— Или дело в том, что ты сама хочешь подождать? — Хана внимательно смотрит на меня.

— О нет, я предложила ему это на золотом блюдечке, — я поспешно развеиваю ее опасения. — Просто мы живем в окружении детей.

Мила хихикает. — Я говорила Джейсу не клеить ту записку.

— Мы уезжаем на эти выходные, — сбрасываю я бомбу. Подруги замирают. — Мы с Као. Он везет меня в Ранчо Валенсия.

— Слышала, там нереально красиво, — замечает Джейд.

— Да, я была там один раз с родителями. Там куча развлечений, — добавляет Мила.

— Будто они вообще вылезут из спальни, — хмыкает Хана.

— Что бы мы ни делали, уверена, будет весело, — говорю я с озорной улыбкой. — Честно говоря, я просто в восторге от того, что побуду с ним вдвоем.

— Ладно, давайте поработаем, — говорит Мила, открывая ноутбук.

КАО

Фэллон проверяет содержимое наших сумок, наверное, уже в сотый раз. Взяв ее за руку, я усаживаю ее к себе на колени.

— Если мы что-то забыли, просто купим это там.

Она смотрит на часы: — Во сколько прилетает вертолет?

— В пять.

— Значит, у нас есть двадцать минут, — бормочет она, мысленно пробегаясь по списку дел.

Звонит мой телефон. Фэллон встает с моих колен, а я достаю аппарат. Видя имя отца, отвечаю: — Привет, пап.

— Прости, что не позвонил вчера. Застрял на совещании до одиннадцати вечера.

— Ого. — Я хмурюсь. — На работе все нормально?

— Да, просто ежегодное обсуждение бюджета. Как прошел визит к врачу?

Я расслабляюсь, понимая, что за отца переживать не стоит. — Все хорошо. Доктор Ходжсон доволен прогрессом.

— Как зрение?

На заднем плане я слышу голос мамы: — Это Као? Поставь на громкую! — Через секунду она уже воркует: — Привет, дорогой! Как самочувствие?

— Гораздо лучше. Если сфокусироваться, туман немного отступает.

— Прекрасные новости! — говорит отец. Он радуется каждому моему маленькому шагу вперед.

— Как Фэллон? — спрашивает мама.

Я перевожу взгляд на нее и улыбаюсь.

— Все хорошо. Я увожу ее на выходные. Кстати, в пять у нас вертолет.

— О, отлично, теперь нам не нужно переживать, что вы двое на дороге. Куда везешь ее? — уточняет отец.

— Ранчо Валенсия. Забронировал виллу.

— О-о-о... мой сын — романтик. Значит, я хоть что-то сделал правильно, — воркует мама. — Хорошего вам отдыха.

И тут отец добавляет: — Не забудь про защиту. Я слишком молод, чтобы становиться дедушкой.

Фэллон фыркает и быстро прикрывает рот ладонью.

— Не волнуйся, пап, — смеюсь я. — Мне пора. Люблю вас обоих.

После хора «люблю» от родителей я вешаю трубку и качаю головой. — М-да, неловко вышло.

— Хватай сумки, — смеется Фэллон. — Хочу поскорее убраться отсюда и завладеть тобой полностью. — Она идет к двери, но замирает. — Мы точно все взяли?

— Точно. Ты проверяла раз десять, — уверяю я, подхватывая багаж.

— Твои капли?

— Да.

— Накладки на глаза?

— Да.

— Таблетки от мигрени?

— Фэллон, — я останавливаюсь перед ней и целую в губы. — Пошли.

— Ладно. — Она выдыхает, еще раз обводит комнату взглядом и выходит.

Боже, как я люблю свою девочку.

Мы покидаем апартаменты и выходим из здания. Направляемся к вертолетной площадке рядом с постом охраны у главных ворот. Фэллон радостно вскрикивает, забираясь в вертолет. Я загружаю сумки, сажусь рядом, мы надеваем наушники, и я кладу ее руку себе на бедро.

Пилот объявляет взлет. Когда мы начинаем подниматься, желудок на мгновение уходит в пятки. Улыбка Фэллон становится еще шире, когда перед нами открывается панорамный вид на кампус. Я решаюсь бросить короткий взгляд в окно и, увидев горы внизу, тут же отстраняюсь.

Боже, как я ненавижу высоту.

Я поворачиваюсь к Фэллон и наблюдаю, как она наслаждается видом. Подняв ее руку, я целую костяшки ее пальцев.

Через тридцать минут мы приземляемся в Ранчо Валенсия. Слава богу, целыми и невредимыми. Сняв наушники, я выхожу первым и помогаю Фэллон. Консьерж спешит к нам и забирает сумки.

— Добро пожаловать, мистер Рид, мисс Рейес. Прошу за мной.

Когда он ведет нас в сторону от стойки регистрации, я уточняю:

— Карточка от виллы у вас?

— Да, сэр.

Черт, мне здесь уже нравится, хотя мы здесь всего пять минут.

— Все организовано, как я просил? — проверяю я.

— Да, сэр. Как только будете готовы, я провожу вас к стойлам.

— К стойлам? — переспрашивает Фэллон.

— Сюрприз, — шепчу я.

Консьерж приводит нас к великолепной вилле. Открыв дверь, он ставит сумки у дивана. — Я вернусь через тридцать минут, сэр.

— Спасибо.

Я жду, пока он уйдет, и поворачиваюсь к Фэллон. — Здесь и правда красиво.

Белая мебель делает пространство просторным и чистым, а деревянные балки на потолке добавляют уюта.

— Точно! — Фэллон улыбается. — Давай сначала осмотримся.

Взяв ее за руку, я позволяю ей провести меня по вилле и территории вокруг. Все выглядит роскошно, в воздухе разлито спокойствие. Несмотря на зиму, растения здесь, кажется, вечнозеленые — мы окружены природой и безупречными газонами.

Вернувшись в дом, я спрашиваю: — Ты взяла сапоги, как я просил?

— Да.

— Самое время их надеть.

— Зачем? — Фэллон озорно улыбается.

Качая головой, я усмехаюсь: — Никаких расспросов. Это сюрприз.

Когда Фэллон переобувается, мы встречаем консьержа. Он ведет нас туда, где ждут две лошади. Как только Фэллон видит их, она хватает меня за руку обеими ладонями и исполняет маленький победный танец.

— О боже, они великолепны! — ахает она и тут же подходит к ним, чтобы погладить.

Консьерж объясняет, по какой тропе нам ехать, чтобы добраться до места пикника. Я жду, пока Фэллон сядет в седло, затем запрыгиваю на свою лошадь. Мы неспешно пускаемся галопом по тропинке, исчезающей в лесной чаще.

Фэллон счастливо улыбается, оглядываясь по сторонам. — Ты превзошел сам себя, мистер Рид.

— Рад, что тебе нравится.

Моя единственная миссия на эти выходные — впечатлить ее и показать, как сильно я ее люблю. Последние пару дней мы только и делали, что срывали друг с другом одежду, а мне хочется просто поговорить.

— Как дела с учебой? Ты во всем разобралась?

— Да, но мой балл по бухучету упал до семидесяти пяти. Нужно вернуть его к девяноста.

— Ноа может тебе помочь, — напоминаю я.

— Мне просто нужно хорошенько подготовиться к экзамену на следующей неделе. Все будет нормально.

Наступает тишина, лишь лошади мерно несут нас сквозь зелень.

— Ты все еще собираешься работать в CRC на летних каникулах?

— О, определенно. — Она смеется. — От этого не отвертеться.

Фэллон со временем должна занять пост вице-президента CRC Holdings, и я переживаю из-за давления, которое на нее ляжет.

— Ты хотя бы ждешь этого?

— Да, к тому же там будут Джейс и Хантер. — Она улыбается мне. — Ты выпускаешься через пару месяцев. Когда мы в прошлый раз говорили о будущем, ты сомневался насчет Indie Ink. Ты решил, чем займешься?

Я неопределенно кривлюсь. — Обсуждал это с Ноа. Он должен был принять отдел дизайна у дяди Джакса. Но он соображает в цифрах лучше меня. Возможно, мы поменяемся: Ноа возьмет на себя финансовую сторону у моего отца.

— Значит, ты сменишь мистера Уэста? — спрашивает Фэллон. — Честно говоря, думаю, для тебя это лучший вариант.

— Нам еще нужно поговорить с отцами, так что пока я не знаю точно, что будет после выпуска.

— Все сложится наилучшим образом, — подбадривает она меня.

Мы огибаем поворот, и перед нами открывается чудесный вид.

Фэллон ахает: — О, Као, как это романтично!

Мы спешиваемся, я привязываю лошадей к дереву, чтобы они могли пощипать траву. Позже консьерж заберет их, так что нам с Фэллон не нужно торопиться.

Сотрудники курорта установили навес, белое кружево мягко колышется на ветру. На земле элегантно разбросаны подушки, а посредине ждет накрытый стол. Поскольку Фэллон еще нет двадцати одного года, я заказал безалкогольное шампанское.