Марина развернулась и пошла к подъезду. Спина её была прямой, как струна. Жека молча сел в машину. Он не злился. Он просто очень хотел спать.

Дворники с трудом сгребали потоки воды с лобового стекла. «Форд» недовольно заурчал и медленно выполз со двора. Первые пять минут они ехали в гробовой тишине, нарушаемой только стуком дождя и хрустом суставов Лилит, которая пыталась найти удобную позу. Жека смотрел строго перед собой, сжимая руль так, что костяшки пальцев побелели.

* * *

— Ты нормальная вообще?! — выдохнул Жека, когда они выехали на широкое шоссе. Сердце колотилось где-то в горле. — «Покажите змей»! Ты понимаешь, что я теперь Алису увижу только на фотографиях? Она меня засудит!

Лилит, уже забыв про скандал, флегматично копалась в бардачке.

— Ой, не нуди. Я сделала ей комплимент, — буркнула она, выуживая моток синей изоленты. — В Аду сравнение с Горгоной — это топ. Это значит, что у женщины стальной характер и убийственный взгляд. Она должна гордиться.

— Она человек, Лилит! Обычный, нормальный человек! Для неё это оскорбление!

— Скучные вы, люди, — зевнула демоница, начиная обматывать изолентой ручку двери изнутри. — Слишком нежные.

Жека открыл рот, чтобы прочитать лекцию о человеческой психологии, но Лилит вдруг подалась вперед, едва не ткнувшись рогами в лобовое стекло. Она резко втянула носом воздух.

— Опа! — воскликнула она, тыча когтистым пальцем в мокрое стекло. — Тормози! Смотри, какая карета дымится!

Жека скосил глаза. На обочине, мигая аварийкой, стоял длинный, угольно-черный лимузин. Выглядел он зловеще и дорого — как катафалк для олигархов. Из-под капота валил густой, тяжелый дым цвета перезревшей вишни. Вокруг машины суетился какой-то паренек, но Жеке было не до него.

— Проезжаем, — мрачно буркнул он, включая левый поворотник, чтобы объехать препятствие. — Ну его к черту. Тачка стоит как мой район. Это либо бандиты, либо депутаты. Свяжешься — потом виноватым сделают, что пыль на капот уронил.

— Да ты посмотри на дым! — Лилит вцепилась ему в плечо, не давая нажать на газ. — Это не тосол кипит, это мана! Там движок магический накрылся.

Она прижалась носом к стеклу, жадно вглядываясь в фиолетовые клубы.

— Там фонит так, что у меня аж рога вибрируют! Кто-то попытался впихнуть невпихуемое, и оно рвануло. Это же твой профиль! Жека, тормози, там чистой магии на миллионы, а они её в атмосферу спускают!

Аргумент про профиль заставил Жеку убрать ногу с педали газа. В голове щелкнул калькулятор. Алисин планшет. Долги. Кредит.

— Уверена, что магия? — спросил он, глядя в зеркало заднего вида на удаляющийся лимузин.

— На двести процентов! — затараторила Лилит. — Это не просто поломка, это катастрофа техно-магического характера. Без тебя они там сейчас взлетят на воздух. Ну же! Деньгами пахнет!

Жека тяжело вздохнул, выругался и ударил по тормозам, сворачивая на обочину задом.

— Ладно. Но ты сидишь здесь. Рот на замок. Рога спрячь. Если спросят — ты косплеерша. С богатыми клиентами лишних разговоров не нужно.

Он взял свой потертый металлический ящик с инструментами и вышел под дождь. Лысый водитель, увидев человека в промасленном комбинезоне, бросился к нему, как утопающий к спасательному кругу.

— Мастер! Вы разбираетесь в... — водитель замялся, пугливо оглядываясь по сторонам, и понизил голос до шепота, — ...в особой технике?

Жека подошел к капоту. Фиолетовый дым пах озоном, жженым пластиком и почему-то ладаном. От машины исходил низкий гул, похожий на григорианский хорал, пропущенный через басы сабвуфера.

Жека спокойно протянул руку к раскаленному металлу крыла. Обычного человека уже ударило бы разрядом в пару тысяч вольт, но Жека почувствовал лишь легкое, почти приятное покалывание. Его «нулевая аура» работала как идеальный заземлитель, гася магический шторм в радиусе полуметра.

— Разбираюсь, — буднично ответил он, доставая разводной ключ. — Что тут у вас? Опять навигатор на кристаллах душ заглючил и завел в болото?

— Хуже, — водитель вытер пот со лба шелковым платком. — Шеф поставил экспериментальный движок от «Корд Индастриз». Гибрид. Сказали, будет летать на чистой эфирной тяге. А он... он начал петь гимны на латыни, плеваться искрами и заглох! А у нас встреча в Министерстве через пятнадцать минут!

Жека присвистнул. «Корд Индастриз». Он слышал про этих ребят. Техно-маньяки, которые пытались скрестить магию и технологии, насилуя законы физики.

— Откройте капот, — скомандовал он. — И отойдите подальше. Если рванет — вас забрызгает эктоплазмой, химчистка такое не выводит.

Водитель послушно дернул рычаг в салоне и отскочил на безопасное расстояние. Жека поднял тяжелую крышку капота. Двигатель выглядел как кошмар безумного инженера: хромированные поршни переплетались с рунической вязью, а вместо аккумулятора пульсировал ярко-синий кристалл, который сейчас трещал и испускал те самые фиолетовые кольца дыма.

Жека вздохнул, перехватил ключ поудобнее и сунул руку прямо в гудящее нутро мотора, туда, где магические дуги плавили изоляцию. Он просто пережал пальцами патрубок, из которого сочилась светящаяся жижа. Искры лизнули его мозолистые ладони и погасли, столкнувшись с его «пустотой». Он наложил резиновую заплату, затянул хомут и выдернул маленький медный предохранитель с руной «Ignis».

— Вот это лишнее, — пробормотал он. — Умная электроника пытается контролировать поток маны. А ману нельзя контролировать цифрой, она обижается.

Машина дернулась и затихла. Фиолетовый дым рассеялся.

— Заводи, — кивнул он ассистенту.

Парень метнулся к водительской двери, нажал кнопку. Двигатель мягко, хищно заурчал.

В этот момент заднее тонированное стекло седана бесшумно поползло вниз. Из темноты кондиционированного салона на Жеку уставилась пара внимательных, цепких глаз. В них не было магии, только холодный, расчетливый интеллект. Лицо мужчины было бледным, неподвижным, словно маска из дорогого фарфора. Он сидел, не шелохнувшись, положив руки в перчатках на трость с серебряным набалдашником.

— Любопытно, — голос из салона звучал тихо, но перекрывал шум дождя. — Мой помощник едва не лишился рассудка от страха, а вы, молодой человек, копались в нестабильном эфире голыми руками.

Жека вытер руки ветошью. — Просто физика. У меня... сопротивляемость высокая. С вас пять тысяч. За вредность и срочность.

Ассистент побледнел еще больше, услышав такую наглость, но мужчина в салоне лишь едва заметно улыбнулся уголком рта.

— Сопротивляемость... — повторил он, пробуя слово на вкус. — Корд обещал мне чудо техники, а в итоге меня спасает человек с гаечным ключом и высокой сопротивляемостью. Какая ирония.

Вампир (а это был он, сомнений не осталось) сделал ленивый жест пальцем. Ассистент тут же подскочил, выхватил бумажник, отсчитал купюры и дрожащей рукой протянул Жеке.

— Благодарю, — кивнул вампир. — Как ваше имя, мастер?

— Евгений.

— Валериан. Глава клана Ночи. Я запомню вас, Евгений. Редко встретишь профессионала, который способен исправить ошибки гениев.

Стекло поползло вверх. Лимузин плавно тронулся и растворился в пелене дождя.

Жека остался стоять на обочине с деньгами в руке.

— Ну что? — Лилит высунулась из «Форда», жуя жвачку. — Живой? Крови не попил? — Нет, — Жека посмотрел на удаляющиеся красные огни. — Но, кажется, я только что починил машину самому опасному упырю в городе.

— Зато заплатил! — хохотнула Лилит. — Поехали за шаурмой, я голодная как цербер.

Жека усмехнулся, пряча деньги в карман.

Офис Виктора Корда находился на восемьдесят восьмом этаже башни «Этернити» и больше напоминал операционную, чем кабинет живого человека. Стены из смарт-стекла, меняющего прозрачность по желанию хозяина, белый полимерный пол, в котором можно было увидеть свое отражение, и ни одной лишней детали. Ни бумаг, ни ручек, ни фотографий семьи. Только огромный голографический стол в центре и панорамный вид на ночной город, сияющий тысячами огней.