– Нам это очень не нравится. Это не наш стиль, – скривился Фил, косясь на меня. – И твой кузен не внушает доверия.

Я сам не до конца верил Герману, но у него был замечательный мотив избавиться от старика. Слишком долго тот душил парня.

Спустя несколько минут из кабинета вышел Стас вместе с адвокатом группировки. Мужику было уже за сорок. Когда он частенько вытаскивал нас с Филом из обезьянника, то клялся, что уволится. Но, видимо, Руслан ему не дал на это добро, и бедолага продолжал подчищать за нами дерьмо.

– Мы созвонились с Михаилом. Он согласился сотрудничать с нами, но только анонимно, – произнёс Евгений, складывая бумаги в чёрную папку.

– У него хоть есть что-то интересное на отца? – спросил я.

– Да. Он рассказал, что Ларионов в последние годы начал сотрудничать с неким иностранным предпринимателем. Но ни на каких бумагах это зафиксировано не было.

– Ну понятно, что у них было за сотрудничество, – хмыкнул Рамир. – Контрабанда?

– Да.

– Михаил узнал это случайно, подслушал телефонный разговор отца. Он попытался его отговорить, но Ларионов лишь отправил сына за границу, подальше от себя и своих дел.

– Значит, этот старик такая же пешка, как Воронин. Ничего нового, – усмехнулся Фил.

– Не совсем. По словам Михаила, его отец сотрудничал с иностранцем, но не подчинялся ему. Между ними был договор.

– Тогда схватим этого старика, допросим и наконец-то выйдем на этого грёбаного иностранца.

Фил поднялся, собираясь отправиться в особняк Ларионова, но я схватил его за локоть, останавливая.

– Мы ждём сигнала Германа.

Но вместо моего мобильного зазвонил телефон Тагара.

– Жан, – сообщил он.

Пока мы сидели здесь и ждали, когда Ларионов начнёт действовать хоть как-то, девушки отправились в кино. После мероприятия прошла почти неделя, и мы на всякий случай решили держать всех женщин по домам. Но сегодня нервы Алисы не выдержали. Фил не умел отказывать своей жене, поэтому разрешил ей поехать в кино. Сабина и Вика тоже отправились развеяться. Их вызвался сопроводить Жан, и обычно он звонил, когда возвращал их домой, но ещё было рано.

– Не преследуй. Держись на расстоянии. Парни сейчас подъедут.

По словам Тагара мы все поняли, что что-то случилось. Мужик повернулся к Рамиру, и я всё понял до того, как с губ Гырцони сорвались слова.

– Сабину похитили. Алису и Вику не тронули.

У меня сердце пропустило удар. Потом забилось где-то в горле.

Фил грубо схватил меня за локоть и опасно приблизился к моему лицу.

– Говоришь, Герману можно верить?

Мой телефон издал вибрацию. Я под пристальными взглядами мужчин достал мобильник и прочитал адрес, который отправил мне кузен.

– Это может быть западня.

– Сейчас проверим, – произнёс Рамир и начал что-то искать в своём телефоне. – Какой там адрес?

Я прочитал ему, и мужик кивнул.

– Сабину везут в ту сторону. – Рамир вернул мобильник в карман и поднялся. – Я поеду за дочерью.

– Фил, Стас, вы тоже езжайте. Верните девочку, – приказал Руслан и взглянул на меня. – Ты был прав. Ларионов что-то хочет от тебя. В ближайшее время он должен с тобой связаться. Будем ждать.

Рамир вместе с Яровыми покинул клуб. Тагар поехал проведать дочь и сына. Я остался с Русланом один. Он сделал глоток воды, привлекая моё внимание.

– Ты в порядке? – спросил я.

Он с прищуром посмотрел на меня. Я кивнул на стакан.

– Ты до сих пор не пьёшь алкоголь, не куришь.

– Я своё уже выпил и выкурил.

Этот мужик никогда не был разговорчив, если дело не касалось работы. Из него хрен вытянешь какую-нибудь личную информацию.

– Таблетки помогают?

– Как видишь. Я ещё не сдох.

– Тагар хоть знает?

– Да.

– И не смей об этом проболтаться Рамиру. Я терпеть не могу этого ублюдка.

Я издал едкий смешок.

– У вас взаимные чувства.

Если они с Тагаром смогли найти общий язык за все годы совместной работы, то с Рамиром напряжение в их отношениях никуда не делось.

Руслан ещё что-то хотел мне сказать, но тут мой телефон издал тихую мелодию. Неизвестный номер.

– Ларионов?

– Не знаю, – покачал я головой, а потом резко вспомнил: – Настоящий номер старика я заблокировал. Возможно, он звонит с другого.

Я принял вызов.

– Егор…

Это был он

– Чего тебе?

– Приезжай ко мне. Один. Иначе ты больше не увидишь свою цыганочку.

Сбросил.

Я поднялся с дивана. Кровь начала бурлить в венах. Я же знал, что всё к этому идёт, но почему-то внутри всё равно рвалось что-то опасное. Главное сейчас – не сорваться и не выпустить пулю в башку старика.

– Ларионов позвал к себе.

Руслан кивнул.

– Иди. За Сабину не беспокойся. Рамир и парни освободят её быстрее, чем ты доедешь до особняка ублюдка.

Я это знал, но всё равно хотелось сейчас быть рядом с Саби.

В особняк Ларионова я влетел через десять минут, хотя ехать было двадцать. Охрана пропустила без слов – видимо, ждали.

Дед сидел в своём кабинете, за массивным дубовым столом. Перед ним стопка бумаг, авторучка и довольная, сытая ухмылка на лице. В одном из кресел расположился незнакомый мне мужик в солидном костюмчике.

– Садись, внучек.

Я не сел.

– Где она?

– Сначала обсудим одно дело. – Он подвинул ко мне бумаги. – Это протокол о сотрудничестве со следствием. Подписываешь – и девчонка твоя. Не подписываешь – даже думать забудь, что увидишь её живой. Я, конечно, не люблю пачкать руки, но вы по-другому не понимаете.

Я взял бумаги. Пробежал быстро по ним глазами. Стандартная херня: показания на Яровых, на Гырцони, на всю верхушку группировки. Подписи под пустыми бланками допросов, которые они заполнят потом, как захотят.

– Ладно. Я подпишу, – исподлобья посмотрел я на старика, подавляя желание воткнуть ему ручку в шею, – но я хочу знать, кому ты приказал похитить Сабину? Это детдомовцы, да? Они работают на тебя?

– О, нет, мальчик, ты ошибаешься. Они не работают на меня. Они работают со мной. У меня с ними выгодное сотрудничество. Я помогаю им, а они помогают мне.

– Чем ты им помогаешь? Снабжаешь оружием?

Ларионов растянулся в довольной ухмылке.

– И какая тебе от этого польза? – Я старался, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё кипело.

Ларионов откинулся в кресле, сцепил пальцы на животе и посмотрел на меня с таким выражением, будто я задал самый глупый вопрос в его жизни.

– Я всю жизнь строил империю. Легальную, чистую, с хорошей репутацией. Но в этом городе, – он сделал паузу, – в этом городе всегда были те, кто мешал: Яровы, Гырцони, Рябин. Весь этот криминальный сброд, который считает, что ему принадлежит каждая точка, каждый ларёк, каждый кусок асфальта.

Я молчал, сжимая кулаки.

– Я пытался договариваться, – продолжил он. – Ещё с твоим отцом. Думал, если породнимся, если отдам ему дочь, он станет моим партнёром. А он просто пользовался мной. Брал мое без спроса и плевал мне в лицо. А после его смерти Руслан вообще решил, что я никто. Пустое место. – Голос старика дрогнул от едва сдерживаемой злобы. – Знаешь, каково это – быть богаче, умнее, влиятельнее, но при этом кланяться грёбаному бандиту с пушкой, потому что у него есть ствол и пара отморозков в подчинении?

– И ты решил завести своих отморозков, – усмехнулся я. – Детдомовцев.

Он подался вперёд, глаза опасно заблестели.

– Кирилл и его шайка – идеальный инструмент. Злые, голодные, без роду, без фамилии. Им нечего терять, и они готовы на всё за нормальную жизнь. Я дал им деньги, оружие, крышу. И они чистят город от моих конкурентов.

– То есть ты спонсируешь их, чтобы они мочили нас, а сам сидишь в сторонке, чистенький? Интересно. А иностранцы? – спросил я. – Нам известно, что ты с кем-то из них сотрудничаешь.

Ларионов нахмурился.

– Да, есть у меня партнёры из-за границы. Им нужен выход на наш рынок. Наркотики, оружие – стандартный набор. Я обеспечиваю логистику и прикрытие. Они финансируют мои проекты и помогают с поставками для детдомовцев. Взаимовыгодное сотрудничество.