– Саби, всё в порядке, – попыталась успокоить меня Алиса.

Всё в порядке?! На наших глазах убили человека! Это совсем не в порядке!

Я попыталась закричать, но из горла вырвался лишь хриплый, задавленный стон. Мир вокруг расплывался, теряя очертания.

– Меня тошнит… – прохрипела я.

– Егор, останови машину!

Как только автомобиль замедлился, я вылетела из салона. Весь ужин мгновенно покинул мой желудок.

– Алиса, сядь в машину! – услышала я грубый голос Егора.

Внезапно перед глазами появилась бутылка воды. Я схватила её и прополоскала рот.

– Его убили… – повторила я, словно в бреду. – И нас хотели убить. Почему нас хотели убить?

Егор забрал из моих рук бутылку. На его лице отражалось напряжение. Брови сдвинуты на переносице, губы плотно сжаты в тонкую линию.

– Там был тот парень. Мы видели его в переулке…

– Сабина, – перебил он меня, – не думай об этом.

Из меня вырвался нервный смешок.

– Не думать? Я только что видела, как убили человека, Егор! И ты говоришь мне не думать об этом? Те люди пришли за нами. Они хотели убить нас. А тот охранник защищал нас…

Он схватил меня за плечи и встряхнул.

– Тебе нужно успокоиться. Ты получишь ответы на все вопросы, но сначала приди в себя.

Я замотала головой, не в силах вымолвить ни слова. Ноги стали ватными, перед глазами всё расплывалось. Я схватилась за рубашку Егора, теряя сознание. Всё вокруг потемнело, но я чувствовала тепло его тела, горячее дыхание и сильные руки.

Не знаю, сколько я пробыла без сознания, но, когда открыла глаза, увидела обеспокоенное лицо теть Мира. Я резко вскочила и бросилась к ней в объятия.

Она слегка отстранилась, и её хмурый взгляд оценивающе прошёлся по мне.

– С тобой все хорошо?

Я не сразу поняла, что она имеет в виду. Но мозг услужливо подбросил мне кровавые картинки девичника. Это должен был быть праздник, но всё превратилось в настоящий кошмар.

– Не знаю… Я видела, как убили того мужчину. Зачем они это сделали? Кто это были?

Женщина нежно погладила меня по голове, убирая с лица непослушные пряди волос. Её лицо смягчилось, но в глазах читалась боль.

– Твои родители не хотели, чтобы ты столкнулась с этим.

– С этим? С тем, как убивают людей? Но он не мог знать, что это случится… Или мог?

Тетя Мира покачала головой.

– Ты знаешь, что твой отец занимается бизнесом, но он никогда не говорил, чем именно?

– Я знаю. Это ночные клубы, организация гонок, аренда помещений, торговля…

Иногда я слышала, как отец говорил с кем-то по телефону, договариваясь о доставке товара.

– И многое из этого – нелегальные дела, – тихо сказала она.

– О чём ты?

– Он криминальный авторитет.

От внезапного голоса дяди Тагара я вздрогнула. Он вошёл в комнату и присел на корточки рядом с моей кроватью.

– Кто? – не поняла я.

Он натянуто улыбнулся.

– Криминальный авторитет? Это бандит? Он бандит, да?

Они обменялись взглядами, полными растерянности.

– Теперь понятно, зачем вся эта охрана…

– Саби, он хотел оградить тебя от этого мира.

– Всю жизнь лгав мне? Не могу поверить… А вы знали, чем он занимается и ничего не сделали, чтобы остановить его?

Дядя опустил взгляд и покачал головой.

– Или вы тоже… Господи! А Алиса знает?

– Она не знала, как и ты. Но в прошлом году Рома проболтался ей.

– И Фил, узнав, все равно женился на ней?

Я вспомнила, как выходила из караоке. Тогда все было, как будто в тумане, но теперь картинки становились четкими. Прожигающие, ледяные взгляды мужчин наших семей. Стаса. Фила. Егора. Даже девятилетние Матвей и Ромы смотрели с недетской серьезностью. В каждом взгляде – сталь, и в каждой руке – пистолет.

– И они все… Вы все…

– Да. Мы все из одной группировки.

Я закрыла глаза, ощущая, как к горлу подступает тошнота. Не могу поверить, что жила среди убийц и не видела очевидного.

Теперь все встало на свои места: вечный контроль, охрана, запреты, бесконечные разговоры за закрытыми дверями.

– Оставьте меня, – произнесла я без каких-либо чувств. – Я хочу побыть одна.

Тетя и дядя не стали спорить. Они знали мою любовь к одиночеству. Сейчас мне отчаянно не хватало своего убежища – танцевального зала, где можно было отвлечься от всего в танце.

Вместо этого я зарылась под одеяло, вцепилась зубами в пододеяльник, заглушая рвущийся наружу крик. Мне было больно, невыносимо больно от осознания лжи, которой меня кормили всю жизнь. Они не доверяли мне? Боялись, что я возненавижу их?

Знакомая мелодия заставила меня вынырнуть из-под одеяла. Звонил телефон. Незнакомый номер. Я сбросила вызов. Но когда звонки возобновились, не прекращаясь почти двадцать минут, я сдалась.

– Кто это? – Мой голос звучал резко, с надрывом. Ярость клокотала внутри.

Все эмоции я обычно выплескивала в танце, но сейчас я не могла себе этого позволить.

– Я уже заслужил твою злость одним лишь звонком? – В трубке раздался голос Егора.

– Откуда у тебя мой номер?

– Алиса дала.

Предательница! Еще одна лгунья в моей жизни.

– Что тебе нужно? Мне сейчас не до тебя.

– Слышу. Просто хотел убедиться, что ты не бьешься в истерике от вида пары капель крови. Но, видимо, ты в порядке.

– Я в порядке, если не считать того, что до этого жила в полной лжи, – прошипела я, сжав телефон так, что он затрещал.

– Это было для твоего блага. Но ты права. Твой отец не должен был скрывать от тебя правду. В случае непредвиденной ситуации, как вчера, ты хотя бы знала бы, что происходит. А так ты выглядела, как потерянный котенок, выброшенный на улицу.

– Ты тоже мне лгал, – в моем голосе дрожала обида.

– Я должен был. Твой отец прикончил бы меня, узнав, что я тебе все рассказал

Слыша подобные слова сейчас, они уже не казались пустой угрозой. Отец и вправду способен на убийство, или… он уже убивал?

– Почему они мне лгали? – прошептала я.

– Старики решили держать своих дочерей подальше от этого дерьма, чтобы вы могли наслаждаться беззаботным детством.

Грубые слова в речи парня резали меня по ушам, но я проглотила замечания ему.

– Они надеются, что вы выйдете замуж за обычных парней, не связанных с этим миром. Им тогда не придется открывать вам свою темную сторону.

– За обычных парней?

– Да, не связанные с криминальными делами. С чистыми руками и совестью, не запятнанными кровью.

– Тогда Алиса разбила надежды дяди Тагара.

Егор усмехнулся моим словам.

– О да. Фил жестко его переиграл. Но у твоего отца еще есть шанс подарить тебе нормальную жизнь.

– О чем ты?

– Митя, – голос парня стал тише и серьезнее. – Ты думаешь, он позволяет этому сопляку крутиться рядом с тобой только потому, что он ему нравится?

– Митя не нравится папе.

Это очевидно при каждой их встрече.

– И все равно терпит его. Возможно, твой отец надеется, что ты выйдешь за него замуж…

– Что ты несешь, Рябин? – перебила я его, чувствуя, как гнев вновь возвращается ко мне. – Я цыганка. Я не могу выйти замуж за человека не из табора. Ни за Митю, ни за тебя…

– За меня?!

Я осеклась и стукнула себя по лбу.

– Не придирайся к словам. Я имела в виду, что выйду замуж только за цыгана. Иначе быть не может!

– Жизнь – штука непредсказуемая, Сабина. Никто не знает, что ждет нас завтра.

– Завтра свадьба Стаса и Вики, на которой ты не посмеешь ко мне даже подойди, – выпалила я и отключила телефон.

Костюм сковывал мои движения, что чертовски раздражало. Я уже расстегнул пиджак и верхние пуговицы рубашки, поймав на себе недовольный взгляд матери, но все равно чувствовал себя в этом наряде не самим собой.

Заметив, как девушка выходит из отеля в коротком коричневом платье, я кинул взгляд на телефон. Вика скинула мне фото своей подруги, чтобы я мог ее узнать. Это была она.