Ларионов хитро прищурился. Старый лис пытается мной манипулировать? Ладно, пусть делает, что хочет. Главное, чтобы он создал мне чистую репутацию.

Я вышел с тяжестью на душе. Завтра нужно будет явиться в офис и подчиняться кузену. Такое я видел только в самых дурных кошмарах.

На телефоне всплыло сообщение от Фила, чтобы я приехал в клуб. Было еще раннее обеденное время, поэтому помещение пустовало. Только танцовщицы репетировали у шестов. На втором этаже за столом сидели Яровы – Фил и Стас о чём–то тихо спорили.

Я подошёл и пожал им руки.

– Разве ты сейчас не на учёбе должен быть? – спросил я Стаса.

– Чрезвычайная ситуация.

Я присел. Фил выглядел напряжённым. Я сразу понял – дело плохо.

– Рассказывайте.

Прежде чем заговорить, Фил положил руку мне на плечо.

– На Сабину снова напали.

Я вскочил, уже собираясь мчаться в посёлок, но Фил рывком усадил меня обратно.

– Спокойно. Она в порядке, не пострадала.

– Кто это сделал?!

Я схватил его за куртку оттолкнул от себя. Сидеть было невозможно, и я зашагал вокруг стола.

– Детдомовские ублюдки? – в голове уже рисовались картины, как я буду скармливать их рыбам по кускам.

– Нет. Хотя, думаю, они стояли за этим. Но нападавшими были цыгане.

– Что? Люди Рамира? – не поверил я своим ушам.

Стас покачал головой.

– У Рамира работают несколько парней из его табора. Но в городе есть ещё один, крупный, на востоке.

Там же, где детдомовские точки сбыта дерьма.

– С ними у Гырцони старый конфликт. Видимо, решили возобновить давнюю вражду. И детдомовцы, скорее всего, помогают им. Общий враг объединит любого.

Фил кивнул, соглашаясь с мнением брата.

– А что говорят старшие?

– Они еще кабинете, – Фил махнул головой в конец зала. – Пока тихо. Кстати, хорошая новость для тебя: Сабина едет сюда. Рамир решил, что его дочерям будет безопаснее в городе, пока мы разбираемся.

– Да, и Ян тоже перевозит Веру, – добавил Стас.

– И где они будут жить? – не выдержал я.

– Если хочешь, могу уговорить Тагара, чтобы Сабина пожила у нас с Алисой, – хитро поднял бровь Фил, хлопая меня по плечу. – Но не загадывай ничего. После того как ты вынес ворота Рамиру, Гырцони переругались между собой. И главная причина – ты, брат.

Стас молча слушал и явно не одобрял наш план.

– Если Сабина будет жить у тебя, то Егор – у меня? Я правильно понял?

Мы с Филом усмехнулись. Стасу такой расклад совсем не нравился.

– Я могу жить у Фила. У него две свободные комнаты.

– У Сабины есть ещё сестра, – напомнил Стас.

– Она дружит с Верой. Думаю, ее отправят к Джуре, и Камилла поедет с ней, – сказал Фил. После женитьбы на Алисе он хорошо изучил все наши семьи, что жили посёлке.

Нашу беседу прервали старшие. Руслан, Тагар и Джура вышли из кабинета. Лица у них были суровые. Нападения на женщин наших семей участились, и это било по мужской гордости больнее всего.

– Завтра поедем на переговоры к Кириллу, – указал Руслан на Фила, а потом посмотрел на меня. – Если хочешь – присоединяйся.

Из–за плена у Рамира я пропустил первую встречу с детдомовцами. Фил говорил, что я ничего не потерял: темой был я, а не раздел территорий. Тогда всех волновал вопрос о моем похищение.

– Я… – я вовремя прикусил язык, вспомнив про завтрашние дела у Ларионовых. – Не смогу. Нужно решить одну проблему.

Фил вопросительно на меня взглянул, но промолчал. Лишь в осуждающем взгляде Тагара я прочитал, что он один догадывается, что я задумал.

Чёрт возьми! И как теперь сказать Яровым, что я ухожу? Это всё равно что признаться в предательстве. Руслан и Стас, возможно, не остро отреагируют. Но Фил точно взбесится. Я ещё в детстве обещал ему: когда он станет лидером, я буду его правой рукой, как однажды мой отец – его отцу. Но, видимо, мальчишеским мечтам не суждено сбыться.

Когда мужчины ушли, молчание за нашим столом повисло диким напряжением. Фил не спускал с меня глаз, и я видел, как в его взгляде недоумение сменялось холодной, острой догадкой. Он знал меня слишком хорошо. Слишком много лет мы вытаскивали друг друга из перестрелок и полного дерьма, чтобы сейчас не учуять ложь.

– Какую проблему ты собрался завтра решать? – спросил он тихо, почти без интонации.

Даже Стас, обычно погружённый в свои мысли, насторожился. Я чувствовал себя как на допросе, только допрашивали свои же.

– Личную, – буркнул я, отводя взгляд к залу, где танцовщицы, не обращая на нас внимания, отрабатывали сложные трюки на шестах.

Молчание продлилось ещё секунду, а потом Стас медленно поставил свою кружку с кофе на стол. Звук был негромким, но в этой тишине он прозвучал как выстрел. Братья обменивались между собой странными взглядами. Они хорошо знали меня, но и я их тоже. Эти два засранцы что–то скрывали от меня.

– Ты узнал про свою мать и отца Вики? – спросил меня Стас.

Воздух вырвался из моих лёгких со свистом. Моя ложь, мой жалкий предлог о какой–то несуществующей проблеме обрели в их глазах совсем другую, чудовищно правдоподобную форму.

Я сидел, ошеломлённый. Мысль о том, что моя мать может быть с кем–то – и не с кем–нибудь, а с полицейским, с тестем Стаса, – ударила с неожиданной силой. Это был удар ниже пояса, от которого перехватило дыхание.

Моя реакция – широко открытые глаза, резко поднятая голова, немое потрясение – была красноречивее любой речи.

Фил перевёл взгляд с меня на Стаса, его собственное подозрение на мгновение отступило перед новостью.

– Что? – пробурчал он. – Его мать и твой тесть? Серьёзно?

– Да, мне сказала Вика.

Я был в ловушке. Страшная, двойная ловушка. С одной стороны – правда, которую я пока не готов раскрыть Яровым. С другой – эта новая, ошеломляющая новость, которая обрушилась на меня сейчас.

Я закрыл глаза на секунду, собираясь с мыслями.

– Теперь понятно, почему моя мать так часто уезжает куда–то из дома.

– Так ты не знал? – удивился Стас.

– Догадывался, – солгал я. – Но точно не предполагал, что это будет Емельянов. И как давно они крутят роман за моей спиной?

– Я сам мало, что знаю. Вика тоже держала это от меня в секрете. Но, по ее словам, все началось после нашей свадьбы.

– Блядь! – вырвалось у меня. – Просто класс. Моя мать и мусор. Лучше не придумаешь.

– Егор, они взрослые люди. Сами разберутся, – начал говорить Стас, но я махнул рукой, заставляя его замолчать.

– Легко тебе говорить. Не тебе в отчимы метит сраный мент. Дай мне его номер.

Я достал телефон, чтобы записать, но вот Стас не спешил мне диктовать.

– Егор, может сначала со своей личной жизнью разберешься, а потом будешь в чужую лезть?

Из меня вырвался нервный смешок. Я ударил резко по столу, подавляя желание накинуться на Стаса. Этот ублюдок прав, то это не уменьшает моего желания прикончить Емельянова.

– А может ты захлопнешься и дашь мне номер своего тестя?

– Егор, полегче, – предупреждающе гаркнул Фил, защищая брата.

Я кинул на него взгляд.

– Ладно. Я вас понял.

Показав им фак, я двинулся прочь из клуба. Голова разболелась от всего дерьма, что навалилось на меня. И сейчас мне нужно было лишь одно: одиночество и скорость, чтобы остудиться.

Дверь квартиры открылась передо мной, и дядя Тагар аккуратно подтолкнул меня внутрь. Фил отступил в сторону, пропуская нас. В прихожей Алиса тут же меня приобняла. Я заметила, как ее взгляд мимолётно пробежался по мне. Видимо, она искала следы нападения.

– Я в порядке, – попыталась улыбнуться я ей.

Сестра проводила меня в мою временную комнату. Это была просторная спальня, где находилось все необходимое: кровать, шкаф, туалетный столик.

– У тебя есть отдельная уборная. Как выйдешь из комнаты, первая дверь справа.

– Спасибо, что приняли меня.

Алиса махнула рукой.

– Пустяки. Когда еще ты в первый раз приезжала в город, я хотела, чтобы ты жила с нами. Здесь тебе скучать точно не придется. А где Камилла?