— Сосновый бор? — молодой князь взял документ двумя пальцами, демонстрируя крайнюю степень брезгливости, словно держал протухшую рыбу. — Тот самый неприметный лес, через который Министерство Путей Сообщения планирует прокладку новой стратегической магистрали техномагического эфира? Прямой канал, связывающий столицу с закрытыми восточными портами?

Корф поперхнулся воздухом и на секунду перестал дышать. Щуплый секретарь с громким стуком выронил перьевую ручку на паркет.

— Откуда… — начал было барон, но титаническим усилием воли заставил лицо принять прежнее снисходительное выражение. — Пустое, мой дорогой! Это всего лишь нелепые слухи. Смелые фантазии столичных инженеров, не имеющие ничего общего с реальностью!

— Конечно-конечно, исключительно беспочвенные фантазии, — Трикстер плавно поднялся и начал медленно прохаживаться по гостиной, заложив руки за спину. — Именно поэтому третьего дня в вашей усадьбе инкогнито ужинали два высокопоставленных чиновника из Департамента. И именно поэтому вы так невероятно спешили навестить «умирающего» соседа, прихватив с собой готовые дарственные.

Бывший хирург резко остановился прямо перед тучным бароном, слегка нависая над гостем. Взгляд латгальского наследника, еще минуту назад казавшийся сонным и утомленным болезнью, внезапно стал холодным и острым, как хирургическая сталь.

— Послушайте меня внимательно, Гавриил Степанович. Я искренне ценю ваш провинциальный артистизм. В театрах Монмартра вы бы имели оглушительный успех. Возможно, даже избежали бы гнилых помидоров. Но отныне мы будем играть исключительно по моим правилам. Вы прямо сейчас забираете свои жалкие бумажки, выплачиваете мне солидную неустойку за незаконное паркование вашего безвкусного рыдвана на моем историческом газоне и…

Аларик сделал мастерскую, леденящую душу паузу.

— … и можете даже не утруждать себя словами благодарности за то, что я не отправлю вашей уважаемой супруге анонимное письмо. Уверен, графине будет крайне любопытно узнать, чем именно занимается этот дрожащий молодой человек с вашей ненаглядной доченькой Лизонькой среди редких орхидей каждую среду.

В гостиной воцарилась абсолютная, звенящая тишина. Стало отчетливо слышно, как в подвальных помещениях методично капает едкий конденсат с магических труб. Барон Корф медленно, словно перезрелый томат, начал наливаться багровым цветом. Секретарь отчаянно вжался в стул, пытаясь мимикрировать под облезлые обои.

— Ты… ты… наглый щенок… — прохрипел сосед, судорожно сжимая набалдашник трости до побеления костяшек. — Ты хоть понимаешь, с кем решил тягаться? За мной стоят люди из Канцелярии! За мной — поддержка рода Долгоруких! А ты — нищий сирота в разваливающемся клоповнике!

— Я — гада Рус, Гавриил Степанович, — Аларик улыбнулся своей самой обворожительной, хищной улыбкой. — Мои предки пили вино с царями, когда ваши еще хвосты свиньям крутили. А лично я — Трикстер. И я только что открыл счет в этой занимательной игре.

Перед глазами вспыхнуло долгожданное системное уведомление:

«Внимание! Зафиксирован мощный всплеск негативной энергии. Концентрация страха и унижения от объекта „Секретарь“. Получено: 0.1 души. Желаете выставить на аукцион контракт на удачу барона Корфа? Цена: 10 душ авансом».

«Всему свое время», — мысленно осадил Систему расчетливый интриган. — «Сначала этот боров вернет всё, что украл у моей семьи. А затем его душа послужит прекрасным первым взносом за приличный артефактный клинок».

— Вон отсюда, — тихо, но с такой давящей властностью произнес хозяин усадьбы, что Корф невольно отшатнулся, едва не опрокинув столик. — Даю вам ровно две минуты, чтобы ваш экипаж исчез с моей земли. И передайте остальным «добрым соседям», что траурные мероприятия официально отменяются. Начинается праздник. И на этом балу я — единственный, кто будет заказывать музыку.

Когда за тяжело дышащим, разъяренным бароном захлопнулась входная дверь, Архип робко выступил из спасительной тени портьер.

— Ваше сиятельство… они же теперь вас со свету сживут. Корф не прощает публичных унижений. У него огромные связи, вооруженные наемники, личные боевые маги…

— Архип, друг мой, — Аларик подошел к бюро и одним легким, изящным движением смахнул стопку неоплаченных векселей на пыльный паркет. — У них есть полезные связи и грязные деньги. А у меня есть долги, которые я совершенно не планирую отдавать, и весь Демонический Рынок Мультивселенной за левым плечом. Поверь мне на слово, это гораздо более весомые аргументы в любом светском споре.

Трикстер снова перевел взгляд на мерцающий перламутровый интерфейс.

«Баланс: 0.1 души. Стал доступен базовый раздел: „Мелкие пакости и бытовые проклятия первого круга“. Желаете ознакомиться с ассортиментом?»

— С огромным удовольствием, — прошептал Аларик, и в его глазах вспыхнул опасный, озорной огонек. — Покажи-ка мне, что у нас припасено для любимых соседей.

Мерцающий интерфейс Демонического Рынка развернулся прямо в воздухе, послушно отзываясь на мысленную команду. Раздел «Мелкие пакости и бытовые проклятия первого круга» так и манил своими изящными, недорогими решениями. Баланс в одну десятую души не позволял разгуляться, призывая на голову обидчиков метеоритный дождь, но для старта этого было вполне достаточно.

Взгляд молодого князя скользнул по строчкам: «Икота некроманта», «Синдром внезапной диареи на светском рауте», «Локальное облако кислотного дождя». Забавно, но слишком вульгарно. Трикстер предпочитал более утонченные методы. И наконец, нашел то, что искал.

«Товар: Эфирный клещ-диверсант. Категория: Техномагический паразит. Действие: Внедряется в сложную аппаратуру, питается маной из накопителей, вызывает короткие замыкания, цепные поломки и неконтролируемые выбросы энергии. Не обнаруживается стандартными сканерами. Стоимость: 0.1 души».

Идеально. Бывший парижский интриган мысленно нажал кнопку покупки. С ладони сорвалась едва заметная, призрачная искра, похожая на крошечного механического паучка, и устремилась сквозь оконное стекло вслед уезжающему броневику барона.

Аларик подошел к окну, заложив руки за спину. Черный, отполированный до блеска «Руссо-Балт» Корфа как раз величественно выруливал за кованые ворота усадьбы гада Рус, когда паразит добрался до цели. Могучий магический двигатель экипажа вдруг жалобно чихнул, из-под капота вырвался сноп зеленых искр, а затем раздался оглушительный хлопок. Роскошный лимузин клюнул носом, издав неприличный звук, и замер посреди дороги, окутавшись густым, едким дымом. Из салона донеслись яростные проклятия тучного соседа.

— Прелестное зрелище, не находишь, Архип? — хозяин поместья обернулся к верному слуге с совершенно невинной улыбкой. — Кажется, Гавриилу Степановичу придется совершить увлекательную пешую прогулку до ближайшего узла связи. А с его комплекцией это суровое испытание для сердечно-сосудистой системы.

Камердинер, выглянув в окно, истово перекрестился.

— Ваше сиятельство, вы бы поберегли силы. Чудеса творите, а сами бледны как полотно.

— О, поверь, это даже не фокус. Это легкая разминка для пальцев, — Аларик отошел от окна и окинул гостиную цепким, оценивающим взглядом. — Кстати, о чудесах. Куда подевался наш глубокоуважаемый эскулап с крайне любопытным запахом изо рта? Неужели решил покинуть гостеприимный дом, не выписав рецепта?

Дверца старинного дубового шкафа в углу комнаты предательски скрипнула. Из-за портьеры, нервно поправляя сползающие очки, вынырнул лекарь-некромант. Дед судорожно прижимал к груди свой потертый саквояж, стараясь слиться с рисунком обоев.

— Я… кхм… проводил инвентаризацию медикаментов, — скрипучим голосом отозвался божий одуванчик. — Исключительно ради вашего блага, молодой князь.

— Аристарх Львович, если мне не изменяет память? — Трикстер опустился в кресло, закинув ногу на ногу. — Оставьте эту дешевую комедию для провинциальных театров. Я прекрасно чувствую эманации смерти, исходящие от вашей ауры. Инквизиция с радостью разобрала бы вас на сувениры. Но, к вашему счастью, я испытываю острую нехватку квалифицированных кадров, лишенных моральных предрассудков.