— Не так быстро, любовь моя. Смотри, какой подарок я тебе принёс, — шепчет Рубен, держа пистолет у моей головы.

Глаза Лейк распахиваются, и она облизывает израненные губы.

— Отходи назад и вниз, любовь моя. Отходи спиной назад к клеткам. Давай, иначе я твоему любовнику мозги вышибу.

— Хорошо, — кивает Лейк. Она, прыгая на одной ноге, а вторая уже слишком сильно окровавлена, спускается вниз, а мы за ней.

Да, я должен в такой ситуации что-то придумать, но сейчас время Рубена. Он хочет выместить на мне свою злость и обиду. Я дам ему этот шанс.

У меня внутри всё стягивает болью, когда я вижу клетки, в которых держали моих, мать его, девочек. Над ними издевались здесь. Их били здесь. И судя по разорванной одежде, вероятно, насиловали тоже здесь. Но я не могу ими не гордиться. Я не могу не чувствовать невероятную гордость за обеих. Они смогли вырваться из оков и действовали слаженно и чётко рядом друг с другом. Они спасли друг друга. Это достойно огромного восхищения.

— Чего ты хочешь, Рубен? Убить его? Он же тебе нужен, — говорит Лейк.

— Мне он не нужен. Он нужен моим заказчикам. И если план провалился, то я, по крайней мере, сделаю то, что делал всегда для тебя. Убью того, кто искушает тебя.

— Я искушаю? Надо же, ты сделал мне комплимент, — улыбаюсь я.

— Заткнись, блять, мудак! Заткнись, ты меня бесишь! — орёт Рубен.

Краем глаза смотрю на Лейк. Она тяжело дышит. Ей сложно стоять на месте. Перевожу взгляд на Рубена и теперь вижу красные полосы на его лице, кровь на плече и разорванную рубашку. Моя девочка его порезала.

— Хорошо, ты можешь убить меня. Окей, я не против. Но это неразумно. Ты не выйдешь отсюда, — спокойно отвечаю я.

— Выйду. Эта шлюха сошла с ума, она убила тебя, какая плохая шлюха. И я выйду отсюда вместе с ней. Я буду держать её на прицеле. Буду прикрываться ей, и меня выпустят. А затем я уйду с ней. Этого же ты хотела, Лейк, уйти вместе со мной? Я дам тебе такую возможность. У нас всё будет хорошо, но без него.

— Тогда должны быть мои отпечатки на пистолете, не так ли? Если ты хочешь обвинить меня в том, что собираешься сделать, то я должна стрелять в Доминика, верно? — прищуривается Лейк и делает шаг вперёд.

— Иди на хуй. Думаешь, я тупой? Вернись на место, блять. Ты будешь стоять там, где стоишь, бешеная сука, — шипит Рубен. — Я тебя воспитаю, тварь. Я, блять, из тебя шелковую сделаю. Ты хочешь быть со мной. Ты…

— Хотела, — заканчивает за него Лейк и делает шаг назад. — Да, хотела встретиться с тобой, посмотреть в твои глаза и вырвать их. Отомстить тебе за все те жертвы, которые ты оставил на моей памяти и в моём сердце. Да. Я так хотела пойти за тобой. И это было ошибкой. Я тоже учусь на своих ошибках. Я пошла за тобой, хотела изуродовать и уничтожить тебя, но всё, чего добилась, это то, что происходит сейчас. И мне очень жаль, что моя жизнь крутилась вокруг тебя. Я была дурой. Просто дурой, которая думала, что тебя больше нет. Но нет, ты был. Я сама тебя поставила на пьедестал своих целей и ошиблась. Так что я больше не хочу идти за тобой, просто хочу, чтобы ты сдох. Ведь никакая месть, никакие пытки не вернут мою бабушку, твоего брата, Себастьяна и других людей. Так что, стреляй, мне насрать, что ты там хочешь. Ты ничтожество, и тебя больше нет в моей жизни.

Это сильно ранит Рубена. Я вижу это. Его глаза сверкают болью и отчаянием, оттого что он потерял ту самую власть над Лейк. Это то, о чём я ей говорил. И она сделала выбор.

— Стреляй, ну же. Давай убей его, — шипит она.

Какого хрена?

Лейк бросает на меня взгляд и переводит его в сторону. Там оружие? Там что-то есть сбоку от меня. Она хочет отвлечь его.

— Давай стреляй, Рубен! Стреляй! Иначе я останусь с ним! Да-да, я это сделаю!

— Ты не посмеешь! Ты любишь меня! — орёт Рубен, делая шаг ближе.

— Нет, мне тебя просто жаль. Ты жалкое существо. Ничтожество. И да, я буду с Домиником. Вернусь к нему и, блять, выйду за него замуж! Я выдавлю из себя хотя бы одного ребёнка! Его ребёнка! Не твоего. Никогда не твоего. Только его. Только для него! Не с тобой! Никогда не с тобой! Мне плевать на тебя! Тебя больше нет! Ау? Рубен? Ты где? Нигде! Нет тебя! Больше нет! Никогда не будет! Ты прах! Ты мёртв! Я о тебе не думаю! Я тебя не люблю и никогда не любила! Это была ложь! Я не любила тебя! Я тобой играла, как и ты мной! Я никогда не хотела быть с тобой! Никогда! И я хотела сдать тебя! Я ждала, чтобы ты гнил в тюрьме! Я молилась об этом каждый раз, когда ты ко мне прикасался! Ты никому не нужен! Никому! Никто тебя не полюбит!

Господи, даже у меня голова идёт кругом от громкого голоса Лейк и быстроты её слов! Она всё говорит и говорит! Вены на шее Рубена вздуваются! Его лицо краснеет от ярости!

Готовлюсь к выстрелу. Я должен прыгнуть в сторону. Раз… два… выстрел. Я прыгаю, и пуля бьётся о решётку, отлетая в другую сторону. Рубен орёт и стреляет, а я уворачиваюсь от пуль. Лейк прыгает на него сзади и впивается пальцами в его глаза. Он орёт, пытаясь сбросить её. Я подскакиваю на ноги и бью его в живот. Они с Лейк падают. Я вижу то, о чём пыталась мне сказать Лейк. Нож. Пистолет до сих пор в руках Рубена. Я хватаю нож и поворачиваюсь. Рубен толкает Лейк вперёд и бьёт её кулаком в лицо. Лейк падает на пол, скуля от боли. Рубен вскидывает пистолет прямо на меня. Я переворачиваю нож, чтобы бросить в него. Он стреляет, я бросаю. Пуля летит прямо в меня, но меня сбивают с ног, и я падаю на землю. До меня доносится вой Рубена. Я хватаюсь за Лейк и сажусь. Кровь хлещет из её плеча. Она хрипит, быстро дыша.

— Лейк… Лейк, — быстро зажимаю рану рукой.

— Убей его… пожалуйста… убей…

Из уголков её глаз скатываются слёзы. Внутри меня всё настолько рвётся от страха за Лейк, когда я бросаю взгляд на корчащегося от боли Рубена на полу. Из его плеча торчит нож. Если я отпущу рану Лейк, то она истечёт кровью и умрёт, а Рубен будет мёртв. Если я буду держать Лейк и побегу с ней до машины скорой помощи, то Рубен будет жив. Она хочет, чтобы я убил его. Не могу. Я должен спасти её. Насрать на Рубена.

— Пап!

Я вскидываю голову.

Раэлия оглядывается и охает, глядя на Лейк.

— Скорая здесь. Беги с ней туда. Я…

— Убей его. Сейчас. Раэлия, для неё. Она должна знать, что он мёртв, — резко перебиваю дочь и хватаю на руки Лейк.

— Смотри, куколка. Смотри, это его конец, — шепчу, прижимая её к себе.

Раэлия подходит к Рубену и стреляет прямо в лоб.

Я срываюсь с места и бегу.

— Всё будет хорошо. Тебе помогут. Только оставайся в сознании, хорошо? — бормочу я, перескакивая через ступени.

— Доминик… прости…

— Всё в порядке, куколка, я не злюсь. Всё в порядке.

— Я такая дура… ты был… прав. Я… мне так… жаль, прости меня. Я…

— Тише, Лейк, тише. Сохраняй силы, ладно? Ещё немного, Лейк. Потерпи ещё немного.

— Мне не больно… я не боюсь… Доминик, мне не было страшно. Я…

— Мне страшно, чёрт возьми, понимаешь? Мне сейчас страшно, Лейк. Я не могу тебя потерять. Держись, хорошо? Просто держись.

Вылетаю на верхний этаж. Кругом полно трупов, мои люди расчищают территорию, когда Лонни бежит мне навстречу.

— Скорую! Быстрее!

— Они здесь. Это… боже, Лейк. Что случилось?

— Она закрыла меня собой, когда Рубен выстрелил. Он мёртв. Раэлия убила его.

Подбегаю к машине скорой помощи и передаю им Лейк. Она слишком бледная. Слишком.

— Пулевое ранение, — говорю я и забираюсь в машину.

Двери закрываются, и врачи отпихивают меня назад, они надевают на Лейк кислородную маску и разрывают её одежду. По рации они передают, что нужны хирурги и свободная операционная.

Кажется, что остальное происходит со мной как в тумане. Меня осматривают, дают мне одежду в больнице и отправляют в душ, пока Лейк отвозят в операционную. Роко встречает меня в зале ожидания и садится рядом. Мне что-то предлагают, но я ничего не хочу. Я просто смотрю на двери операционной. Снова. Снова. И снова. Я жду, когда мне сообщат что-то хорошее, но никто оттуда пока не выходит.