— Чегой не договариваешь?

Николай оглядел пустой зал и придвинулся ближе:

— Да разное болтают. Карантин ведь для чего обычно вводят?

— Так болезни всякие…

— А почему у нас? Ничего все ж про юга не говорят, люди живут там, как и жили, а войска у нас.

— Вот ты наивный. Кто ж об этом кричать будет на каждом шагу? Понимать надо…

— Может, ты и прав. Степка. У нас бают, что здесь последний рубеж, поэтому и строго так сейчас. Так что костьми ляжем, но дальше никто не пройдет. Так и живем, братуха.

Повар облокотился на локоть, сумрачно поглядывая в окно. Мимо шла очередная колонна, уже плановая. Полицейские машины сопровождения, автобусы с прильнувшими к окнам испуганными людьми. Казалось, что вся Россия устремилась сейчас в великое туристическое путешествие на Север. Что движет ими, ради чего все это? Вопросы без ответов.

'Фантомас забежал в туалет и закрылся в кабинке. Из унитаза показалась голова майора Пронина: — Сдавайся, Фантомас! За меня весь народ! — А за меня техника, — сказал Фантомас, нажимая на педальку.

Хрущев на банкете в Индии. Рядом с ним сидит очаровательная полуголая индийская танцовщица. Хрущев под столом поглаживает её колено. Танцовщица наклоняется к нему и шепчет на ухо: — Товарищ Хрущев, пощупайте выше и не меняйтесь в лице: докладывает майор госбезопасности Пронин'.

В кабинете раздался здоровый мужской хохот. Пронин покачал головой и подошел к окну:

— Ты, Макаров, где эти все истории и находишь? И, вообще, мужики, хорош курить, и так дым коромыслом!

— Так, товарищ майор, такие новости разве на сухую осилишь?

— Что значит на сухую, Нурмухаметов?

Маленький черноволосый оперативник понял, что чуть не спалился, и тут же замолк.

— Смотри у меня! Некогда нам, мужики, расслабляться. Оперативную обстановку я вам довел, так что по отделам и работать. Макаров, а вас я попрошу остаться.

Сотрудники криминальной полиции, становой хребет управления внутренних дел только улыбнулись. Совсем недавно по ТВ прошла премьера обновленного 3Д сериала «17 мгновений весны» и реплики оттуда стали опять популярны.

— Садись, Макаров — Пронин прошел к древнему, как говно мамонта, сейфу и достал свой рабочий планшет. — Чего расселся? Кофе пока налей себе и мне, — получив чашку с ароматным напитком, глава криминальной полиции города задумчиво пролистал файл и поднял глаза на подчиненного, начальника отдела расследования убийств, по старому сленгу именуемого «убойным отделом». — Макаров, что за хрень такая у тебя в отчете?

— Никакая не хрень, товарищ майор, — шкафоподобный капитан обидчиво, как ребенок, поджал губы. — Как было, так и написал.

— То есть этот чокнутый так и заявил, что убил жену и детей из-за приближающегося конца света?

— Только этот, как вы выразились, чокнутый, на самом деле профессор биологии.

— Биологии? — Пронин задумался, затем поднял глаза на подчиненного. — Макаров, быстро мне все сведения о том, где и когда он работал, и как сюда попал этот биолог. Мухой!

— Есть, товарищ майор, — капитан буквально задницей почуял, что сейчас лучше не фамильярничать и моментально исчез в дверном проеме.

Пронин минут пять изучал присланный файл, затем резко отодвинул недопитую чашку кофе и поднял мобильный телефон:

— Миша? Привет, ага, спасибо. Слушай, у меня тут занятная информация образовалась, но не мой уровень. Пришли ко мне, пожалуйста, надежного человечка с флешкой. Нет, не стоит. Лучше по старинке: из руки в руки. Ага, жду.

Майор откинулся в кресле, сложил руки за голову и задумался. В стране и в самом деле творилось нечто неладное. Ощущение было, как перед войной. Атмосфера все сгущалась, а по телевизору вещали: не создавайте панику! Не переставая, шли развлекательные передачи и ретроспективы комедий. Как будто и в самом деле наверху ломали одну большую трагикомедию. Их уральский Березник еще пока оставался относительно тихим местом. Заградительный кордон, развернутый армией и Национальной гвардией после моста на реке Чусовой, оказался мерой достаточно эффективной. Но все равно в тихий доселе город то и дело проникали панические слухи и чужие люди.

«К черту! Так с ума сойдешь за всех думать. У меня свой участок работы и точка!»

Вечером в кабинете раздался звонок, Пронин отвлекся от составления отчета и посмотрел номер вызывающего абонента.

— Да, Миша.

— Дверь открывай.

В кабинет, отдуваясь после подъема на третий этаж, тяжело ввалился закадычный дружок. Нынче зам главы городской ДГБ полковник Вихрян. Он молча повесил на вешалку куртку и начал доставать из бумажного пакета выпивку и закуску. На столе, как на скатерти-самобранке появилась бутылочка хорошего дагестанского коньяка, нарезка колбасы, упаковка магазинского салата и буханка черного хлеба.

— Что за повод? — удивленно отозвался хозяин кабинета.

— Новости не смотришь?

— Когда? Отчетность готовлю. Будь она неладна! С нас работу требуют, но и о бумажках никогда не забывают. Бюрократы хреновы! Сколько на моей памяти реформ прошло, но «палки» так и не убрали.

— Козлы, — соглашаясь со старым другом, констатировал Вихрян и налил по первой, сначала подозрительно просмотрев стаканы на свету — Ну, давай!

— Однако, — Пронин оторвался от экрана монитора, на котором висела информация, принесенная гэбистом.

— Не то слово, Леша!

— Что по твоему ведомству?

— А чего по ведомству? Все по инструкции. Инструкции в сейфе. Сейф в кабинете.

— Ага, — Пронин задумчиво поднял стакан. Не дело, конечно, пить такой напиток из обычного столовского стекла. Но что есть, на том и пишем. — Все как у нас! Усилить, улучшить и еще больше бумажек. Они там наверху, что, вообще, ни хрена не понимают? Как все уже достало!

— Ты это, давай не давай! — Вихрян цапнул ложку салата и разлил еще по одной. — Кстати, спасибо за наводку, за мной должок.

— Да ладно, одно дело делаем.

— Это точно — одно.

Безопасник замолчал и некоторое время рассматривал стену с потрескавшейся штукатуркой.

— Не выпадай из реальности, Миша. Это тебе не «Матрица». Кто хоть он оказался?

— Не знаю, Леш. Я наверх, — сообщил, ответ пришел подозрительно быстро. Так что жди теперь людей из самой столицы.

— О как!

Они молча переглянулись. Происходящее вокруг все больше начинало им не нравится. Своей жутковатой таинственностью, выпадением надежных в прошлом каналов получения информации и мутным туманом грядущего. По спинам у обоих офицеров пробежал холодный озноб.

— Глаз у тебя, Леша, алмаз!

— Да тут без телескопа понятно, что дело неладное. Появился недавно, пропуск поддельный, но настоящий, просто на чужое имя выписан. Вел себя странно, да и прошлое…

— Специалист по микробиологии, — задумчиво протянул Вихрян, вызвав любопытный взгляд майора. Он уже давно замечал, что несколько рюмок коньяка вызывают у его старого друга прилив умственных способностей. — У тебя как дела в отделе?

— Волну уголовщины в целом придавили. Кордоны «росгадов» в этом деле здорово помогли. Они же этого «брата» за версту чуют, да и полномочия им дали как ЧеКа сто лет назад.

— Ага, — улыбнулся гэбист, — плюс твои многолетние наработки на земле способствовали.

— Куда без них! И знаешь, на области также не дураки сидят. Мне на усиление своих, то есть местных сотрудников прислали. Представляю, какие сейчас проблемы у пермских парней. Им-то с других областей народу придали, ни опыта, ни знаний местного колорита.

— Так и урки со всей страны повалили. Вот и будут друг друга выискивать. По знакомству.

— Ну с такой постановкой вопроса согласен. Давай, еще по одной, я пока колбаски порежу.