— Однако, — и тут голос Клифта стал официально-сочувствующим, — ввиду того, что крупномасштабные боевые действия завершены и угроза миновала, Министерство Войны вынуждено автоматически закрыть все действующие контракты с частными военными компаниями. Бюджет, понимаете ли, перераспределяется. Но! — он поднял палец. — Если бы вы изъявили желание вступить в ряды Военно-космических сил Мира Фатх, то вам, без сомнения, было бы присвоено озвученное звание. Карьера, социальный пакет, пенсия…

Он смотрел на меня с дежурным ожиданием. Я медленно выдохнул. Вот она, развилка. Свобода или клетка с погонами.

— Господин полковник, — сказал я максимально вежливо, — я чрезвычайно признателен за высокую оценку и предложение. Но, как вы знаете, у меня есть собственное предприятие, обязательства… Я вынужден отказаться.

Полковник кивнул, не выражая ни разочарования, ни удивления. Видимо, такой ответ был ожидаем.

— Что ж, ваше право. Тогда перейдём к финальным расчётам.

Он откашлялся снова.

— За успешное выполнение всех боевых задач, включая участие в генеральном сражении, вам положена премиальная выплата. Финансовая служба министерства, с учётом всех факторов… насчитала сумму в размере одного миллиона семисот сорока двух тысяч кредитов.

В кабинете повисла тишина. Я перестарался с изумлением. Сумма для обычного человека — огромная. Но для человека, который только что потерял боевые корабли (пусть и старые) и чей рейтинг взлетел до небес — это была… подачка. Оскорбительная подачка.

— Господин полковник, — произнёс я, делая обиженный вид, который отчасти не был наигранным, — простите, но… такая сумма? С учётом понесённых потерь?

Клифт вздохнул, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на усталое понимание. Он-то знал настоящую цену тем кораблям.

— Капитан, финансовая служба… она руководствуется сухими цифрами. Амортизация. Модельный ряд. Возраст. Ваши крейсеры и рейдеры были, простите, устаревшими пиратскими трофеями предыдущих поколений. Их балансовая стоимость, даже до боя, была… невысока. С учётом списания узлов и агрегатов, которые вы, как я понимаю, уже благополучно… утилизировали, эта сумма сочтена более чем достаточной.

В его голосе звучало нечто вроде: «Не прикидывайся, мы оба знаем, из какого дерьма ты свой флот сколотил». Я сдался. Внутренне я был даже рад. Пусть считают моё железо хламом. Главное — контракт закрыт. Кредиты… на кредиты мне было плевать. У меня были другие активы.

— Как скажете, господин полковник, — с достоинством ответил я.

Клифт, видимо, чтобы сгладить впечатление, выдвинул ящик стола и достал оттуда ещё одну коробочку, на этот раз из тёмно-бордового дерева.

— А это — от командования объединённым флотом. Медаль «За победу при Скорпионе». Для всех участников сражения. Носите на здоровье.

Я принял коробочку, открыл. Внутри на бархате лежала бронзовая медаль с изображением скорпиона, сжимающего в клешнях упрощённое изображение дредноута Зудо. Просто, пафосно, массово. Но всё же приятно.

— Благодарю.

Мы распрощались доброжелательно. Полковник ещё раз, уже на прощание, предложил подумать о Военно-космических силах Мира Фатх. Я так же вежливо отказался и покинул кабинет.

Выйдя из представительства, я сел на транспортную платформу и сразу же, не оглядываясь, направился к своему «Звёздному Утилю». Всё официально. Всё кончено. Теперь начиналось самое интересное.

Не то чтобы я торопился. Скажем так — я поспешал. Разобравшись с вояками и закрыв (ну, вернее, он сам по себе закрылся) контракт, я намеревался полностью завершить все свои дела в Мире Фатх. Настолько, насколько это было возможно. Я хотел избавиться от всего, что удерживало меня в этом мире, что привязывало к нему обязательствами и имуществом. И самым основным активом, самым тяжёлым якорем было, как ни странно, «Звёздный Утиль». Предприятие, которое кормило меня и давало старт. Теперь оно стало обузой.

Я собирался продать его. И желательно — чтобы его приобрёл Начо. Он знал дело изнутри, он был хорошим управленцем, он любил эту грохочущую, суетливую, пахнущую сваркой, плазменной резкой и пылью махину. Для него это была бы вершина карьеры. Для меня — освобождение.

Платформа плавно проехала сквозь знакомые ворота предприятия. Я направил её к офисному модулю, где, как я думал, должен был находиться мой заместитель. Она беззвучно остановилась у входа. Я спрыгнул и вошёл в контору.

Здесь были все. Начо, склонившийся над голографической сметой, Сити и Брон, что-то горячо обсуждавшие у монитора, и та пара новеньких ребят, которые возились с терминалами. Всеобщее оживление, привычный рабочий гул.

Я вежливо поздоровался.

— Всем привет. Работа кипит, это радует.

Все обернулись, лица озарились уважительными улыбками.

— Начо, можно тебя на пару минут? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал легко. — А остальным, — я обвёл взглядом Сити, Брона и новичков, — предлагаю сделать небольшой, заслуженный перерыв. Как говорится, пользуйтесь моментом, пока я в хорошем настроении.

Прогремел одобрительный смешок. Ребята, не заставляя себя долго ждать, стали собираться.

Через минуту мы с Начо остались наедине в кабинете. Он смотрел на меня с лёгким ожиданием и беспокойством.

— Садись, Начо, — сказал я, опускаясь в кресло. — Дело не срочное, но важное. Для тебя.

Он сел напротив, насторожившись.

— В чём дело, Артём? Проблемы с поставками? С Министерством?

— Нет, нет, — я махнул рукой. — С Министерством я… рассчитался. Всё позади. Дело в другом. — Я сделал паузу, выбирая слова. — Я ухожу, Начо. Насовсем. У меня есть другие планы, другие проекты. Далеко отсюда. И мне нужно… освободиться. От всего, что держит меня здесь.

Я посмотрел ему прямо в глаза.

— Я хочу продать «Звёздный Утиль». И хочу, чтобы его купил ты.

Начо замер. Его лицо выразило такую бурю эмоций — от изумления и восторга до моментального, леденящего ужаса, — что стало почти смешно.

— Я?! Артём, ты… ты шутишь? У меня… у меня никогда не было столько средств! Никогда! Это же целое предприятие! Цеха, оборудование, контракты! Это десятки, сотни миллионов! Я… я максимум управляющий, а не владелец!

Он заерзал в кресле, словно оно вдруг стало раскалённым.

— Я понимаю, Артём, это очень лестно, но… это невозможно.

— Почему невозможно? — спросил я мягко, почти отечески. — Ты же не думаешь, что я ожидаю от тебя полную сумму сразу? Это же не ларек с сантехникой. Я предлагаю тебе приобрести 70% предприятия. В кредит. Как говорится, ипотека. На тридцать лет.

— Тридцать лет! — вырвалось у Начо, и в его голосе прозвучал скептицизм, граничащий с паникой. — Артём, это… это кабала на всю жизнь! Проценты, обязательства… А если кризис? Если что-то пойдёт не так? Я не уверен… Я не уверен, что потяну.

Я видел его страх. Страх человека, который привык быть наёмным работником, пусть и высококлассным. Страх ответственности за такое колоссальное хозяйство. Нужно было помочь ему переступить через этот порог.

— Начо, послушай, — я наклонился вперёд, понизив голос. — Я называю цену. 300 миллионов кредитов. За 70%. Это с учётом всего: цехов, оборудования на складах, текущих контрактов, бренда, репутации. Знаешь, сколько реальная рыночная стоимость всего этого? Минимум на 20% больше. Эти 20% — твоя скидка. Твой мгновенный доход, просто за то, что согласишься. Ты не просто становишься владельцем уважаемого предприятия. Ты с первого дня становишься миллионером. На бумаге. Просто владея им.