— Но истинная пара у человека одна! Почему вы решили, что эти джентльмены могут быть моими избранниками? — Голос Беллы звенел от напряжения. — Это известно даже младенцу.

— Для человека магия мира, действительно, предусмотрела одну возможную истинную пару, мисс Белла. Для мага — тоже. А вот для сирены и других магических существ — нет. Видимо, так происходит в силу особенностей магии таких существ — потомков сирен, оборотней, вампиров, демонов. О вашей магии в свое время много написал лорд Линдсей в разных номерах «Магического вестника Рейдалии». Мне запомнились следующие слова милорда: «Прекрасные сирены подобны лакмусовым бумажкам — с их помощью можно улучшать генофонд Рейдалии, поскольку их истинной парой сможет стать лишь особенный мужчина… Магия мира предусмотрела для сирен право выбора из лучших представителей мужской половины населения…» Дальше не помню, что было написано в статье. Могу только сказать, что энергетические нити вашей ауры, мисс Харрис, должны полностью принять нити ауры избранника. С теми же джентльменами, с которыми вы приходили, и с одним из которых я видел вас… хм… по-моему, в кондитерской, ваши нити пока лишь игрались, не сделав окончательный выбор.

— Мистер Джон, кто вы такой? — сдавленно пробормотала Белла. — Почему вы видите ауры, если не целитель? Как вы можете видеть энергетические нити? Вы же не… — девушка резко осеклась. — Не… То есть… Но этого не может быть!

— Сирены тоже довольно редки в нашем мире, мисс, — устало проговорил Джон Ролден, тяжело вздыхая. — Однако раз в сто лет вы вновь появляетесь, и в мире все переворачивается с ног на голову. В этом столетии магия сирены проявилась аж два раза. В леди Честер и в вас, милая мисс Белла.

— Ролден — потомок демонов? — с недоверием процедил Джереми. — Кроме целителей только они могут видеть ауры. Но их давно нет в нашем мире. О последнем потомке демона писали лет двести назад. Как подобное возможно?

— Демон на службе у нашей королевы? — мрачно буркнул Роберт Стен. — Интересная новость.

— Который к тому же принес ей кровную клятву, — с недоверчивой усмешкой добавил Кристофер Менфес.

— Мисс Харрис, не знаю, как сложится ваша жизнь после сегодняшней встречи, на которую мы едем, — снова заговорил Джон Ролден, — но хочу сказать вам одну вещь. Вы удивительное и совершенное создание этого мира. Вы — потомок сирены с чистой душой, искренним сердцем и абсолютно светлыми помыслами. История Рейдалии не знала ещё таких сирен, мисс. Знала коварных, лживых, жестоких соблазнительниц… Что же касается вас… Ваша идеальная красота всегда будет привлекать внимание мужчин, но их сердца будет завоевывать ваша душа. Мое сердце она тоже завоевала, Белла. За все те годы, что вы доверяли мне, я постарался брать у вас лишь то, что требовалось человеку, которому я служу. Не больше.

Некоторое время в обоих экипажах царила тишина.

— Мистер Джон, не больше? — прошептала целительница. — Я помню, где вы жили, когда мы познакомились. И я вижу, где вы проживаете сейчас.

— Мое вознаграждение, мисс, позволило мне улучшить жизнь. Только и всего. Просто мой заказчик довольно щедрый человек.

— Неужели я никогда не обращалась в полицию, мистер Джон?

— Нет, моя дорогая мисс. Вы боялись ошибиться и причинить вред невинному человеку.

— Человеку, сэр? — горько пробормотала Белла. — Демону, хотели вы сказать?

— Вы вскоре забудете о том, кто я, Белла. Я снова стану для вас милым другом. Все будет по-прежнему.

— Вы ошибаетесь, Ролден. По-прежнему больше уже не будет. И не важно, кому вы служите, — тихо проговорил Кеннет Дарлин. Голос мужчины прозвучал спокойно, твердо и внушительно.

Взгляды брата и друзей сказали ему, что они полностью с ним солидарны.

— Мы не можем допустить, чтобы Ролден и Верт привезли Бель заказчику, — твердо заявил Кеннет.

— Не можем, — кивнул Джереми. — Если заказчиком Ролдена является её величество, то боюсь, что…

— … как только мы попадем в её поле зрения, будем связаны по рукам и ногам, — хмуро подхватил Роберт Стен. — Иначе можем получить статус изменников.

— Поэтому на выезде из города мы останавливаем экипаж Ролдена и вытаскиваем Бель. — Кен осмотрел посмурневшие лица друзей. — Но мы должны учитывать, что ничего не знаем о силе Верта и его резерве. Возможно он сможет оказать ментальное воздействие на всех сразу. Также неизвестно какими демоновскими силами обладает Ролден.

— Какими бы не обладал, шесть адептов выпускного курса академии магии Сент-Эдмундса тоже кое-что могут, — задумчиво отозвался Джереми Дарлин. — Чтобы остановить экипаж, нам понадобится огонь Роя, благодаря которому возможен эффект внезапности. И магическая сеть Аристона, которая захватит экипаж и взбесившихся лошадей в магическую ловушку… После что?

Кен встретился взглядом с Робертом.

— На мне защита от ментального внушения, — сразу понял молодой человек.

— Ты в этом лучший, Роб. Поскольку мы не знаем, на что способен загадочный мистер Верт, нужна защита самого высшего уровня.

Роберт кивнул, соглашаясь, хмурясь, оценивая свой магический резерв, который он сегодня частично потратил на тренировке.

— Крис… — Кен встретился взглядом с серьезным Менфесом.

— Уже понял, друг, — криво усмехнулся мужчина. — Кокон неприкосновенности? Какого уровня, учитывая, что Ролден неожиданно оказался демонюкой?

— Последнего. Распредели его на всех одинаково. Но внимательно следи за резервом. Выгореть ты не должен.

Кристофер Менфес снова усмехнулся и кивнул.

— Джереми, ты создаешь для нас личины, меняешь голоса, нас не должны узнать. Я отвечаю за то, чтобы Верт отозвал ментальное внушение, сделанное Бель.

Кеннет Дарлин выглянул в окно экипажа и увидел, что они выезжают через Южные ворота города. Мужчина активировал артефакт связи, настраивая тот на Себастьяна Роя, который вместе с Аристоном ехал в экипаже сразу за каретой аптекаря.

— Я всегда считала вас другом, мистер Джон. Вы для меня были вторым отцом. — Белла смотрела на Джона Ролдена с искренним укором.

— Мисс Харрис, вы тоже для меня как дочь, — признался аптекарь. — Даже сейчас.

— Разве у дочери вы отбирали бы магию?

— Кто знает, мисс Харрис, — вздохнул Ролден. — Иногда ради достижения целей, часто призрачных, мы ни с чем не считаемся и жертвуем самым дорогим. В том числе членами семьи и возлюбленными. Иногда, наоборот, ради самого дорогого отказываемся от целей, комфорта, счастья. Или идем к чужим целям, потому что так кому-то нужно.

— Вы совершенно запутали меня, мистер Джон, — нахмурилась Белла.

— Да, возможно, — мистер Ролден непонятно улыбнулся. Он вспомнил разговор и встречу, после которых уже больше никогда не видел прекрасную Джослин Честер…

Он встретил её в коридорах королевского дворца. Он шел на аудиенцию к королеве, а Джослин, похоже, только что вышла от Ее Величества.

Леди Честер была, как всегда, прекрасна. В белоснежном платье из тончайшего атласа с кружевными вставками, сшитом по самой последней моде, глубоким декольте, открывающим соблазнительную грудь, с невероятной красоты нежными сапфирами в ушах и на шее молодая женщина казалась дивным видением.

Однако в эту встречу красавица была непривычно бледна и расстроена. Джону даже показалось, что женщина плакала, так как глаза леди были покрасневшими.

— Джо, здравствуй. — Он не смог просто пройти мимо нее. Впрочем, как и всегда. Сердечная рана давно затянулась и ныла лишь иногда, очень редко, когда он вот так мог с ней столкнуться.

— Здравствуй. — Остановилась и леди. Печально посмотрела на него, криво улыбнулась.

— У тебя что-то случилось? — не сдержался он. — Ты плакала?

— Я никогда не плачу, Джон. — Она качнула головой, отвела взгляд. — Это соринка попала в глаз.

— Соринка? — Он некоторое время смотрел на Джослин с сомнением и все же спросил: — Могу я чем-то помочь тебе?