— Я постараюсь быть аккуратнее, — добавил я, гладя её по спине. — Чтобы больше не попадать в… транспортные аварии.

Она лишь глубже прижалась ко мне, и её молчание было красноречивее любых слёз и упрёков. Я обнял её крепче, закрыл глаза, стараясь запомнить каждое ощущение — тепло её кожи, биение её сердца, запах её волос. Пару дней, чтобы побыть Артёмом, мужем и отцом.

Утром я проснулся не от будильника, не от голоса Тёмы, а от густого, ароматного запаха, который просочился в спальню — запах жареного бекона и свежего кофе. Нет, конечно, это могло быть и галлюцинацией, наваждением после долгого отрыва от нормальной жизни. Но я поднялся с постели, оделся и вышел на кухню.

И нет, это не было наваждением. У плиты Эльза, в домашнем халате, ловко переворачивала на сковороде охотничьи колбаски.

— Дорогой, ты уже встал! Садись скорее.

— Да я, вроде как, ещё и не умылся, — пробурчал я, потирая лицо.

— И не умоешься. Ванную комнату заняла дочь. Так что за то время, пока она там хозяйничает, ты как раз успеешь позавтракать.

Логика была железной. Я сел и погрузился в блаженство простой, совершенной еды.

После завтрака я накинул свою старую, потёртую куртку и вышел во двор. Не то чтобы мне было нужно на улицу, просто я сначала услышал, а потом, глянув в окно, увидел подъезжающую к дому знакомую машину. Тот самый сидельный тягач, на котором Слава обычно возил литий. Чёрный KIA уже парковался у калитки. Слава заметил меня, выскочил из кабины и быстрым шагом, широко улыбаясь, направился ко мне.

— Доброе утро, Артём! Как дела? Как первая ночь после долгого отсутствия дома?

— Всё нормально, спаситель ты мой, — усмехнулся я. — Пойдём, что ли, прогуляемся, дела наши обсудим? Водитель фуры сам справится?

— Справится, куда он денется, не в первый раз.

7

Мы прошли через двор, нырнули в проход за сараем и очутились на Плацдарме. Здесь, как и всегда, было тепло, и утреннее солнце мягко грело лицо. Мы не спеша пошли в сторону стоянки кораблей.

— Ну, давай, Слава, рассказывай, — начал я. — Сначала про то, что ты назвал «торговлей лицом». Как там?

— Ну, а что там, — Слава махнул рукой. — Всё нормально. Блогеры, промо-ролики, всё как положено — команда, свет, камеры, квадрокоптеры. Дорогие тачки, отели… Всё как положено, дорого-богато. А потом вычислительный центр банка стал самостоятельно генерировать видеоролики, полностью меня оцифровав. Стал выпускать промо-материалы таким образом, как было необходимо. То есть там всё пошло на полный автомат.

Он помолчал, задумавшись.

— Ну а я… высвободился. И, если честно, не по мне это. Сначала вроде прикольно — одна тачка, другая, один отель, тут роскошный офис, модели, девчонки симпатичные… Но скучные. В общем, я рад, что меня освободили от участия в этих роликах.

— Так как у меня появилось больше свободного времени, я стал больше уделять экспорту-импорту. Кстати, твой вариант по обмену товара на золото с наркопроизводителями очень понравился. Сначала, конечно, сомневались, опасались обмана. Но я им всё объяснил — что мы планируем работать в долгую и обманывать партнёров не собираемся. Тем более, если они привлекут достаточно квалифицированных мастеров-ювелиров, то отмывать вырученные с продажи кокаина деньги им будет проще.

Слава оживился, его глаза заблестели.

— Ты не поверишь, что произошло при моём следующем посещении деревни в джунглях. Тот дядька, который старший у них — выглядел как цыганский барон, весь был в золоте, цепи, перстни, браслеты. Сразу видно — уважаемый человек. Более того, они сами уже просили рассчитываться с ними золотом! Видимо, попёрло у них с золотыми изделиями, скажем так, появилась добавочная стоимость, доходы выросли. И даже предложили скидку! Небольшую, но всё-таки. В общем, мой товарооборот увеличился, и я стал у них забирать по полтонны за раз.

Пока его рассказ мне нравился. Всё чётко, как по заветам старших товарищей. Я не перебивал, слушая дальше.

— На станции «Демонов Ночи» товар у меня забирали без каких-либо вопросов. Всё сразу. Хоть я и пробовал немного прокачать цену, но у меня не получилось. На станции же я больше не экспериментировал с закупкой товаров. Как говорится, по твоим рекомендациям я брал всё те же три тонны лития и тонну золота. Кстати, по рекомендации вычислительного центра, я последнюю партию золота заказал с маркировкой банка «Pacific Inda». Ну, и пробы — с четырьмя девятками. Получилось красиво. Сейчас дойдём до «Быстрого», сам убедишься.

Мы как раз подошли к опущенной рампе курьера. Взошли по ней внутрь. Слава уверенно прошёл к крайнему контейнеру, отщёлкнул замки и откинул крышку. Внутри аккуратно лежали золотые слитки. На каждом была чётко выпрессована маркировка на английском: «Pacific Inda», и рядом — цифры пробы: «.9999».

— Контейнеры с искинами я складировал в грузовом отсеке «Стрижа», — продолжил Слава, глядя на меня. — Так как ты, Артём, не давал мне распоряжений, что с ними делать. На счету криптокошелька скопилась сумма около 1 миллиона USDT. Наверное, это всё. Доклад окончил.

— Продолжай, что у нас по сельскохозяйственным работам?

— А, ячмень… Ячмень я убрал. Там на ковчеге серьёзный аппарат — огромный комбайн, полностью автоматизированный, саморегулирующийся. То бишь, я даже не вмешивался в настройки. Он сам определил зрелость зерна, построился под него. Более того, этот комбайн — с функцией первичной очистки и сортировки. В общем, убирать урожай было одно удовольствие. Складирование и хранение осуществляется на ковчеге. У него там специальные зернохранилища с поддержанием нужных условий.

Мысленно я обратился к Тёме: «Тёма, что это за хранилища на ковчеге? Дай детали.»

Ответ пришёл мгновенно.

«Артём. Зернохранилища «Ковчега» серии «Наследие» представляют собой замкнутые биотехнологические модули. Каждый модуль — это автономная экосистема в миниатюре. Основные функции:

Сушка и консервация:

Используется не тепловая, а низкоинтенсивная СВЧ-обработка в среде инертного газа (аргон), которая испаряет влагу, не повреждая зародыш семени.

Температурный режим:

Поддерживается стабильная температура -2°C. При такой температуре метаболическая активность семян падает практически до нуля, что позволяет хранить их десятилетиями без потери всхожести.

Герметичность и защита:

Модули имеют трёхслойную оболочку: внешняя броня, слой вакуумной изоляции и внутренняя биологически инертная керамика. Внутри поддерживается стерильность, исключающая любые грибки или бактерии.

Надёжность:

Каждый модуль оснащён собственным резервным энергоядером, рассчитанным на 300 лет автономной работы.

Проще говоря, это технологические «семенные банки», предназначенные для сохранения биоразнообразия на новых планетах в условиях многовековых перелётов. Ваш ячмень сохранится там лучше, чем в самом современном элеваторе Земли.»

— Ну так вот, — продолжил Слава. — Ячмень был убран. Но последние твои распоряжения его в принципе не касались. Ты говорил о планах засеять 10 000 га здесь, на Плацдарме, и устройстве ветрозащитных посадок. Но вот прям чтобы конкретно… не было. И вообще, мне показалось, эту тему ты временно отпустил из-за проекта с банком «Пасифик Инда».

— Всё верно, — кивнул я. — С этим можно и подождать. Ты провёл неплохую работу. В целом, одобряю твои действия.