Я резко остановился и разжал кулаки. Была одна грань, которую я до сих пор считал бесполезной — слишком узкоспециализированной. Воздух вокруг моих рук задрожал и загудел низкочастотным вибрационным полем. Я рванул вперёд.

Первый же удар в плечо противника не отбросил его, но начал вгрызаться в его сияющую броню. Раздался неприятный звук, и первый всплески пробились через броню, а за прорывом — брызги крови. «Вибрация»… На практике эта «бесполезная» грань оказалась тем самым ключом, что мог вскрыть любую, даже самую прочную защиту.

Противник впервые подался назад, и я решил не церемониться. Удар ногой, усиленный вибрацией, прошёл сквозь его блок и достиг цели. Это был не сокрушительный перелом, к которому я привык, но это была первая ступенька к победе. Маг пытался продавить мои щиты, контратаковать, но я уже не давал ему ни шанса.

Удар под дых. Хлёсткий апперкот в челюсть. Я схватил его за руку, провернул и нанёс мощный удар. На Магона обрушился настоящий шквал, каждый удар которого был призван разрушить, сорвать его искрящуюся защиту.

И когда грань окончательно распалась, рассыпавшись на тысячи искр, настало время кары.

— Ты отправил людей за моими друзьями, — мои слова прозвучали тихо, но отчётливо, как приговор.

Хруст. Раздался его истошный крик.

— Я говорил тебе, что за это нужно будет заплатить!

Еще один хруст, на этот раз более глухой.

— Ещё раз пошлёшь своих шавок — и в следующий раз я не буду таким добрым.

Судья опешивший от подобной схватке начал объявлять о моей победе когда я уже почти вышел из арены. Крик и шум разносились по всей арене, но я шел к своей группе.

— Нечем удивить говоришь? — С осуждением произнес Рени.

— Ну, кто ж знал. — С улыбкой ответил я.

***

Лирин Помпео была в ужасе от увиденного. Бой, который проходил на арене, был из ряда вон выходящим. Обычное дуэльное сражение заключалось в том, что маги вели перестрелку и ждали, пока щиты одного из участников падут. Но тут... да любой из них свяжет в бараний рог магов-стихийников. И самое сокрушительное — то, что «зелёные мантии», как она, обладали такой сокрушительной мощью!

Закусив ноготь большого пальца, она усиленно думала: «Что я могу ему предложить? Что может заинтересовать мага подобной силы? Не важно, мне нужно, чтобы он помог мне с гранями. Эта сила, она должна быть моей!»

Смотря на то, как он уходит к своим людям, она поморщилась. Посмотрев на магессу с крыльями, она смотрела с завистью. Она уже слышала слухи, что та отказалась от покровительства клана ради барона. И эта дуэль, по сути, из-за неё. «Он объявлял дуэль за неё, за эту крылатую, и за свою "форму"». Вспомнив разговоры своих одноклассниц про «женитьбу», ещё раз поморщилась — идеи абсолютно не шли в её голову.

Вставая со своего места и двигаясь в потоке студентов, она усиленно пыталась придумать что-то дельное. «Время... "Совет" требует плату в пятьдесят лет служения. Почему мне просто не отдать свои пятьдесят лет под его командование?»

Кивнув самой себе, она направилась в сторону победителя.

***

Рори сидел в толпе своих друзей, чувствуя, как почва уходит из-под ног. Ещё утром он считал свои грани вполне впечатляющими — ну, по меркам своего курса. Теперь же, после того боя на арене, его грани казались ему жалкими хлопушками.

Он видел лишь мелькание силуэтов, слышал оглушительные удары о камень. Только когда пыль осела, он разглядел настоящие последствия — выбоины в камне, словно по арене прошелся великан. Рени что-то пояснял о контроле и кинетической энергии, но Рори просто сидел со стеклянным взглядом, пытаясь осмыслить масштаб катастрофы. С кем он вообще в одной команде?

Он разжал ладонь. Между пальцами проскочила знакомая искра — яркая, алая. Что сейчас он сможет противопоставить таким как они? Он вспомнил как проходят тренировки Леви и Дугласа, и по спине пробежал холодок. Но следом пришло иное чувство — жгучее, настырное. Желание силы.

— Рени. — Голос Рори прозвучал тише обычного. — Займись моими тренировками.

Леви и Дуглас, потягивавшие чай, синхронно поперхнулись. Один-единственный раз, когда Люций был занят, и тренировки вёл Рени, врезался в память навсегда: Леви отрубился в поединке, Дуглас, брел по коридору как призрак. Люций, наблюдающий за сценой, усмехнулся про себя — он-то понимал, на что подписывается его новый друг. Ханна, поймав его взгляд, решительно шагнула вперёд.

— Мне тоже нужны дополнительные тренировки.

Рени медленно перевёл на неё взгляд. Его лицо оставалось невозмутимым, но в глазах вспыхнула та самая опасная искра понимания.

— Тренировки будут очень суровыми, — предупредил он, и от его спокойного тона по коже побежали мурашки. — Более суровые, чем у Люция.

Рори не дрогнул, и просто спросил.

— Я хочу биться с такими пятикурсниками на равных.

Уголки губ Рени дрогнули в едва заметной улыбке.

— Хорошо. — Его голос прозвучал ровно. — Завтра перед учёбой. В шесть утра я зайду за тобой.

Взгляд, холодный и оценивающий, скользнул на Ханну.

— И за тобой тоже.

Дуглас и Леви переглянулись с немым пониманием. Теперь они смотрели на Рори и Ханну не как на добровольцев, а как на приговорённых, которые сами попросились на казнь.

Люций, наблюдая за этой сценой, позволил себе лёгкую улыбку. Он вспомнил как их тренировал Нокс. Невинная фраза изменила их мир на два года, но все же они теперь сильны.

Дуглас и Леви переглянулись — бой, конечно, впечатлил и их, но подобный исход они, в общем-то, предполагали.

В этот момент в таверну вошла Лирин. Увидев её, Леви и Аспид синхронно взялись за ножки принесенного поросенка и принялись методично ими хрустеть, предвкушая новое представление.

***

Увидев, что Лирин направляется прямо ко мне, я внутренне поморщился. Ну вот, началось.

— Люций, нам нужно поговорить.

Мы с Рени удивлённо переглянулись. Я без слов поднялся из-за стола, и мы вышли из таверны на морозный, пробирающий до костей вечерний воздух. Из трубы «Упрямого мечника» валил густой дым, а нападавший за день снег хрустел под ногами.

— И что же ваша светлость хочет от простого барона? — спросил я, скрестив руки на груди, чтобы хоть немного согреться.

Рядом с нами с грохотом распахнулась дверь «Упрямого мечника», и оттуда, горланя какую-то похабную песню, вывалилась очередная шумная компания, окутанная облаком пара из таверны. Я видел, что Лирин пришла с каким-то решением, и не торопил её, давая собраться с мыслями.

— Пятьдесят лет службы, — выдохнула она, глядя куда-то мимо меня.