— Что это значит?

— Только то, что я сказал, мисс Белла, — вздохнул Верт и постучал в стену экипажа. Тот слегка качнулся и медленно тронулся в путь.

Белла замерла, ощутив приступ паники. Она дернулась к двери экипажа, расположенной с другой стороны, но снова услышала тихий мысленный приказ: «Сидите смирно, мисс Харрис».

Белла послушно откинулась на спинку сиденья, встретилась с пристальным взглядом мистера Верта.

Мужчина вдруг наклонился и жадно вдохнул её запах. Девушка испуганно вжалась в спинку сиденья.

— Не бойтесь, мисс Харрис, — хрипло буркнул помощник аптекаря. — Я просто соскучился по вашему удивительному запаху, который почему-то сейчас не чувствую.

Верт нахмурился.

— По запаху? — сдавленно пробормотала Белла. — Он у меня… особенный, мистер Верт?

— Конечно, мисс. Запах молодой сирены. Потрясающий, неповторимый и очень соблазнительный аромат для меня. Как и для остальных мужчин.

— Верт, угомонись, — недовольно поморщился мистер Ролден. — Ты пугаешь мисс Харрис.

Белла перевела настороженный взгляд на Джона Ролдена. Мужчина смотрел на нее спокойно, с явным ожиданием.

— Все снова повторяется, — устало усмехнулся он. — Из года в год. Вновь этот ваш взгляд, настороженный и подозрительный. Куча вопросов в глазах. Вы начинаете вспоминать?

— О чем вы? Что… повторяется? — тихим голосом спросила девушка, но после слов аптекаря смутные картинки тусклыми вспышками стали оживать в памяти.

— Похоже, ответ уже вам не нужен? — Мистер Ролден уставился на Беллу очень внимательно.

— Нужен, — прошептала целительница. — Я не понимаю, что происходит, сэр.

— Тогда по порядку? — чуть скривился мужчина, во взгляде мелькнула досада.

— Как давно вы знаете, что я потомок сирены, мистер Джон? — прошептала Белла, пытаясь зацепиться за возникающие в памяти воспоминания, но те пока ускользали от нее, оставляя острое разочарование.

— С нашей первой встречи, мисс. Собственно, именно поэтому я и решил вам помочь.

— Почему в моей памяти так мало воспоминаний о наших встречах? Почему меня не беспокоило это? И почему я стала вспоминать лишь наши чаепития и мои странные пробуждения?

Некоторое время Джон Ролден смотрел на нее нечитаемым взглядом. Потом вдруг спросил:

— Мисс Белла, как вам удалось полностью скрыть ауру? Кто вам помог?

— Давайте, сначала вы ответите на мои вопросы. Потом я отвечу на ваши, — твердо ответила девушка.

— Ну что ж… Как пожелаете, мисс. Вы мало что помните, потому что Верт уже много лет чистит вам память. Что-то блокирует. Очень аккуратно.

— Зачем? — Белла почувствовала, как сердце потяжелело и словно провалилось в желудок. Её затошнило от волнения.

Целительница отправила себе импульс спокойствия и тут же услышала новый приказ Верта: «Я запрещаю вам использовать магию исцеления. Вы не можете ей пользоваться».

— Вы поймете это после сегодняшней встречи, — вздохнул мистер Ролден.

— Мы едем не в ресторан, — покачала Белла головой.

— Нет, мисс.

— Вы… убьете меня?

— Мисс Харрис, — с осуждением посмотрел на нее Джон Ролден. — Я не убийца. Я всего лишь аптекарь. Королевский аптекарь Её Величества Кассии Ветинг.

В глазах мисс Харрис застыли десятки невысказанных вопросов.

— Вы удивительная девушка, мисс Харрис, — с задумчивым взглядом усмехнулся мужчина. — И очень отличаетесь от леди Честер.

От неожиданного сравнения Белла вздрогнула. Вопрос, на который она решилась, застрял в горле вязким комом.

— Вы похожи внешностью, умом, наблюдательностью. Ведь вы не в первый раз подозреваете меня и задаете вопросы. Я искренне удивлен силе вашей целительной магии. Это она излечивает ваш мозг, понемногу восстанавливает память… Я стараюсь вести себя дружелюбно, не обижаю вас, но проходит время, и вы вновь полны подозрений, хотя мы постоянно подчищаем вашу память, в ней не остается ничего, что могло бы насторожить вас. Не поделитесь, почему вы снова начали нас подозревать?

Белла молчала, слишком пораженная всем, что сейчас происходило. Выходит, она и раньше подозревала Ролдена и Верта, приходила к ним с вопросами, а они отвечали на них, а затем чистили ей память и внушали то, что им нужно.

— Давайте начнем с вас, как договорились, — глухим, непослушным голосом проговорила Белла. — С самого начала.

— Вы слышали эту историю не раз, мисс.

— Вы знаете, что я ничего не помню. Выходит, каждый раз вы открываете мне правду, зная, что все равно после удалите воспоминания?

— Именно. Так стоит ли начинать надоевший диалог снова?

— Для меня сейчас он важен.

— И раньше был важен. Как-то, для большего внушения, вы заявились ко мне в компании одного из Дарлинов. Помните этот момент?

— Н-нет. — Девушка уставилась на аптекаря с недоверием. — И что вы сделали?

— Сначала все рассказал, конечно. Чтобы ваш друг успокоился и не наделал глупостей. Ну а потом забрал обратно ваши знания и воспоминания. У Дарлина тоже. Через год вы пришли с другим молодым человеком. Не помню его имя…

— Сын лорда Роя, — вмешался Верт. — Себастьян Рой.

— Точно. Это был он.

Джон Ролден уставился на побледневшую Беллу холодно, но в то же время с примесью сочувствия. На лице целительницы застыло потрясенное выражение.

— Я приходила к вам с Себастьяном Роем? Для чего? Объясните же мне!

— Вы поделились с мистером Роем своими подозрениями, он решил помочь вам разобраться.

«Сначала поделилась подозрениями с кем-то из братьев Дарлинов, затем с Роем. Как же это все странно».

На долгое время в экипаже воцарилось молчание. Белла отодвинула занавеску и, закусив нижнюю губу, хмуро наблюдала за мелькающими за окном домами Сент-Эдмундса. Ей никто не мешал, никто не запрещал смотреть на улицу. Это говорило о том, что сидящие в экипаже мужчины были уверены в том, что скоро она снова ничего не будет помнить, в том числе и эту дорогу.

Экипаж проехал мимо госпиталя, где работала Белла, колеса привычно затарахтели на крупной белоснежной брусчатке, выложенной на дороге перед зданием. Здесь она отличалась от остальной. У Беллы предательски защемило сердце.

«Как ювелирно меня лишали воспоминаний. Убирали лишь те, которые могли их выдать. Остальные не трогали».

В следующее мгновение Белла в панике подумала: «Пресветлая! Неужели сейчас я узнаю о себе удивительные вещи, а затем снова все забуду⁈»

Едва эта мысль пришла к ней, девушка вспомнила о записывающем артефакте, который взяла с собой по совету Кеннета.

«С чего начать вопросы? Спросить о бабушке, которую, как оказывается, знает мистер Джон? Или о Себастьяне? Или о том, с кем именно из братьев я приходила? Может быть, сразу о креме? Как много они снова готовы рассказывать?»

— Мистер Джон, куда мы едем? — вздохнула мисс Харрис, решительно задергивая шторку на окне, принимая спокойный вид, вспоминая о том, что она плохо справляется с эмоциями.

— В мой загородный дом, мисс, — ответил аптекарь, внимательно наблюдая за девушкой.

— Не знала, что он есть у вас.

— Вы приезжали в него не раз, мисс.

— Мистер Джон, пока мы едем в ваш загородный дом, расскажите мне дальше… обо всем, — тихо проговорила Белла, словно в задумчивости расправляя на платье несуществующие складки, осторожно активируя в кармане записывающий артефакт. На миг сердце снова бешено забилось, но теперь без магии, лишь усилием воли, целительница успокоила его.

Аптекарь многозначительно переглянулся с племянником, и Белле стало совсем неуютно.

— К сожалению, мисс Харрис, даже если бы я хотел рассказать обо всем, я не вправе сделать это. В некотором роде я связан кровной клятвой, которая заставляет меня молчать.

Неприятный холодок пробежал по позвоночнику девушки. Кровная клятва — это серьезно. Она понимала это и перевела вопросительный взгляд на мистера Верта.

Верт медленно покачал головой. Выходит, он тоже связан клятвой.

— Задавайте вопросы, мисс, — проговорил помощник аптекаря. — На некоторые из них мы ответим. Если они не будут противоречить нашей клятве.