Да в общем-то неважно из-за чего я была счастлива. Главное, что была. И верила я в этот момент только в лучшее.

Но потом я вспомнила о Викторе и счастье мгновенно улетучилось. На душе стало тяжело. Это ведь он был в той инвалидной коляске, что катила женщина. Я его узнала. И ее. Его жену.

«А может это не он?» — подумала я.

Но я понимала, что цепляюсь за глупую надежду. Ведь я его узнала. И сомнений у меня не оставалось: это был он.

Вот только позвонить Виктору я не решалась. Пока не решалась.

«Но мы с ним увидимся. А с мерзким клоуном покончено. Точно покончено». — подумала я и на душе у меня снова полегчало.

Однако новая встреча с ним, с клоуном, все же произошла.

Но прежде я узнала, что Виктор продал ресторан.

«Значит это точно тогда был он…» — убедилась я.

Я была уверена, что без какой-либо серьезной причины Виктор бы не сделал этого. А зная его, я понимала, что этой серьезной причиной могли быть лишь большие проблемы со здоровьем, а значит то, в чем я итак не сомневалась, подтвердилось.

И теперь мне оставалось лишь набраться смелости и позвонить Виктору.

Но решалась я на это долго. Через три недели мне предстояло уехать в гастроли по городам и лишь за неделю до моих гастролей я наконец решилась позвонить Виктору, но он не взял трубку.

«Черт, а мне так хотелось его увидеть перед отъездом». — подумала я с досадой.

Что-то мне подсказывало, что вряд ли в ближайшее время мы увидимся, да и трубку он вряд ли возьмет.

А значит оставалось сосредоточиться на своих делах.

Ну а мои дела шли хорошо. Все было в порядке.

Я теперь была не одна и именно это меня невероятно поддерживало.

«Конечно же я по-прежнему скучаю по своим родителям и Маргарет.

Но теперь в моем сердце нет такой сильной тоски, боли и пустоты.

Я исцелилась». — подумала я в один из дней и счастливо улыбнулась…

Но хоть с Жастином у нас все было прекрасно, мы пока не жили вместе. Я продолжала жить у себя дома, а с ним просто встречалась. Я теперь решила не спешить.

«К тому же у меня скоро гастроли. Буду два месяца в отъезде. Быть может Жастин меня и не дождется?

Я его так сильно люблю. Но вот доверия у меня нет. Нет веры, что он сможет…, что он не предаст.

Но я не боюсь остаться одна. Не боюсь. Я никогда не буду одна. У меня есть музыка». — думала я, возвращаясь домой после репетиции за неделю до гастролей.

А едва я приехала домой, раздался телефонный звонок.

Звонил директор концертного зала.

— Кристина, гастроли будут продлены еще на месяц. Заедем еще в пару городов. — сказал он.

— Хорошо. — ответила я.

«Значит мои гастроли продлятся три месяца. Дождется ли меня Жастин? Вряд ли». — подумала я.

В этот день я ничего не стала говорить Жастину. Мы созвонились уже в 11 часу вечера, немного поболтали и договорились завтра встретиться.

И на следующий день вечером Жастин заехал за мной в концертный зал.

Моя репетиция закончилась поздно. А он ехал после работы. И вместе мы поехали к Жастину домой.

Вскоре мы были у него дома.

— Мне надо поговорить. — сказала я.

Жастин улыбнулся.

— Ты чем-то взволнована? — спросил он.

Я бросила беспокойный взгляд на стену.

Мне показалось, что там мелькнула тень. Но к счастью мне действительно только показалось. Никакой тени на стене я не увидела.

Успокоившись, я посмотрела на Жастина и замерла, собираясь с духом начать неприятный для меня разговор.

«Ладно, давай уже…» — подумала я.

Внезапно в комнате запахло жженой резиной.

— Жастин… что-то горит… — встревожено сказала я.

— Где? — спросил Жастин.

— Ты разве не чувствуешь этот запах?

— Нет, я ничего не чувствую.

Я оглядела комнату. Здесь ничего не горело.

— Сходи на кухню. — сказала я. — Нет, я сама схожу.

Я побежала на кухню.

Едва я вошла на кухню, как тут же увидела на полу груду расплавленной пластмассы.

Мне следовало позвать Жастина, но что-то заставило меня подойти ближе.

Я внимательно посмотрела на бесформенный ком пластмассы. Он был бледно-желтого цвета.

В этом коме отразилось мое взволнованное лицо.

А в следующий миг очертания моего лица изменились и я увидела… как пластмасса трансформируется в клоуна.

И вот он уже лежит на полу на спине и теребит ногами в воздухе.

Я отступила назад.

Мое сердце бешено заколотилось.

— Ты умер! Ты умер! — закричала я.

— Ага! Ты меня убила. Но я вернулся, я вернулся! — произнес клоун и засмеялся.

— Нет! Нет! — закричала я.

— Да! Да! — продолжал смеяться клоун.

— Нет! — завизжала я.

— Крис, что с тобой?! — взволнованно воскликнул Жастин, вбегая на кухню.

Я обернулась.

— Тут… тут он! — вскрикнула я.

— Кто?! — спросил Жастин, недоуменно на меня посмотрев.

Я бросила взгляд на пол, где лежал клоун.

Он исчез.

Я вздохнула.

— Уже никто… — сказала я.

— Крис, что с тобой? На тебе лица нет. — Жастин обнял меня за плечи и посмотрел мне в глаза.

— Жастин… я… я не хочу об этом говорить. Пойдем…, пойдем в зал.

— Крис, подожди. Давай поедим. Мы оба с работы, неужели ты не голодная? — спросил Жастин.

— Я…

— Сейчас я быстро разогрею ужин. — сказал Жастин. — Ну ты чего? Стоишь как чужая… Садись за стол.

Я села за стол.

«Почему он опять появился, почему?» — подумала я.

Но вновь у меня не было на этот вопрос ответа и я поспешила забыть о клоуне, сосредоточившись на разглядывании Жастина, занимающегося подогреванием нашего ужина.

Вскоре ужин был разогрет. Жастин поставил на стол две тарелки со спагетти.

И включил греться чайник.

Мы начали есть спагетти.

— Ну что, Крис, рассказывай, что тебя так испугало? — спросил Жастин.

— Меня? Ничего. — сказала я спокойным тоном.

— Ты говорила тут кто-то был… Или мне послышалось?

— Ты не так меня понял… Я просто… это мне показалось, что тут… Черт, Жастин, я не хочу об этом говорить! Я же уже сказала!

— Ну хорошо не будем об этом говорить. Вернемся тогда к тому нашему разговору. Скажи, о чем ты хотела поговорить? — спросил Жастин.

— Я? — растерянно спросила я.

— Ну да, когда мы пришли, ты сказала…

— А, точно… Жастин, в общем тут такое дело… Мне вчера сообщили, что гастроли продлятся на месяц больше. — сказала я.

Жастин помрачнел.

— Это значит ты будешь ездить целых три месяца? — спросил он.

— Ага.

— Ну что ж… буду ждать тебя три месяца. — улыбнулся Жастин.

— Ты уверен?

— Ну да. А что?

— Ничего…

— Крис, что-то ты совсем грустная… Что с тобой, скажи мне? Что тебя гложет? Я обещаю, что буду ждать твоего возвращения. Можешь быть во мне уверена… Или… причина не в этом?

— Причина в этом. Но не только.

— А в чем еще?

Я ничего не ответила.

— Крис, ты сегодня такая общительная. — с сарказмом сказал Жастин.

— Я просто пока не могу сказать…

— Не можешь сказать что?

В этот момент закипел чайник.

Я вздохнула.

— Жастин я все объясню. Позже. — сказала я.

Мы в молчании доели спагетти. После чего я разлила чай по кружкам.

Мы выпили по кружке чая с круассанами.

— Ну, теперь ты мне объяснишь, что тебя тревожит? — спросил Жастин.

— Нет, пока еще я не готова об этом говорить... Жастин, пожалуйста, не спрашивай сейчас меня ни о чем!

— Ладно-ладно, не буду. Захочешь, расскажешь.

— Спасибо за понимание.

— Да не за что…

— Ладно, идем спать. — сказала я.

Мы прошли в спальню.

Переодевшись в футболку Жастина, я легла на кровать, а Жастин, раздевшись до трусов, лег рядом и, заключив меня в объятия, начал нежно целовать.

Вскоре я забыла о клоуне и новом странном видении. Мне было очень хорошо с Жастином.

Он мне говорил на ухо разные нежности и смотрел на меня бесконечно влюбленными глазами.