю развеивать чужие иллюзии. Ведите, Аридан. Пора показать местной флоре, что такое настоящий шторм.

Павильон Падающей Воды представлял собой архитектурный шедевр, парящий над искусственным водопадом в самом сердце закрытого правительственного квартала Триад. Внутри, за низким столом из цельного куска полированного нефрита, восседали четверо мужчин почтенного возраста. На их шелковых одеждах золотом были вышиты гербы правящих криминальных династий.

Когда двери открылись, впуская Аларика, Екатерину и Аридана, патриархи даже не соизволили подняться. Лишь один из них — тучный старец с жидкой бородкой и пронзительными узкими глазами — снисходительно кивнул.

— Добро пожаловать на Восток, князь гада Рус, — голос старца, мастера Чэня, был пропитан скрытым ядом. — Мы наслышаны о ваших… коммерческих успехах в столице гайдзинов. Признаться, мы были удивлены, когда Голова Дракона решил передать священную Печать чужестранцу.

Аларик невозмутимо прошел к пустому месту во главе стола и элегантно опустился на парчовые подушки. Катя грациозно устроилась рядом, положив ногу на ногу и обведя патриархов оценивающим, откровенно хищным взглядом. Аридан застыл за спиной Трикстера, словно безмолвная, монументальная статуя бога войны.

— Власть, уважаемый Чэнь, не знает национальностей. Она знает лишь силу и эффективность, — мягко произнес Теневой Владыка, принимая из рук слуги крошечную пиалу с горячим саке. — А эффективность Лонгвея оставляла желать лучшего. Он испачкал мои ковры и потратил мое время. Пришлось его уволить. Окончательно.

По лицу второго патриарха, тощего мужчины со шрамом на щеке, пробежала судорога гнева.

— Вы дерзки для юнца, окруженного нашими людьми, — прошипел он, едва заметно постучав пальцами по столу. — Печать Пяти Семей — это не безделушка, которую можно выиграть в карты. Вы находитесь в сердце нашего мира. Ваши столичные пулеметы сюда не достанут. Если мы решим, что вы недостойны…

Он не успел договорить.

Катя, которая до этого момента казалась лишь красивым дополнением к властному господину, неуловимо дернула рукой.

Серебряная шпилька, украшавшая ее прическу, со свистом рассекла воздух. Раздался глухой стук и сдавленный, булькающий хрип. Тощий патриарх в ужасе уставился на свою правую кисть. Шпилька пробила ее насквозь, намертво пригвоздив к нефритовой столешнице, всего в сантиметре от скрытой кнопки вызова личной гвардии.

Биатлонистка даже не сменила позы. На ее губах играла вежливая, светская улыбка.