— Так, стоп! Степа, мухой осмотри, что это за «Булат» такой и что у вас с боекомплектом?

— Есть!

Михаил повернулся к мехводу:

— Микола, нам нужен какой-то бугор, чтобы за ним спрятаться.

— Понял.

Бандиты заходили грамотно. Они засекли тепловой след, оставшийся после машины, и шли точно по нему. Но не колонной, а разделились на группы. Один снегоход летел по петляющей излучинами реке, другой по следам бронегруппы, а два охватывали военных с левого фланга, обходя две небольшие возвышенности. Видимо, чуя засаду, решили идти ва-банк. Пока остальные рейдеры будут отвлекать поисковиков огнем, эта группа обойдет тех с тыла. Михаил старался соблюдать радиотишину, задачи поставлены, оставалось лишь ждать. Сканер изредка показывал перехват засекреченных переговоров «сборщиков». Хорошая связь у них была, самая современная. Никак и бывшие безопасники участвовали в создании анклава.

Во время Великого исхода и мора государственные структуры в определенный момент начали разваливаться с «эффектом домино». Каждый спасал только себя. Если армия еще смогла бороться с массовым дезертирством, сохраняясь как единое целое, то правоохранительные органы рухнули в течение нескольких недель. В смутные времена на коне всегда те, кто обладает доступом к оружию и ресурсам. Да и как ты поступишь сам ради того, чтобы спасти семью и близких? На какие люди только ни шли преступления ради возможности выжить. Но наступившая зима сурово отнеслась как к тем, что смог остаться в живых случайно, так и к тем, кто готовился к ней. Морозы ударили неожиданно рано, застав очень многих врасплох.

Поговаривали, что в поисках новых ресурсов некоторые анклавы объединялись в более мощные конгрегаты. Они не боялись ни черта, ни дьявола, обшаривали все вокруг в поисках топлива, продовольствия и оружия. Остатки армии для них были лишь новыми ресурсами, не более. Так что пощады ждать не приходилось.

«Ну что ж, посмотрим, кто кого круче!»

МТЛ выскочил к реке на загодя присмотренную позицию. Поэтому несмотря на заевший механизм, Михаил смог точно прицелиться и первой же очередью напрочь снести снегоход преследователей. Чужая машина тут же загорелась, и никто от нее не смог отползти. Крупнокалиберный пулемет это вам не тут и не там. Вездеход сразу же дернулся назад, а на пятачке, где она только что была, сверкнуло несколько разрывов.

— У них АГС с наведением гранат на звук, — тут же доложил Степан. Он вовремя запустил небольшой дрон и сейчас докладывал обстановку на поле скоротечного боя.

— Боевые дроны у них есть? — откликнулся Соловьев.

— Нет, два бандита обходят вас с тыла, прибавили скорости.

— Стой на месте, вся надежда на тебя. Микола, на третью позицию мухой.

Как только мехвод развернул машину, тут же посыпались новые гранаты. Но Михаил уже нырнул внутрь бронемашины. Он подождал, когда они высунут нос в распадок, и снова полез наверх. К счастью осколки не повредили «Корд» и можно был огрызнуться огнем. Противотанковая ракета запоздала. МТЛ успел сдать назад и нырнуть в вымоину. Вражеский снаряд приняла на себя «Арена-Е», запущенная принудительно. Но опасный маневр вездехода не прошел зря. Короткой очередью удалось подбить один из снегоходов, и к нему на помощь подошел второй. Здесь их накрыли комплектом барражирующих снарядов, запущенных с колесного вездехода.

— Миха, бандиты убегают.

— Веди их как можно дольше. Скидывай мне метку! Микола, наверх!

Соловьев отчаянно вцепился в поручень. Громогласно рыча двигателем, бронированная машина полетела на полной скорости на возвышенность. Там она послушно развернулась в нужную сторону. Модернизированная МТЛ получила новейший комплекс корректирования огня. Осталось лишь нажать на красную кнопку, и система самонаведения заработала. Ведомый дроном вражеский снегоход тут же оказался под прицелом. Две коротких очереди и впереди зачадил черным дымом костер.

— Степан, прикрывай, я сначала проверю двойку.

— Принял.

Соловьев перекинул автомат вперед и поднял балаклаву. Ему было жарко. Пусть чужаки и были неплохо экипированы, но супротив опытных солдат не тянули. Интересно, кто они такие? И хорошо бы получить модули их связи. Тогда они смогут сделать расшифровку, пригодится на будущее.

— Федь, здесь осторожней!

Потапов напряженно всматривался в окружающую их белизну. Нет ничего хуже, как патрулировать зимой глухие леса. Но сам ведь на службу подписался! Вот в составе сводного отряда и попал после Нового года в северную Карелию. По ту сторону границы патрулировали остатки финских погранцов и спецназа, а с русской десантура и добровольцы. Полярный рубеж в Карелии проходил на линии Кеми. Дорог в карельской глубинке почти не было, так что перекрыть их не составляло особого труда.

Да это и не значило, что южнее не выжили люди. Несколько зон безопасности и строгий карантин вкупе с рано наступившими холодами спасли миллионы жизней в районе Петрозаводска и Онежского озера. Вот дальше им выжить будет сложнее. Огромную часть эвакуированных и переселенцев составляли горожане. Объяснить им элементарное — как топить правильно печь и то занимало немало времени. А ведь еще требовалось нарубить дрова и привезти их из леса. Еще требуется дерево и для строительства. Как местного, так и отправки дальше на Севера.

Зимой база для поставки вывезенных с юга стройматериалов резко снижалась. Поэтому основные усилия в эти месяцы направили на лесозаготовку. Весной по воде вывезут поближе к населенным пунктам и начнут переработку. Многочисленные деревообрабатывающие цеха и лесопилки возводились даже в морозы, как готовились для них и кадры.

Но вы попробуйте пристроить городского клерка, менеджера по продажам или работника творческой профессии куда-нибудь на делянку! Да у них все из рук падало. Потому высокий травматизм и малый выход продукции. Да еще и рано наступившие морозы, к которым нынешний городской житель не был приспособлен, принес новые проблемы. С работягами было намного проще. Только вот отчего-то мало их вывезли. То ли те не были такими пронырливыми, или за долгие годы привыкли к унижениям, что о них вспоминают в последнюю очередь.

Во всяком случае шоферов, механиков, трактористов остро не хватало. Потому самые ушлые из беженцев, не боящиеся грязной работы, бросились на курсы и уже начинали трудиться в лесу на технике. Критически необходимые специалисты по распоряжению коменданта Рубежа получали по три пайка. А это действительная возможность выжить. На иждивенческий пай разве что только что ноги не протянешь.

— Стой!

Из идущего позади за шестиколесным Каракатом снегохода яростно закричали, указываю на следы от снегоступов.

— Что у вас?

Потапову еще в декабре дали сержантские лычки, потому он исполнял обязанности старшего патрульного. И сейчас, накинув снегоступы, осторожно подбежал к земляку Николаю Тюрину. Тот был опытным охотником и поэтому был у них за следопыта.

— Чужие следы. Гляди, какие снегоступы и как ступает. Вес тащит немалый.

— Лазутчик и один?

— Счас, — Тюрин осмотрелся, махнул водителю снегохода и отъехал на сто метров к северному склону горы. — Здесь еще два! — закричал он оттуда.

Бойцы, вставший «на периметр», по команде дисциплинированно заскочили в вездеход и два снегохода. Те тут же, взметнув снежные буруны, рванули к разведчикам.

— Три человека, — Тюрина промерил пальцами оставшиеся от чужаков следы. — И нагружены по самое не балуй.

— Хреново, — Потапов повернулся к вездеходу и спросил у водителя, местного ополченца Степан Тервонена. — Добьешь по рации до поста?

— Нет, — белозубый и веснушчатый карел покачал головой, — эта гора мешает.