Жека стоял снаружи, прислонившись плечом к холодному металлу верстака, и смотрел на центральный монитор. Там вращалась детальная 3D-схема Узла №7. Здание выглядело как гигантский бетонный клещ, впившийся в набережную Обводного канала.

— Это не просто подстанция, Жек, — Лилит ткнула куском пиццы в экран, оставляя на стекле жирный след. — Это гребаный Форт-Нокс. Семь уровней допуска. Внешний периметр патрулируют боевые дроны. Внутри — камеры с датчиками эфирного фона. Если туда зайдет кто-то с магией, они поднимут тревогу быстрее, чем ты успеешь моргнуть.

Она приблизила схему, спустившись на самые нижние, подземные уровни.

— Вот здесь проходит магистраль. Трубы толщиной с твой броневик. Там течет не тот грязный эфирный пар, которым топят котельные, а чистяк. Концентрат. Если ты сорвешь аварийный вентиль, давление в системе упадет мгновенно. Главный сервер в башне «Этернити» зафиксирует утечку через три миллисекунды.

— Значит, сделай так, чтобы он ничего не зафиксировал, — спокойно сказал Жека. Он протирал промасленной ветошью свой любимый полуметровый разводной ключ из легированной стали. Инструмент, которым он собирался пустить корпорации кровь.

— Легко сказать! — Лилит закатила глаза, отбрасывая корку от пиццы. — Узел №7 работает в закрытом контуре. Я не могу взломать его отсюда, из гаража, по удаленке. У них нет входа снаружи. Единственный способ ослепить их датчики — запустить мой вирус изнутри. С их собственного терминала.

Лилит потянулась к столу и бросила Жеке маленькую, черную флешку. Жека поймал её на лету.

— Это «Петля», — с гордостью пояснила суккуб. — Маленький, но очень злой кусок кода. Ты должен проникнуть в их локальную серверную — это на первом этаже — и воткнуть эту штуку в главный терминал. Как только «Петля» загрузится, она создаст фальшивый сигнал для башни «Этернити». Система Корда будет видеть идеальное давление и температуру, даже если ты там всё распилишь на куски.

— Сколько у меня будет времени? — Жека спрятал флешку в нагрудный карман тактической куртки Корда.

— Пять минут, — Лилит посерьезнела. Вся её панковская бравада вдруг исчезла. — Ровно триста секунд, Жека. Потом умные алгоритмы Архитектора поймут, что картинка зациклена, и поднимут такую тревогу, что мало не покажется. За эти пять минут ты должен спуститься в подвал, разнести в щепки их магические глушилки, сорвать магистральный вентиль и унести ноги.

Жека кивнул. Пять минут — это вечность, если знать, куда бить.

— Как я пройду в серверную? — спросил он.

Лилит усмехнулась и кивнула на черный пластиковый прямоугольник, лежащий рядом с клавиатурой.

— У тебя же пропуск Архитектора, Изолятор. Ты не будешь прятаться. Ты войдешь через парадную дверь. Официальная инспекция. Личный Изолятор Виктора Павловича Корда решил проверить оборудование в три часа ночи. Охрана не посмеет задать лишних вопросов.

Лилит хищно прищурилась, наматывая на палец черный провод.

— В серверной будет дежурный. У них у всех биометрические датчики вшиты прямо в форму. Если ты его грохнешь или пустишь кровь — его пульс упадет, и система поднимет тревогу быстрее, чем моя «Петля» успеет загрузиться.

Она ухмыльнулась, обнажив краешки клыков.

— Так что придется тебе, Изолятор, быть нежным. Выруби его, свяжи, засунь в шкаф — мне плевать. Главное, чтобы его сердце билось ровно пять минут. Трупы в логах нам сейчас не нужны.

Жека хмыкнул, закидывая тяжелый разводной ключ в ящик.

— Я механик, Лилит. Я ломаю трубы, а не шеи. Всё будет чисто.

Он забросил тяжелый разводной ключ в свой свинцовый ящик и щелкнул замками.

— Выдвигаюсь в два ночи, — сказал Жека, надевая куртку с логотипом «Молния и Глаз». — Держи канал связи открытым. Если через наушник услышишь стрельбу... стирай все данные и уходи из гаража. Поняла?

Лилит поджала губы, но кивнула.

— Возвращайся, Изолятор. Иначе мне придется доедать эту пиццу в одиночестве, а это слишком грустно даже для демона.

Жека улыбнулся одними уголками губ. Троянский конь был готов к отправке.

Тяжелый армейский «Тигр» вынырнул из петербургской мороси и плавно затормозил перед массивными стальными воротами Узла №7. Здание на набережной Обводного канала выглядело мрачным бетонным монолитом. Никаких окон. Только вентиляционные шахты, камеры наружного наблюдения с инфракрасными датчиками и логотип Архитектора, тускло светящийся в ночи.

Два боевых дрона мгновенно отделились от крыши и зависли над капотом броневика, сканируя номера красными лазерными лучами.

Жека сидел за рулем, барабаня пальцами по оплетке.

Пульс: 70.

Он был спокоен. Спокоен, как покойник. В его правом ухе крошечный микронаушник издал тихое шипение.

— Я на позиции, Изолятор, — раздался в ухе голос Лилит. — Вижу внешние контуры. Внутрь пробиться не могу. Дальше ты сам. Включай режим "я здесь босс".

Жека опустил тонированное стекло. К машине подошел начальник смены охраны — хмурый мужчина в тяжелой кевларовой броне. За его спиной двое бойцов недвусмысленно положили руки на рукояти электромагнитных винтовок.

— Объект закрыт. Плановых поставок нет, — чеканя слова, произнес охранник. — Предъявите путевой лист или разворачивайтесь.

Жека не стал с ним спорить. Он медленно, чтобы не провоцировать бойцов, достал из внутреннего кармана черный матовый прямоугольник с серебряным логотипом и молча протянул его в окно.

Охранник включил нашлемный фонарь, посветил на пластик и нахмурился. Он поднес к карточке сканер. Прибор издал короткий, мелодичный писк. На маленьком экране загорелась зеленая надпись: ДОСТУП УЛЬТРА. ЛИЧНЫЙ ИЗОЛЯТОР В.П. КОРДА.

Лицо начальника смены мгновенно изменилось. Хмурость исчезла, уступив место тщательно скрываемой нервозности. Люди с черными пропусками не приезжали на объекты в три часа ночи просто так. Они приезжали, чтобы кого-то уволить. Или отправить в лабораторию.

— Виноват, господин Изолятор, — охранник вытянулся по стойке смирно, возвращая пропуск. — Мы не получали уведомлений о проверке.

— На то она и внеплановая, — Жека забрал карточку, глядя на охранника холодным, пустым взглядом, который он так долго репетировал перед зеркалом в гараже. — Виктор Павлович недоволен флуктуациями в сети на этом участке. Я спускаюсь к распределителям. Один. Мне не нужна нянька, и мне не нужен шум. Вопросы?

— Никак нет. Открыть ворота! — рявкнул начальник смены в рацию.

Створки тяжело поползли в стороны. Жека плавно нажал на газ, въезжая на территорию. Он припарковал броневик у главного входа, заглушил мотор и взял с соседнего сиденья свой свинцовый ящик для инструментов. Внутри глухо звякнула тяжелая кувалда.

— Отличный спектакль, Жека, — хмыкнула в наушнике Лилит. — Ты прямо вылитый корпоративный ублюдок. Аж тошно.

— Следи за эфиром, — одними губами прошептал Жека.

Он прошел через шлюз дезинфекции и оказался в главном коридоре первого этажа. Здесь было невыносимо светло и стерильно. Пахло хлоркой и озоном. Пол блестел так, что в нем можно было увидеть свое отражение. На стенах через каждые десять метров висели магические детекторы — стеклянные колбы с чувствительным газом, который краснел при малейшем появлении несанкционированного эфира.

Газ оставался бледно-голубым. «Нулевая аура» Жеки поглощала даже его собственный страх.

Жека сверился с планом, который Лилит заставила его вызубрить наизусть. Серверная находилась в конце западного крыла. За ней следил один дежурный техник.

Шаги Жеки эхом отдавались в пустом коридоре. Он подошел к двери с надписью «Локальный Контроль. Посторонним вход воспрещен». Он приложил Черный Пропуск к панели. Замок щелкнул.

Жека толкнул дверь. Внутри, за полукруглой консолью, усеянной мониторами, сидел молодой парень в синей корпоративной форме. Он пил кофе из бумажного стаканчика и смотрел какое-то шоу на планшете.

Услышав шаги, техник подскочил, едва не пролив кофе на пульт.