Скромный Дуглас в своём новом костюме и Фрея Гельмонт как будто их движения сковывал лед, которые вот-вот заморозит их окончательно. Энтони же с Леоной — держались отлично. Чувствовалась аристократическая выучка и пожалуй они единственные кто мог наслаждаться процессом. Леона пыталась ускорится, но Энтони зная ее буйный нрав держался словно скала.
Ханна и Леви… Хотелось ударить себя рукой по лицу, они стояли так далеко друг от друга, что между ними можно было пройти не расплескав напиток. Танцевали молча, с каменными лицами, будто выполняли боевое задание. Леви смотрел куда-то в пространство, да и Ханна — делала тоже самое, ни на миг не опуская взгляд. Напряжение между ними было почти осязаемым.
Бренда с Майрой, что кружили с какими-то юными аристократами, выглядели более-менее сносно. Но и их выдавали слишком прямые спины и эти натянутые, чёткие улыбки, которые появлялись и исчезали по команде. Девчонки явно воспринимали танец как очередную задачу — не пытаясь расслабится и получить удовольствие.
Рени, поймав мой взгляд, едва заметно закатил глаза. Мол, а чего ты хотел? Всего полгода прошло. По сравнению с выжиманием из них боевых граней в стычках с гоблинами и пауками, эти плавные па и реверансы — детские игрушки. Неказистые и неинтересные. Вот и результат на паркете.
— Не хочешь отдохнуть?
— Да, давай. Честно говоря, я сильно перенервничала.
Мы поднялись на четвёртый этаж. Отсюда открывался потрясающий вид на ночной город — россыпи огней и факелов мелькали внизу, как светлячки. Тавернам было оплачено сегодняшнее празднование, так что город действительно будет гудеть до утра. И это не фигура речи.
Присев в кресла с толстыми подушками, мы наконец смогли перевести дух. Служанка почти бесшумно принесла поднос с нарезкой фруктов и графин с виноградным соком.
— Всё время хотела спросить, — начала Лирин, отхлёбывая сок.
— И что же?
— Почему ты не пьёшь вино?
— Читал в одной умной книге, что оно может испортить молодой организм. В моём случае — это смертельно опасно. Лучше подождать, пока тело сформируется.
— Но у тебя же есть лекарь. Он смог бы тебя вылечить.
— Есть. И да, смог бы. Но я принял это решение давно, и сейчас не вижу смысла его менять. В каждом возрасте должны быть свои минусы и плюсы.
— Это при условии, что ты не научишься выбирать, как выглядеть.
— Всему своё время, ваша светлость. Всему своё время.
Тут подбежал запыхавшийся слуга. Мы недоуменно переглянулись.
***
Прекрасный вечер, прекрасное вино и прекрасная незнакомка, ожидавшая, когда он, блистательный Арман де Сан-Жермен, пригласит её на танец. Парень уже скользил взглядом по даме, поправляя прядь волос и двигался к ней словно на крыльях, когда его грубо сбили с ног. Рухнув на пол словно мешок с картошкой он поморщился.
Вскочив, отряхивая несуществующую пыль с безупречного рукава, Сан-Жермен выпалил:
— Как ты смеешь, подонок?!
— Это мои слова! Ты смотришь, куда прешь?
— Я шёл к даме, пока ты, грубиян, преграждал путь всему залу!
— Я просто обсуждал дело с господином магом и немного увлёкся, — отрезал второй, высокий и угловатый, с лицом, покрасневшим от вина и гнева.
— С каким же магом? — язвительно протянул де Сан-Жермен, окидывая пустое пространство вокруг собеседника презрительным взглядом.
— Да вот же… э-э… — Гаспар беспомощно обвёл взглядом толпу, но знакомого лица не нашёл.
— Не только грубиян, но и лжец! — триумфально воскликнул Арман. — Я, Арман де Сан-Жермен, вызываю тебя на дуэль за попранную честь!
Гаспар фон Гартман, от такого обвинения окончательно взбеленившись, ткнул в него пальцем.
— Ах ты так! Я, Гаспар фон Гартман, принимаю вызов! И требую удовлетворения кровью!
— Получишь, подонок! Сию же секунду!
Гаспар рванулся вперёд, срывая с пояса перчатку, но Арман был быстрее — его собственная белая перчатка со свистом хлестнула Гаспара по щеке.
Гости расступились, образовав вокруг них кольцо. Первые угрозы сказаны, аристократы потянулись за оружием. Преграждая путь к ним бросились слуги и гвардейцы, едва успевая растащить разъярённых аристократов, чьи действия грозили перерасти в потасовку, опасную для всех окружающих.
***
— Да вашу мать! Серьёзно? Прямо на первом нашем празднике! — Бушевала Лирин, напрочь забыв о светских манерах.
Мне просто хотелось закопать двух идиотов, решивших разнообразить наш вечер. Чёрт подери, всё шло так хорошо. Откуда вылезли эти два полудурка?
Спускаясь в зал, мы увидели, как гвардейцы едва сдерживают двух выпивших аристократов, готовых броситься друг на друга. Вокруг уже сгустился круг зрителей — куда ж без этого мысленно скривился я. Услышав их перепалку, я не стал скрывать раздражения и поморщился.
И ведь отказать им в дуэли не могу. Это и было самым гадким. Ладно. Хотите шоу — получите.
Когда мы сошли с лестницы, толпа перед нами расступилась. Все знали: решение теперь целиком в моих руках.
— Кто посмел поднять шум на моём приёме?
— Ваше благородие, я — Арман де Сан-Жермен! Этот боров ведёт себя недостойно! Я требую дуэли!
Я окинул взглядом тощего черноволосого юнца в коричневом сюртуке и поморщился снова. Второй «боров» в синем сюртуке оказался таким же тщедушным. Нашла коса на камень. Два провинциальных аристократа, приехавших поглазеть на столицу и показать насколько благородны их предки.
— И каков повод?
— Этот… под… наглец! — взметнулся палец Сан-Жермена. — Сбил меня с ног, а потом нагло солгал о причине!
Я перевёл взгляд на второго.
— Я, Гаспар фон Гартман, ваше благородие, принимаю вызов и готов ответить за свои слова сталью.
Я усилил голос магией, чтобы было слышно в каждом углу.
— Всем здесь известно: моя фамилия рождена солдатской волей. Поэтому дуэли — быть. Но в день, когда мы взяли новые земли, не потеряв ни одного человека, я не позволю допустить смерть. Вы будете сражаться до первого серьёзного ранения. Оружие — мечи.
— Но, ваше благородие, по правилам…
— По правилам вы должны развлекать дам, а не выяснять отношения в моём поместье.
По залу прокатился ропот и смешки. Да, с моей фамилией не всё просто. Хоть я и считаюсь аристократом, славу заработал простолюдином с пехотным полуторным мечом в руках. Пусть мой меч был чуть короче стандартного — суть не меняется.
