В столовую заходит Марина. Девчонка выглядит намного лучше. Макс сразу подрывается со своего места и провожает рыжую до стола.

— Сейчас принесу еды, сиди, не вставай, — говорит он и уходит к раздаче.

— Да я уже в норме, не переживайте, — Марина вяло улыбается, но выглядит и правда намного бодрее.

— Тогда предлагаю всем выпить по кружке морса и двигать на занятие к Пилюлькину, — говорю ребятам, и все согласно кивают.

— С дороги, пацан!

Едва успеваю отпрыгнуть от группы бойцов в чёрной броне. Они тащат за собой магический кокон. Что внутри — не разобрать. Вваливаются в целительскую.

Вот ведь дёрнуло меня зайти почти ночью к Пилюлькину за пополнением разгрузки эликсиров. Мог бы и до завтра подождать или на крайняк сходить к завхозу. Ладно, раз уже пришёл — значит, пришёл. Подожду.

Встаю немного в стороне, чтобы не привлекать внимание. Дверь в целительский кабинет распахнута, все четверо бойцов вместе с коконом стоят на пороге. Слушаю неприятную беседу на повышенных тонах.

— Слышишь, Пилюлькин, я же тебе нормальным языком говорю, — обращается к целителю один из бойцов. — Не довезём мы его до города. Вот вообще никак. Город отказался присылать вертушку из-за сильного заражения. И ты ему должен!

— И ты его сюда притащил? — спрашивает целитель. — Рома, ты идиот⁈

— Не в этом дело. Он же в стазисе, — поясняет боец. — Да и не заражён в полном смысле этого слова.

— Ой, дебил… — негодует Пилюлькин. — Ты не видишь, у меня же здесь полная Академия детей!

— Да не заразно, говорю! — ругается Рома. — Мы уже встречали эту хрень. До момента, когда наступит заразная стадия и выбросит споры, её можно уничтожить раз триста.

— А сюда зачем⁈ — наседает целитель.

— Так мы же успели вовермя бойца упаковать. Слушай, он наш талисман. Ему до гражданки пару месяцев осталось, и — приказом капрала потом в запас молодёжь учить.

— Чего тогда он у вас так подставился? — в голосе Пилюлькина звучит подозрение.

— Да малого нашего откинул… — вижу, как один из мужиков в броне смущённо мнется. — Мы эту хрень только здесь встречали. Но теперь примерно знаем, как с ней обращаться.

— И ваши хвалёные доспехи не спасли, — констатирует целитель.

— Не спасли, — сухо подтверждает Рома.

— Тогда каким макаром я его спасать должен⁈ — ругается Пилюлькин.

— Не знаю! Идти всё равно больше некуда! — уже без спеси отвечает боец.

Сквозь силовой кокон проглядывает такая же фигура в броне. Стенки кокона как мутное стекло. Видны только контуры и еле уловимые очертания.

— Ребят, вы разве не понимаете? При всём желании я даже вашу броню снять с него не смогу, — говорит Пилюлькин. — Нет у меня допусков.

— Не переживай. С бронёй он сам уже решил, — отвечает боец, кивая на кокон. — Броню открыл как попал — понял, что времени ее снимать не будет. Говорю же. Это ж наш Батя. Малого откинул, весь удар принял на себя, сразу же броню открыл и… — не договаривает. — Мы успели стазис бахнуть. Даже поддержку не ставили. Он её наверняка сам себе вколол. Так что он там жив, но тут другая непонятная хрень.

— Что за хрень-то? — интересуется целитель.

Слышу, как моет руки, после чего подходит к магическому кокону и пытается заглянуть внутрь.

— Да какая-то прыгающая хреновина, похожая на клубок из корней, — пожимает плечами Рома. — Попадает на человека и почти мгновенно прорастает. Уровень заражения выдаёт сразу за двадцать процентов, поэтому нас из города и турнули. У них еще нет способа с этим бороться. Даже если мы снимем стазис, уровень заражения всё равно не поменяется. Как был двадцать процентов, так и останется.

— Ну так ко мне зачем притащили? — всё ещё не понимает Пилюлькин. — Как я вам его спасу?

— Ну не знаю, ты же целитель, — выдыхает боец в черном.

— Что есть, то есть, — подтверждает Пилюлькин, продолжая осматривать кокон со всех сторон.

— Я тебе отвечаю, мы точно успели до того, как он пророс, — убеждает Рома. — Время все знают. Вдруг ещё не поздно? Ближе ничего нет, сам знаешь. Вертушку не дали, а без неё точно не довезем. К тому же у нас накопители кончаются.

Присматриваюсь к бойцам. На самом деле ребята сильно потрепанные. Заметны следы недавних боёв и слегка продранная броня. Не понимаю, что должно было произойти, чтобы такую технологичную броню порвать? О ней сам Германыч рассказывал с предыханием. Видимо, ребята попали в жёсткую передрягу.

— Накопителями, допоустим, Академия вам поможет, — предлагает Пилюлькин.

— Нет, такими не поможет, — качает головой боец. — У нас под оружие закончились. Стазис у Бати наш, войсковой.

— Что ж вас так странно снабжают… — недоумевает целитель.

— Да хоть это есть! — взрывается мужик в броне. — Другим и того не достается.

— Момент… — задумывается Пилюлькин. — Ну, положим, пару накопителей Германыч найдет. Но да. У нас тут такими особо не разживетесь. Так, допустим, это вам даст ещё часа полтора.

— Да. Мы пустые под ноль, — устало подтверждает Рома.

— Дальше. Студентов я вам не дам. Это очевидно, — не очень уверенно произносит целитель. — Черт его знает, что там за…

Тут Пилюлькин замечает меня.

— А ты чего здесь? — обходит кокон и обращается ко мне. Понимает, что какую-то часть разговора я мог слышать.

— За эликсирами пришёл, — говорю как есть.

Пилюлькин на секунду замирает, словно что-то вспомнив. Поднимает руку.

— Так, Орлов, никуда не уходи. — Глаза целителя бегают по кабинету. Пилюлькин быстрым шагом доходит до своего стола. — Что это за тварь? — обращается к четверым бойцам. — Дайте мне хоть какие-нибудь подробности!

— Неразумная, похожая на комок корней, — рассказывает Рома.

— Нет, меня не это интересует, — останавливает его целитель. — Это тварь прорыва или местная, мутирующая?

— Нет, это точно тварь прорыва, — машет рукой другой крупный боец. — Их матка раскидывает. Так питается. Корни прорастают, существо становится управляемым, приходит к основе, и та спокойно ест живое.

— А животные, Николай? — задает вопрос Пилюлькин и пока даже не смотрит в мою сторону, но и не гонит отсюда. Когда он меня окликает, подхожу чуть ближе к кабинету.

— А что животные? — пожимает плечами боец. — Они уже изменились, разума нет. Спокойно стоят, ждут, пока их сожрут.

— Какая затейливая биология, — чешет голову Пилюлькин. — Что могу вам сказать? Если эта тварь прорыва, у вашего Бати есть шанс.

— Отлично, док, это уже больше, чем давали в госпитале! — оживляется Рома. — Действуй, док, Там-то сказали, что шансов вообще нет.

— Сразу говорю, шанс минимальный, вам банально повезло, — предупреждает Пилюлькин и поднимает взгляд на меня. — Так, по поводу тебя, Орлов. Ты сможешь своим разрядом прицельно попасть в конкретную точку? Куда я скажу?

— Конечно, — отвечаю. — Опыта уже достаточно.

— Хо-ро-шо, — по слогам произносит целитель. — Тогда за дело.

Бойцы снимают шлемы и с непониманием смотрят на меня.

— Чего пялимся? — спрашивает Пилюлькин. — Он и есть ваш шанс.

— Он же первокурсник, — говорит Рома. Судя по поведению, он у них теперь за старшего.

— Первак, это да… — погружённый в мысли, проговаривает целитель. — Держите пока, как есть, а я остальное приготовлю. Первак-то он первак…

Пилюлькин бегло осматривает стол в кабинете, после этого переходит к железным стеллажам. Гремит дверцами. Бойцы продолжают смотреть на меня свысока.

— Только у него талант есть, — как бы между делом произносит целитель.

На этот раз ловлю совсем другие взгляды. Заинтересованные.

— Правда, этот талант можно применить только для тварей прорыва, — объясняет Пилюлькин. — Поэтому вас и спросил. Мы пока не знаем, насколько он применим для других прорывов. Пробовали только здесь.

Уж я-то знаю, что для других прорывов тоже применим. Но ребятам рассказывать не собираюсь.

— И ещё одно, — добавляет Пилюлькин. — После его магии не остаётся ничего. На упрощение вашей работы можете не рассчитывать.