Я выхватил Абакан и вдавил спусковой крючок. Выстрелы прогремели оглушающе, пули отскакивали от хитинового панциря, оставляя лишь небольшие вмятины. Тварь даже не дрогнула. От 20 до 60 единиц урона за попадание — это для неё очень и очень мало.

Имея опыт сражения с Малакором, я был готов к любой атаке. Поэтому, когда хранитель ринулся вперёд с неожиданной для своих размеров скоростью, я успел откатиться в сторону, избежав удара жвалами. Многоножка врезалась в алтарь, и каменная плита треснула.

К сожалению, голова у неё была куда крепче, чем у Малакора, и здоровья отнялось всего лишь пара сотен тысяч.

Нужно было искать слабые места и ждать, пока восстановится моя магическая энергия. Я оббежал колонну, заставляя хранителя поворачиваться, и заметил, что сочленения между сегментами панциря выглядели менее защищёнными — их подсветил Глаз Предвидения.

Убрав оказавшийся бесполезным автомат, выхватил Меч Охотника и попытался активировать Древнюю Форму. Не получилось! Потратив драгоценную секунду на то, чтобы проверить навыки, заметил, что даже вся накопленная магическая энергия в навыках исчезла. Что-то сломалось. Мне придётся заряжать их заново.

Не придумав ничего лучше, я запрыгнул на спину твари и начал наносить удары по сочленениям. Клинок входил в хитин с трудом, но всё же пробивал его. Красная кровь брызнула на камни поверх моей.

Хранитель взбесился. Он начал кататься по полу, пытаясь сбросить меня. Я держался как мог, продолжая наносить удары. Один из сегментов отделился, и задняя часть многоножки начала дёргаться независимо от передней.

Но тварь была живуча. Даже потеряв часть тела, она продолжала сражаться. Жвалы щёлкали в опасной близости от моей головы, а лапы то и дело задевали меня. Но я даже не собирался убивать её, попросту выжидая момент. Мы уже завалили несколько величественных статуй, о чём я сожалел, но всё же выжить было как-то приоритетнее, чем сохранить красоту чужого мира и его истории.

Поймав нужное мгновение, потратил по десятку очков силы и ловкости.

Опять перебор…

Я врезался в двери храма, выламывая плечом кусок из неё. Двери открылись, у меня в левом плече что-то хрустнуло, и я пролетел над ступенями, кое-как попытавшись сгруппироваться перед падением на занесённый землёй камень, которым была вымощена улица.

Кажется, только что сам собой в баскетбол сыграл. Трижды отскочив от земли, остановился, врезавшись лицом в руины одного из зданий. Здоровье показывало меньше сотни. Но и без этого было понятно, что я сейчас похож на отбивную — лицо разбито, рука висит плетью, весь в синяках и ссадинах, кажется, даже пару зубов потерял. Надсадно хрипя, приподнялся на локте и оперся на стену здания, сорвал с лица порванный и треснутый противогаз, выплюнул в сторону сгусток крови, набравшийся во рту. Старался не смотреть на показатель очков здоровья. Пусть Первобытная Выносливость работает.

К сожалению, я опять надышался галлюциногенными токсинами этого мира. Разрушенный город обрёл цвета и роскошь. Исчезла грязь, восстановились постройки. Лепнина на фасадах, канавки с чистой водой, цветы, солнечный свет… Не хватало только улыбающихся жителей и бегающих детей.

Сейчас в воздухе над храмом сражались тысячи жуков друг против друга. Смотря на них, можно было заметить, что каждый из них вооружён! Мясистые, похожие на котлету жуки, размером с кулак, вооружились прикрученными к их мордам металлическими заточенными спицами. Оказывается, они были своего рода защитой ещё когда город был цел. Помимо заточек на их рожах, к ним были пристёгнуты разноцветные ленты.

Честно и неуместно говоря, стоит заметить, что это красиво. Жаль, что у меня не было с собой фотоаппарата. Зачем я телефон вообще разбил тогда? Можно было починить ведь. Второй раз уже об этом думаю — опять мозги поплыли. Ох, ну да, вряд ли это получится запечатлеть. Это ведь меня «штырит», а не наяву происходит.

Хорошо, что это всего лишь галлюцинация и ничего не звенит во время их сражения. Врежься мне такой «шприц» в спину ещё во время первого захода сюда, уверен, что второго уже не было бы.

Из храма вырвалась многоножка. Тоже разукрашенная в ленты, и с роскошным, блестящим местом для наездника на спине. Жаль, конечно, что всё вышло так, как вышло. Я бы с радостью покатался на этом страшилище в пару разломов, на пару кроша местную живность.

Скорость многоножки была меньше моей, и она не вылетела подобно снаряду из главных ворот храма. На неё тут же накинулись жуки. У них началось своё сражение. Вот этому можно было порадоваться. Утерев кровь, я показал средний палец Хранителю храма Боти.

Хм.

Да пошло оно к чёрту. Это вонючее место со всеми его тайнами и артефактами! Я хочу домой. Мне там жениться надо вообще-то.

Растёшь.

Заткнись.

Выметаясь из локации и стараясь дышать через раз, даже поймал себя на мысли, что было бы неплохо подождать, пока битва жуков против сколопендры завершится, и собрать трофеи. Но, увидев, с какой лёгкостью она с ними справляется, плюнул на это дело. Сейчас Хранитель напоминал включённый миксер с маленькими лезвиями, с которого сняли защиту.

Да и не было никакой гарантии, что я не превращусь в один из памятников прошлого. Уж с чем, а с Системой и её воздействиями лучше не шутить.

Так что я прошёл в разлом, всерьёз насладился спёртым и не самым приятным воздухом и пошёл к выходу отсюда, таща в руках по паре ящиков. Понятия не имел, сколько килограммов оружия там, но были они ощутимо тяжёлыми.

Пока шёл — общался с Йоном:

— Йон, как насчёт того, чтобы поделиться со мной информацией?

Как насчёт того, чтобы оставить меня в покое?

Характер у него был скверным. Но он ощущался скорее как ворчливый дед, нежели озлобленная личность.

— И всё же, — сказал я, перешагивая через паучий иссушенный труп. — Ты знаешь многое о Системе, не так ли?

Молчит. Но я не собираюсь так просто сдаваться.

— Я не буду выпытывать у тебя какие-то секреты…

Голос в голове перебил меня:

Их нет. Весь секрет прост — убивай как можно больше. Только так ты станешь сильнее.

— Да я не об этом. Хочу спросить тебя о… — я высветил перед собой первые сообщения, полученные от Системы. — Ты же видишь то же, что и я? Объясни, пожалуйста.

Я тыкнул пальцем в интересующие меня строчки, одни из самых первых в логах Системы:

[Человечество является ошибкой]

[Разумное оружие вышло из-под контроля]

— Что это значит?

Это значит, что сосунок Ор-Рэль доигрался и помер смертью собаки, больной сифилисом. Поделом. Ненавижу их род и презираю. Лучше бы они все сдохли.

Сильная реакция. Но он так ничего и не прояснил. Ни по поводу ошибки, ни по поводу оружия.

— Йон, — настаивал я, не собираясь отступать. — Что значит «разумное оружие»? Почему людей так называют?

Долгое молчание. Потом тяжёлый вздох в голове, словно он решился рассказать то, что давно держал при себе.

Будешь должен. Слушай внимательно, говорю один раз.

Ещё одна пауза. На этот раз дольше. Будто бы он собирался с мыслями, и подбирал, что можно рассказать. Существо, обитающее в моих мыслях, собирается с мыслями… Сюр.

Люди — это не коренная раса вашей планеты. Вас когда-то очень давно забросили сюда как семя. Потомки Истинной Расы, только выродившиеся, слабые копии того, чем вы являетесь. Слабаки без врождённой силы и магии, как я уже говорил. Но у вас осталось одно проклятое качество — адаптация. Вы приспосабливаетесь к любым условиям, выживаете там, где другие расы сдыхают, и что самое противное — уничтожаете всё на своём пути. Слово «оружие» в истинном языке созвучно с названием расы людей.

Я споткнулся о камень, ошарашенный такой информационной бомбой, но продолжал слушать, перекладывая ящики поудобнее.

Системные Лорды боятся вас именно за это. Не за силу — по отдельности вы слабаки по сравнению с настоящими космическими расами. Одни вас сожрут, причмокивая, другие растопчут, а некоторые монстры Системы… они вообще созданы специально против людей. Именно Системы, не путай с той мелкоранговой хренью, от которой вы чистите миры и осколки. Но дело не в индивидуальной мощи. Дело в том, что вы можете стать чем угодно, если дать вам время.