— Артём! Капитан Артём! Немедленно ответьте! Что происходит? Почему ваш флот покидает систему без санкции? Какая ваша цель?

Я притворился, что пытаюсь ответить, крича в несуществующий микрофон, пока Тёма вставлял в эфир очередные «обрывки»:

— …полковник… не слышу… помехи… выдвигаемся на… проверку… сектор… — и снова шипение.

— Артём! Вы что, спятили? Прекратите немедленно! Я отдаю приказ патрульным силам на перехват! — голос Клифта стал металлическим.

И Тёма тут же подтвердил угрозу:

«Артём, в орбитальной группировке отмечается движение: два патрульных фрегата пограничной службы и группа из трёх крейсеров Военно-космических сил меняют курс. Расчётное время до выхода на дистанцию эффективного огня — 7 минут. Они явно нацелены на перехват.»

Время кончилось. Игра в кошки-мышки закончилась. Началась погоня.

— Тёма, меняем вектор прыжка! — скомандовал я. — Не прямой курс в Омегу-9. Рассчитай серию условно рандомных прыжков, чтобы запутать следы. Через нейтральные, необитаемые системы.

«Принято. Рассчитываю цепочку прыжков. Первая цель — пустая система «Лиманта-Бета», без планет, только астероидный пояс. Вектор изменён. Поле для группового прыжка сформировано на 87%. Готовность через 45 секунд.»

Сорок пять секунд под прицелом нарастающей угрозы. На экране красные метки патрулей неумолимо сближались. Мои корабли, собравшись, разгонялись, накапливая энергию в прыжковых двигателях.

— Всем кораблям, прыжок по готовности!

И пространство перед нами разорвалось. Последнее, что я увидел на тактическом экране, — это уже чёткие контуры крейсеров перехвата, выходящие на боевую дистанцию. Но было поздно.

— Ни секунды простоя! — приказал я. — Тёма, диагностика систем, подзарядка от маршевых реакторов! Готовим следующий прыжок!

«Системы в норме. Следующая цель — система «Пояс Астрея», нейтральная. Зарядка завершена на 70%. Время до следующего прыжка — 1 минута 10 секунд.»

Мы не выключали двигатели. Корабли, всё ещё в боевом построении, плавно развернулись, и пространство снова исказилось. Прыжок. Опять пустота.

Так начался наш бешеный танец-побег. Шесть прыжков подряд, почти без пауз, только на диагностику и подкачку энергии. Мы скакали через забытые богом системы, через облака космической пыли, мимо холодных, мёртвых планет.

Но их не было. Видимо, наша «рандомизация» сработала. Они не могли предугадать такой хаотичный, на первый взгляд, маршрут.

И вот, после шестого, самого долгого и напряжённого прыжка, пространство перед нами обрело знакомые очертания. Мы выпрыгнули в секторе Омега-9.

Я не дал команду на торможение.

— Тёма, без остановки! Веди флот прямо в проход в минных полях!

Мои корабли, ведомые Тёмой, устремились вперёд, в постепенно открывающийся в смертоносном поле туннель. Я обернулся, глядя на экраны заднего вида. Чёрная пустота, из которой мы только что вышли, оставалась пустой.

Мы проскользнули сквозь все четыре слоя, и смертоносные устройства последнего ряда мин сомкнулись за нами, отрезая нас от всего остального космоса.

Только когда мы оказались в безопасном пространстве внутри, среди знакомых силуэтов восстанавливающихся кораблей и громады почти достроенной станции, я позволил себе немного расслабиться.

Моя небольшая флотилия, дополненная прихваченным из системы Фатх тяжёлым буксиром и грузовым кораблём, неторопливо потянулась к гигантскому скоплению боевых кораблей.

В полёте я долго раздумывал. Какой корабль сделать флагманом моей теперь уже совсем не маленькой армады? Дредноут «Непреклонный» был, конечно, монстром, символом неоспоримой мощи. Но… что-то тянуло к другому. ГК-112, «Громовой Кулак», был… родней. Первым крупным кораблём, который я поставил на ход здесь. С ним были связаны первые прорывы, первые победы над мёртвым металлом.

Я отдал приказ, и мой крейсер плавно пристыковался к знакомому борту линкора. Перейдя на его борт, я сразу же направился на командный мостик. Он встретил меня своим обычным величественным молчанием и мерцанием огромных экранов.

Устроившись в просторном командирском кресле, я обратился к искину корабля:

— Сто двенадцатый. Доклад о текущем состоянии флота.

Голос искина зазвучал в зале, низкий, размеренный, исполненный внутренней силы:

«Доклад о состоянии флота на текущий момент.

Дредноут «Непреклонный»: Статус — боеготов. Все системы в норме. Главный калибр, щиты, двигатели — 100%.

Линкоры типа «Громовой Кулак»: 7 единиц (включая ГК-112). Статус — боеготов. Средняя готовность систем — 98%.

Крейсеры «Ярость Небес»: 22 единицы. Статус — боеготов. Средняя готовность — 96%.

Линкоры «Цепной Пёс»: 5 единиц. Статус — боеготов. Средняя готовность — 94%.

Авианосец «Безликий»: 1 единица. Статус — боеготов. Ангары заполнены на 20% восстановленными палубными истребителями (48 единиц).

Крейсеры «Карающий Меч»: 18 единиц. Статус — боеготов. Средняя готовность — 92%.

Эсминцы «Метеор» (Содружество ПАМ): 14 единиц. Статус — боеготовы. Средняя готовность — 97%.

Боевая орбитальная станция:

Статус — построена. Конструкция завершена на 100%. Установлены системы жизнеобеспечения, энергетический каркас, доковые отсеки.

Вооружение: На стационарных платформах смонтировано 8 башен главного калибра, снятых с линкоров, не подлежащих восстановлению. 24 батареи среднего калибра для ПВО и борьбы с малыми целями. Щиты — 85%.

Замечание: Наблюдается нехватка вычислительных мощностей для одновременного управления всеми оборонительными системами станции в полностью автоматическом режиме с максимальной эффективностью. Требуются дополнительные управляющие искины или центральный управляющий кластер.

Флот Империи Зудо:

Активность: Зафиксирован резкий рост энергетической и технологической активности в районе расположения двух основных группировок («Великий Улей» и «Неумолимый Мандриб»).

Наблюдение: Сенсоры отмечают интенсивное перемещение малых и средних кораблей, локальные включения силовых полей. Есть все основания полагать, что после вашего визита и установки управляющих кластеров флоты Империи Зудо начали активный процесс самовосстановления и ремонта. Враждебных действий не отмечено.»

Всё было ровно так, как рассказывал Слава, только в тысячу раз масштабнее и официальнее. Флот был не просто в хорошем состоянии — он был боеготов. Мы могли прямо сейчас, всей этой армадой, покинуть Омегу-9.

Но оставалось одно «но». Четыре слоя минных полей, которые надёжно охраняли нас от внешнего мира. Эти минные поля должны оказаться в системе Плацдарма, надёжно защищая саму планету и переход на Землю. А у меня не было минных тральщиков.

С этим вопросом я обратился к Тёме, пока искин ГК-112 продолжал выводить на экраны красивые диаграммы и графики.

— Тёма, вопрос по минным полям. Нам нужно их снять, желательно сохранив мины, для транспортировки. Варианты?

Пауза для расчётов была недолгой.

«Артём, анализ задачи «Демилитаризация периметра» завершён. Специализированных кораблей-тральщиков в нашем распоряжении нет. Предлагаю вариант импровизации с использованием имеющихся активов.

Тяжёлый грузовой корабль. Его можно переоборудовать в примитивный, но эффективный тральщик-сборщик. Корабль будет двигаться задним ходом, с полностью открытым грузовым отсеком, собирая мины. Внутри дройды-монтажники будут фиксировать мины на специально смонтированных многоуровневых стеллажах-держателях.