Минул уже месяц, а я до сих пор ничего не нашла. Мои денежные запасы подходили к концу и я начала сильно паниковать.

Но, к счастью фортуна от меня не отвернулась.

Я нашла работу. И даже в ресторане.

Нашелся тот человек, до которого не добрался Джордж.

Я была безумно счастлива.

В этот день я познакомилась с Лео.

Тем самым Лео.

Он стал для меня просто отдушиной. После расставания с Итэном я уже не верила, что с кем-нибудь познакомлюсь.

А тут еще смерть Маргарет. Три месяца после ее смерти я чувствовала себя очень одиноко.

Мне хотелось, чтобы рядом кто-то был, но в то же время мне было противно с кем-то общаться.

Однако спустя 5 месяцев после смерти Маргарет я все же познакомилась. С ним. С Лео. И случилось это на новой работе, в ресторане.

Это было невероятно.

Он был черноволосым, черноглазым. Стрижка ежик. Лицо бледное. Он выглядел как аристократ. Он был худой, высокий.

Он мне очень понравился.

С Лео я познакомилась в ресторане «Каприз».

Спустя четыре месяца мы стали жить вместе.

Тогда я еще не знала, что впереди меня ждет не счастье, а… опасность.

Минул год, а я до сих пор не могу прийти в себя после случившегося.

В этот день я собиралась на работу в ресторан, когда мне позвонили и сообщили...

Ком в горле и дикая боль… Маргарет… она погибла.

Моя лучшая подруга, та, с которой я делила все беды и радости, она погибла.

Холодный, равнодушный голос по телефону сообщил, что они с мужем разбились в автокатастрофе.

Мне показалось, что после этих слов весь мир рухнул под ногами. Я положила трубку и упала на диван, разразившись громкими рыданиями.

Я не буду описывать, что со мной происходило в следующие пол часа, но… мне удалось взять себя в руки.

Мне было больно, несколько раз я порывалась набрать номер Маргарет…

До меня еще как будто не доходил весь ужас произошедшего.

«Это какая-то ошибка, это точно ошибка… Я не верю».

А потом было самое страшное.

Это все-таки оказалось правдой. Я позвонила родителям Маргарет и узнала дату…

Нет, я даже не могу до сих пор об этом спокойно говорить.

Я позвонила на работу, чтобы взять выходные, но он… мне отказал.

— Какие выходные, Кристина? Какие выходные? А мои гости, что будут без музыки? — спросил Виктор.

— Вы понимаете, у меня случилось…

— Меня не волнует, что у тебя случилось! Приезжай на работу немедленно! — сказал он и бросил трубку.

Сказать, что я была в шоке, это ничего не сказать.

Вне себя от ярости я приехала в ресторан и вбежала в кабинет Виктора.

— Вы что себе позволяете?! — спросила я.

Виктор удивленно на меня посмотрел.

— Простите… — смутилась я. — Просто я хочу взять три выходных дня…

— Три выходных?! Вы серьезно?

— Да, у меня случилось… Понимаете, у меня умерла подруга… Я просто не могу сейчас работать. А в… будут похороны и…

— Ну вот когда будут, тогда и отпущу. Все, Кристина, не мешайте мне. Идите работать.

— Я не могу! Я не могу работать в таком состоянии, как вы не понимаете!

Виктор вздохнул.

— Кристина, не будьте ребенком. Вы не можете работать? Хорошо, уходите. Только знайте, на ваше место тут же набегут десятки желающих.

— Вы… просто чудовище. — сказала я.

— Я живу по своим законам. И пока что вы на меня работаете, а не я на вас. Так что или принимайте мои правила, или уходите.

— Но как же…

— Только идти вам некуда, Кристина. Я знаю вашу ситуацию. Я знаю, что у вас произошло на прежнем месте работы. Джордж очень влиятельный человек, а вы сильно его обидели…

— А почему же вы тогда меня взяли?

— Потому что я влиятельней Джорджа. Держитесь меня, Кристина, и все у вас будет хорошо. А теперь идите работать.

Я отработала этот день. Я его отработала.

Ненависть и ярость съедала меня изнутри.

Я все еще не могла поверить в случившееся.

Я играла с такой силой и мощью, как никогда раньше.

В конце рабочего дня Виктор подошел ко мне и подал мне конверт с деньгами.

— Спасибо, Кристина. — сказал он.

— Пожалуйста. — сухо сказала я и поспешила покинуть ресторан.

Следующие два дня прошли как в тумане.

Первый день я едва отработала. А на второй день я отправилась на похороны.

И это был самый страшный день.

После того, как все закончилось, я едва добралась до ресторана, не представляя даже, как буду играть.

Для меня самой было загадкой, почему я вообще отправилась в этот день на работу. Я не хотела идти в ресторан. Не хотела.

Конечно, я боялась остаться без денег. Я боялась остаться вновь без работы. Но не настолько сильно, чтобы себя насиловать и идти на работу, когда мне так плохо морально.

У меня был другой вариант — бросить ресторан и вернуться на работу в школу.

Или опять заняться репетиторством. Но этот вариант я откинула.

И опять же не из-за страха, что я опять буду мучиться видениями.

Нет, я просто не хотела этим заниматься. Я хотела играть музыку. Я хотела играть в ресторане. Мне это нравилось.

И поэтому я пошла не только потому что боялась остаться без работы и без денег. Я пошла именно потому что я не хотела бросать работу. Не хотела бросать именно эту работу.

Я хотела играть в ресторане. А поскольку путь в другие рестораны благодаря Джорджу был для меня закрыт, мне ничего не оставалось, как всеми силами вцепиться в тот единственный ресторан, куда меня приняли.

Поэтому играть я хотела. Но в то же время я боялась сегодняшнего рабочего дня. Ведь мне было слишком тяжело и больно. И я не представляла, как я буду играть веселую музыку, когда душа моя болит и плачет. Я очень боялась, что у меня не получится. Я боялась, что не справлюсь.

Однако каким-то неизвестным для меня образом я справилась.

Я отыграла весь вечер. И отыграла еще даже более неистово, чем обычно. Как будто я играла в последний раз. И при этом мне было нисколько не тяжело играть. Я зря боялась. Мне оказалось не тяжело.

Пальцы будто сами играли отдельно от меня. И вообще все происходящее вокруг для меня в эту ночь было как будто почти нереальным и неосязаемым.

Мои ощущения стали не такими острыми как только я начала играть. А может быть в дело просто вступила защитная реакция.

Или скорее шок. Я еще не совсем могла осознать то, что случилось. Не совсем могла принять свою потерю. А едва я коснулась руками клавиш, мне начало казаться, будто вообще ничего не случилось. Я забылась в игре. Я внушила себе, что все в порядке.

Наверное, поэтому мне было не тяжело играть. Наверное, поэтому…

После работы ко мне подошел Виктор.

— Вы молодец, Кристина. — сказал он, и, заметив, что я не сдвинулась с места, спросил: — Что же вы сегодня, не спешите домой?

— Нет, не спешу. Не хочу потерять рабочее место. — сказала я с сарказмом.

— О, Кристина… Какое вы еще дитя. — улыбнулся Виктор. — Ладно, оставайтесь. Я буду здесь работать до 6 утра. Надо проверить документацию. Станет скучно, приходите пить кофе.

Едва он ушел, я с силой ударила по клавишам.

Боль снова кольнула меня. Невыносимая тяжесть охватила мое сердце.

Едва я прекратила играть, боль снова дала о себе знать. Это было невыносимо.

Мне в тот же миг захотелось вновь играть. Мне не хватило этих нескольких часов игры. И я очень хотела продолжить. Я очень хотела вылить всю боль в музыку.

Именно сейчас, в этот момент. Было 4 часа ночи. Целых 4 часа ночи.

А сна не было ни в одном глазу.

Я неистово начала играть. Так, словно играла в последний раз.

Спустя час я закончила и обессилено положила руки на клавиши.

Сердце бешено колотилось.

Боже мой, как же мне было хорошо и плохо одновременно.