— Очень, — шепчет она. — Я так хочу сделать что-то нормальное.

— Отлично. Моя беременная женщина хочет танцевать, мы идём танцевать. Неважно, что мы будем делать, но не бросим Михаила одного, ясно? Мы покажем ему, что не так всё плохо. Мы возьмём его и расшевелим. И ты будешь милой, ясно? — отец показывает на меня.

— Да я…

— И красивой. Шикарной. Сексуальной. Но милой. Ты поняла меня, Раэлия? Тебе алкоголь запрещён, потому что именно на тебя я делаю ставки. Мы создаём антураж для Мики, но ты выведешь его из этого состояния. Ты сможешь. Вспомни всё, что я тебе говорил.

— Ты, кстати, говорил, что ему нужно время, и его нужно оставить в покое, — напоминаю ему.

— Ну, порой правила меняются. Иногда нужно влезать.

— Боже, ты снова противоречишь себе! Выдай мне грёбаную брошюрку! — возмущаясь, смотрю на него.

— Прости, но таких нет. Это жизнь, Раэлия. Хочешь встречаться с членом мафии, будь готова ко всему. Лейк, иди в спальню. Мне нужно… в спальню.

— Трахнуться, так и скажи. Потому что у тебя бьют ключом эмоции, и тебе нужно выплеснуть их в мою тесную вагину, — хихикает она.

— Фу, Лейк!

— Лейк, здесь моя дочь!

Она хихикает и выходит из кабинета.

— Ничего не говори. Никаких комментариев, — предупреждает меня папа.

— Ты и она… это просто мерзко. Хотя бы прекратите всем рассказывать, где бывает твой член. Фу. Я лучше пойду к себе.

— Прихорошись.

— Иди в задницу, пап!

— И искупайся, от тебя до сих пор несёт перегаром!

— Папа, иди трахай Лейк! Задолбал!

— И…

Я хлопаю дверью в свою спальню. Ну что за человек? Бесит. Просто бесит. И эта идея с тусовкой мне не кажется очень хорошей. Это просто глупо. Глупо и точка. Но выбора у меня нет, поэтому в одиннадцать я, одетая в короткое платье и на каблуках, жду Лейк и отца. Ладно, я прихорошилась. Да, а почему нет? Не знаю, как отреагирует на меня Михаил, но я решила для себя, что если ему нужен друг, то буду этим другом, как и обещала. Я смогу. Я буду пытаться.

— Наконец-то, — бубню я, когда эти двое спускаются.

Роко и Дрон должны привезти Михаила, который очень сильно упирался, потому что я слышала, как отец орёт на Михаила и приказывает ему, как босс, тащить свой зад в клуб. А также я думаю, что его просто прервали, когда он был глубоко в Лейк. Словно ребёнка им недостаточно. Извращенцы. Фу, до сих пор передёргивает.

Мы приезжаем в клуб, который полностью заполнен, как обычно. Добравшись до нашего столика, я замечаю там уже Роко с Дроном и хмурого, недовольного, но чистого Михаила в футболке и джинсах. Он буравит взглядом моего брата, который что-то шепчет Дрону на ухо, а другая принцесса краснеет. Боже, им нужно в медовый месяц отправиться. Они тоже противны.

— Так, вся семья в сборе. Отлично, — папа улыбается и садится на диванчик. Я хочу сесть рядом, но он выталкивает меня и сажает Лейк.

— Ты прикалываешься, что ли? — возмущаясь, всплёскиваю руками.

— Каждой твари по паре, — пожимает он плечами.

Я закатываю глаза и перебираюсь прямо к Михаилу, едва не падая ему на колени. И как-то становится обидно, потому что он даже по заднице меня не шлёпнул, а я ему едва руку не отдавила. Он просто отклонился назад и не встал, чтобы я села.

— Это обязательно? — бубнит Михаил.

— Да и только попробуй свалить. Это приказ, Мика. Приказ твоего босса. Сейчас мы выпьем, а потом все идут на танцпол трясти своими задницами. Кажется, вы все уже заржавели, — папа щёлкает пальцами, подзывая официанта, и сам заказывает напитки. Нет, никому не разрешено выбирать, а мне разрешены только вода и сок. Потрясающе.

— Старый псих, — шепчу я себе под нос, а затем слышу смешок от Михаила.

— Только не произноси этого громче, это выбесит его. Здесь же его дама, — тихо отзывается Михаил.

Поворачиваю к нему голову, и эти глаза, мои любимые глаза, слабая и усталая улыбка, осунувшееся лицо буквально бьют меня осознанием, как он мне дорог, прямо в самое сердце.

— Привет, — улыбаюсь ему.

— Привет, — кивает он. — Хорошо выглядишь.

— А ты хреново.

Он хмыкает и тяжело вздыхает.

— Именно так я себя и чувствую.

Я касаюсь его руки под столом, и он вздрагивает.

— Раэлия…

— Не надо, Михаил. Неважно, что происходит между нами, важно, что я буду рядом. Прости меня. Прости за всё. Я буду пытаться больше слышать тебя. И я твой друг, ладно? Если я буду тебе нужна, то я буду рядом. Нет так нет. Я люблю тебя, поэтому бери сколько угодно времени, я буду ждать. Мне очень жаль, что я наговорила тебе гадостей тогда. Очень. Я всегда так поступала с тобой. И я… не хочу тебя потерять. Ты мне очень дорог. Просто знай об этом. Помни, ладно? — говорю и напоследок сжимаю его руку и отпускаю её.

— Спасибо, — шепчет он.

Подмигнув ему, возвращаю своё внимание на других. Они о чём-то снова спорят. Но тот факт, что все мы здесь и вместе, удивителен. Если вспомнить, что мы никогда особо-то не ладили, не могли долго выносить друг друга, то думаю, что нас делают лучше люди, которые выбрали именно нас. И выбрали они нас не за хорошее, а за плохое. Так хватит бояться облажаться. Мы уже облажались по полной, и видимо, нам пора хорошенько повеселиться.

Нам приносят напитки, и все выпивают свои шоты, кроме нас с Лейк. Это обидно. Но наверное, мне, и правда, стоит трезво увидеть реальность. И она мне нравится. Я люблю её. Я рада, что с нами Лейк, и отец смеётся, влюблённо глядя на неё. Рада тому, что Дрон вернулся, и Роко женился, потому что лучшего человека для брата я бы не пожелала. Рада, что Мигель стал частью нас, когда обрёл внутри Михаила, и теперь я могу узнать его плохие стороны. Я рада, что жива и не сбежала. Просто рада тому, что у меня есть семья. И только сейчас я понимаю всё это. Это моя семья, ещё и Энзо, но он пока мал, чтобы веселиться с нами. Мы живём дальше, порой плохо, но живём, как умеем.

— Так, а теперь все идут танцевать. И если я кого-то увижу здесь, пока не закончились три песни, то надеру зад. Всем ясно? — спрашивая, отец оглядывает нас, и мы все киваем. Он берёт за руку Лейк и шлёпает её по заднице. — Пойдём, куколка, пора потереться о тебя.

— Они ужасны, — кривится Роко.

— Брось, они милые, — улыбается Дрон.

— Они ужасны, — киваю я.

— Ну а мне по хрен, — фыркает Михаил.

Закатываю глаза и беру его за руку.

— Пошли. Немного потрясём задницами, и я не пьяная, так что не отдавлю тебе ноги.

Я тащу Михаила на танцпол, и мы пробираемся в толпу. Дрон и Роко рядом с нами. Звучат громкие биты, но настроение Михаила не улучшается. Он просто стоит и ждёт, когда это закончится. Я тяну его за талию на себя, затем щипаю за задницу, и он возмущённо смотрит на меня. Хихикая, толкаю его бедром, но ничего не работает. Я не собираюсь сдаваться, пока Михаил сканирует взглядом людей. Но затем что-то случается. Я не знаю что. Михаил весь напрягается и сглатывает.

— Я сейчас вернусь. Мне нужно в уборную, — быстро говорит он мне и уходит.

— Всё нормально? — хмурясь, кричит Роко.

Кивнув брату, иду за Михаилом. Нет, всё совсем ненормально. Михаил так резко сорвался с места, словно явно что-то не так. Я следую за его спиной, расталкивая людей. Выбираюсь к коридору, который ведёт к уборным, но Михаил сворачивает и юркает за шторку, за которой спрятана лестница к диджею. Я делаю то же самое.

Слабый свет проникает сверху, и я иду за Михаилом. Откуда он знает, что здесь есть проход, да и тихое место.

— Павел, — раздаётся голос Михаила, и внутри меня всё леденеет.

Вот в чём дело. Он увидел Павла.

Я не особо могу разглядеть Павла и, вообще, понять, что происходит. Вижу только спину Михаила и светлую макушку волос.

— Ты серьёзно? — фыркает Михаил. — Меня убьёт это сыворотка.

— Это не для тебя. Нас двенадцать, — сухо отвечает Павел. — Двенадцать человек и двенадцать коктейлей.

— Что? Ты собираешься…

Боже мой. Роко! Дрон! Папа! Лейк!

— Это приказ. Я не могу идти против него. Но я дам тебе фору в десять минут, Михаил. Выведи отсюда своих.