Я потерял часть себя. Я не собираюсь полагаться на судьбу и позволять тем, кто это сделал, уйти от ответственности. Я буду единственным, кто воздаст им по заслугам. Кровь за кровь. Я выжгу землю дотла, чтобы они не могли спрятаться от меня. Я заберу всё, что они любят, и уничтожу это.

Я не жестокий человек, но сегодня я стал новым монстром.

Гуляя по кладбищу, я не могу оторвать взгляд от статуй, которые украшают это место вечного покоя. На протяжении сотен лет традиции украшали это святилище. Здесь покоятся члены мафиозных семей, которые впервые начали убивать друг друга на этой земле.

Великолепный Ангел Воскрешения, словно бы следит за поэтами, художниками, убийцами и гангстерами. Я надеюсь, что моя семья найдёт здесь тот же покой, который я вижу в его мраморных глазах. Я желаю им обрести здесь долгожданный отдых, потому что сам я, кажется, никогда больше не обрету его.

У ворот меня уже ждёт одинокая машина, чтобы отвезти домой. В ней сидит ребёнок, за которого я теперь отвечаю. Он стал для меня самой тяжёлой ношей, которую я когда-либо нёс. Водитель не смотрит на меня и не произносит ни слова. Его молчаливое уважение к моему трауру не остаётся незамеченным, пока мы возвращаемся в город.

Мне нужно срочно уехать, чтобы утром встретиться с Лоренцо и другими «королями». Но сначала я должен был похоронить свою семью.

Самолёт Альотти уже ждёт нас на аэродроме. Когда я поднимаюсь на борт, то с облегчением вижу, что со мной летят Элоди и Вито. Их компания поможет мне отвлечься от боли утраты. Они обычно тихие, но их присутствие делает поездку более терпимой.

— Где он? — Спрашиваю я у Вито, даже не представляя, куда мы направляемся. Я только что сел в самолёт.

— На Мальте, — отвечает он, — чтобы встретиться с нами, а потом он вернётся, чтобы провести медовый месяц в неизвестном месте. — Это убийство испортило его свадьбу, и я должен чувствовать себя виноватым за это. Я никак не мог знать, что это произойдёт, и до сих пор не понимаю, как такое стало возможным. Моя охрана должна была, по крайней мере, получить предупреждение или понять, что я в опасности. Я закрываю глаза, и усталость от двухдневного бодрствования наконец накрывает меня. Я сплю до тех пор, пока колёса не касаются земли, и только тогда просыпаюсь.

Лоренцо стоит на взлётно-посадочной полосе, засунув руки в карманы, и ждёт, когда прибудем мы и остальные. Мы все понимаем, что это не будет весёлая поездка, мы здесь, чтобы обсудить важные дела и принять решение о дальнейших действиях, учитывая угрозу со стороны Загарии. Потому что они представляют опасность для всех нас. Они не преданы никому, и им почти нечего терять, а это опасное сочетание.

— Вито позаботится о сыновьях, но я не знаю, что делать с этой маленькой сучкой, — говорит Лоренцо. — Я придумаю что-нибудь подходящее. — Он настолько сильно ненавидит Люсию, что я удивляюсь, как она до сих пор жива.

— Старик на свободе, в океане. Он укрылся на семейной яхте, так что поймать его будет непросто, — продолжает Лоренцо. Только не для меня. Я не говорю это потому, что мы не преследуем цели личной мести. Это касается всех нас, и я не могу позволить Лоренцо увидеть, чего я хочу, он не допустит этого.

— Пока угроза не будет нейтрализована, я думаю, будет лучше, если мы все заляжем на дно… за пределами города, — предлагает Лоренцо, оглядывая сидящих за столом. — У каждого из вас есть убежище и план на случай непредвиденных обстоятельств. Сейчас самое время их использовать. Не говорите никому, даже присутствующим в этой комнате, куда вы идёте. Я пришлю за вами, когда придёт время.

Я знаю, куда мне нужно отправиться, но, боже мой, с ребёнком и небольшой командой охраны это будет непросто. Остров не самое удобное место для того, чтобы спрятаться с ребёнком, но зато самое безопасное. Никто о нём не знает, кроме русских, которые время от времени используют его для перевалки грузов. Все мужчины вокруг меня выглядят обеспокоенными, и я наблюдаю, как они делают свои собственные приготовления.

Элоди смотрит на меня. Она знает, что у меня теперь на руках ребёнок, и очень переживает.

— Со мной всё будет в порядке, — говорю я ей, удивляясь, как, чёрт возьми, я это сделаю. Я даже не представляю, какие продукты заказать и где укладывать ребёнка спать. Предстоит долгая прогулка на лодке и чартерный рейс, чтобы всё уладить.

Когда «короли» медленно уходят, готовые спрятаться на какое-то время, я останавливаюсь, чтобы поговорить с Лоренцо.

— Мне очень жаль, — я должен извиниться перед ним, ведь именно из-за моей семьи всё это. — Я должен был быть там.

Он качает головой и говорит:

— Я благодарю Бога, что это было не так. Мне очень жаль, Сальваторе, я могу только представить твою боль. — Он не может, никто не может. — Мы всё исправим. Ты знаешь, что сейчас не время позволять своему гневу взять верх. — Он говорит мне, что мне не позволено мстить, что я должен следовать его примеру. Я не думаю, что я достаточно сильный человек, чтобы сделать это.

— Я знаю, что так и будет, — говорю я, чтобы подбодрить его. — Сейчас я должен заботиться о своём племяннике, этого хотели Феликс и Мария, теперь я отец. — Я до сих пор не понимаю, почему они отдали мне своего ребёнка, это кажется неправильным. Я подведу его, как подвёл своего брата.

— Береги себя, Сэл, — говорит мне Лоренцо, когда я ухожу.

— Ну что, малыш Рауль, нас ждёт крошечный остров, — шепчу я ему, прижимая его к себе, желая, чтобы это вернуло моего брата.

Это единственный раз, когда я снова чувствую себя рядом с ним.

ЛЮСИЯ

После полученной нами угрозы я приняла верное решение остаться дома, где мы были бы в безопасности под круглосуточной охраной. Мои братья находятся в состоянии повышенной готовности, и Бенито взял на себя ответственность за всё. Мой отец, как глава семьи, где-то далеко на своей лодке, но я не знаю где точно. Его жизнь должна быть защищена любой ценой. Если его не станет, мы станем лёгкой мишенью.

Весь комплекс закрыт, и никто не может войти или выйти без разрешения службы безопасности. Я чувствую себя пленницей в собственном доме, и это сводит меня с ума. Мне невыносимо находиться здесь взаперти, и я не могу никуда уйти. Никто не обращает на меня внимания. Мои братья заняты «работой» — они пытаются привлечь к нашей семье новых союзников и заключить новые сделки, чтобы обеспечить нашу безопасность, финансовую стабильность и сохранить наследие, которым мы должны гордиться.

— Люсия, ты что-то хотела? — Мой брат замечает, что я стою в дверях его кабинета. — Я занят. — Он смотрит на меня поверх экрана ноутбука, который лежит перед ним. В комнате находятся два вооружённых охранника, и я не хочу разговаривать при них.

— Могу ли я пойти куда-нибудь сегодня? — Спрашиваю я его. — Может быть, с Лорой?

Бенито закрывает свой компьютер и вздыхает.

— Нет, Люсия, ты не можешь появляться на людях, когда твоей жизни угрожает реальная опасность. Лаура с семьёй Луки. Они тоже уехали из города. — Все уехали, кроме нас, и мы здесь, как звери в клетке в зоопарке. — Ты нужна нам здесь. У нас есть планы, как исправить ситуацию, которую ты создала, потеряв Лоренцо.

Потеряв Лоренцо? О чем он говорит? Мои губы ничего не выражают, но мой брат читает по моему лицу.

— Ты должна была выйти замуж за этого человека, а не наживать в нём врага. У нас и так было достаточно проблем, а теперь я должен найти новый способ укрепить нашу семью.

— Тогда зачем я вам здесь нужна? — Честно говоря, я немного смущена. Я могла бы поехать на Капри или спрятаться с Лорой и Лукой на юге.

— Мы заключили несколько сделок с русскими, и они проявили заинтересованность в заключении брачного союза. Чтобы сделка состоялась, ты должна будешь выйти замуж за старшего сына их Пахана.

— Что? — Мой брат сошёл с ума. Я не собираюсь выходить замуж за русского, я хочу найти хорошего итальянского мужа. Таков был мой план, и мой отец много раз говорил мне, что я выйду замуж за мафиози. Теперешний план мне совсем не нравится. — Я не отправлюсь в Россию, там слишком холодно.