В этом и была настоящая проблема, не так ли? Он был практически незнакомцем. И у меня никогда раньше не было случайного секса, ни разу. Единственными мужчинами, которых я пускала в свою постель, были бойфренды. С мужчинами я встречалась неделями, прежде чем пригласить их в свое тело.

Но я не жалела о прошлой ночи. Нисколько.

— Черт возьми, — прошептала я.

— Уже уходишь от меня? — Сильные руки обхватили меня за плечи.

Я вскрикнула и подпрыгнула, когда мое сердце подскочило к горлу.

— Тише. — Каси поймал банку, прежде чем я уронила ее.

— Черт. — Я изогнулась и посмотрела на него снизу вверх, прежде чем упасть ему на грудь, когда паника прошла. — Ты напугал меня.

— Прости. Думал, ты меня слышишь. — Он отхлебнул моей воды, затем поставил банку на стойку. — Переживаешь?

— Может быть, немного. — Много. — Ты родитель моего ученика.

— Никому не нужно знать об этом, Илса. Это не их дело. Это наше дело.

Облегчение было мгновенным. Но в глубине души я почувствовала укол, который, как мне ни хотелось признавать, был немного похож на разочарование.

— Хорошо. Я думаю, было бы лучше, если бы это осталось между нами. Это было на один раз. Ошибка.

Каси напрягся.

— Да.

Только это не казалось ошибкой. Вообще.

Только один раз.

Я говорила себе, что это разовая сделка. Поэтому я выпрямилась, собираясь высвободиться из его объятий.

Но вместо того, чтобы отпустить меня, он развернул меня так быстро, что у меня не было возможности сопротивляться, когда он поднял меня и усадил на стойку.

Он встал между моими коленями, заставляя меня раздвинуть ноги. Он натянул джинсы, но не потрудился застегнуть их, и они низко сидели на его узких бедрах, демонстрируя рельефную V и темную дорожку волос, исчезавшую под расстегнутым поясом.

Моя голая задница ощущала прохладу столешницы, когда тепло, исходившее от его груди, передалось мне.

Его рука скользнула вверх по моим бедрам, нырнув под подол его футболки. Он наклонился вперед, его губы прошептали что-то напротив моих, а пальцы скользили все выше и выше.

У меня перехватило дыхание, когда он добрался до внутренней стороны моих бедер, а когда его средний палец проник в мою промежность, из горла вырвался стон.

— Что я тебе сказал? — спросил он. Когда он говорил его губы и эти чертовы усы щекотали мою щеку. — Ты моя. На всю ночь.

Мои руки легли ему на плечи, крепко удерживая, когда он еще шире раздвинул мои ноги. Движение привело меня к самому краю стойки, и, если бы не его тело, я бы свалилась с края.

Его палец обвел мой клитор один раз, затем второй, прежде чем погрузиться внутрь, надавив в том месте, которое заставило меня застонать.

— Хочешь, чтобы я остановился? — Он прикусил мочку моего уха, продолжая дразнить мою киску. — Это тоже ошибка?

Да.

Ответом было «да».

Но вместо этого я покачала головой и позволила ему трахнуть меня пальцем на кухне, прежде чем он отнес меня в свою спальню. И когда он трахнул меня снова, то убедился, что я достаточно вымотана, чтобы проспать до рассвета.

Илса

— Это странно? — спросила я Спенсера, когда мы шли по расчищенному тротуару Пайн-стрит.

Он пожал плечами.

— Это странно. — Я нахмурилась. — Ты хочешь, чтобы я пошла побыстрее, чтобы люди не увидели нас вместе?

— Нет, это круто.

Не такого ответа я ожидала от подростка, идущего в школу со своим учителем математики.

— В самом деле? Ты не волнуешься, что тебя увидят со мной?

— Нет. — Он засунул руки в карманы пальто.

— Ладно. Что ж, если ты передумаешь, когда мы подойдем ближе к школе, я остановлюсь, чтобы завязать шнурки на ботинках.

Он взглянул на мои карамельные сапоги до колен. Сапоги без шнурков. Уголки его губ приподнялись, и это сделало его таким похожим на своего отца, что я не смогла не улыбнуться в ответ.

— Я слишком много думаю об этом.

— Да совсем чуть-чуть. — Он засмеялся и закинул рюкзак повыше на плечи.

Спенсер был не таким высоким, как его отец, но он был намного выше меня и через каждые несколько шагов поглядывал вниз. Наверное, потому, что я смотрела на него снизу вверх.

Знал ли он о нас с Каси? До сих пор я не замечала, чтобы он вел себя странно, и мне казалось, что, если бы он узнал, что я спала с его отцом, он бы начал вести себя странно. Но сегодня утром он вел себя как обычный подросток.

Не то чтобы я очень хорошо знала его обычное подростковое «я».

— Что? — спросил он.

— Ничего. — Я помахала ему на прощание, когда мы дошли до Мэйн-стрит и завернули за угол, чтобы продолжить путь к школе Далтона.

Я много думала в течение нескольких часов и никак не могла отключиться от этого, как бы сильно ни старалась.

Сплетни были неизбежны. Скорее рано, чем поздно, люди узнают, что в хижине произошел пожар, и что потом я провела выходные в доме Каси Рэйнса. Если они заподозрят, что я провела выходные в его постели, они не ошибутся.

Вчера утром, после того как мы проснулись, Каси снова трахнул меня, а потом отнес в душ. У меня никогда не было столько оргазмов за неделю, не говоря уже о двенадцати часах. И хотя я была полностью

удовлетворена

, мне все равно хотелось большего.

Но в ту минуту, когда Спенсер вернулся домой после ночевки у своей бабушки, я позаботилась о том, чтобы между мной и Каси оставалось как минимум три фута личного пространства. Я целый час была в шоке и убеждала Спенсера, что он не чувствует запах мыла Каси на моей коже.

Мы втроем провели неловкий день в гостиной. Ну, мне было неловко. Ни Каси, ни Спенсера, казалось, это не волновало.

Спенсер пришел домой и плюхнулся на диван, чтобы посмотреть баскетбол по телевизору. Каси устроился в кресле с откидной спинкой, чередуя просмотр игры со стиркой или уборкой в доме.

Моим планом было прочитать папин дневник и попытаться разобраться в царящем в нем хаосе. Но каждый раз, когда Каси вставал со стула, мой взгляд автоматически опускался на его задницу. Затем я проводила следующие десять минут, беспокоясь, что Спенсер видел, как я пялилась на очень рельефный зад его отца.

К тому времени, как Каси отправился на кухню готовить бургеры на ужин, я была как на иголках.

К счастью, насколько я могла судить, Спенсер ничего не знал. Точно так же, как он, похоже, не знал, что после того, как он лег спать, его отец унес меня к себе. Снова.

Вот вам и один раз.

Этот план рассыпался, как мокрая папиросная бумага, в тот момент, когда Каси взял меня за руку, и дернул подбородком в сторону своей спальни.

Но выходные закончились. Наступил понедельник, и пришло время взять себя в руки.

Этим утром в четыре часа я выскользнула из постели Каси, приняла душ и надела черный свитер, собираясь на работу, и дала себе новое обещание.

Это все. Секс был чертовски фантастическим, но так больше продолжаться не могло. И сегодня вечером мне нужно возвращаться домой.

— Моя бабушка сказала, что вы жили здесь, — сказала Спенсер. — Когда были ребенком.

— Да. Это было давно. Раньше я каждое лето приезжала погостить к своему отцу. Его дом находится в Каттерс-Лэйк.

— Это круто. Папа иногда берет меня туда летом.

— Милое местечко, — сказала я, когда мы проходили мимо «Таксидермии Теда». В витрине было выставлено чучело кролика с табличкой «ЗАКРЫТО». — Когда я была маленькой, у этого кролика были рога.

Спенсер рассмеялся.

— Они все еще бывают на нем летом. Тед надевает их для туристов.

Далтон был расположен слишком далеко от проторенных дорог, чтобы быть популярным туристическим направлением, но в этот район стекалось достаточно людей по пути в национальный парк Глейшер, и папа каждое лето ворчал по поводу обилия номерных знаков других штатов.

За суровой внешностью этого города скрывалось неповторимое очарование. Большинство зданий и вывесок были знакомы мне, и в некотором смысле это было похоже на возвращение во времени. В те дни, когда жизнь казалась проще. Счастливее.