Однако же своей ученице он замечания не сделал и это не прошло мимо моего внимания.

— Какие-то сроки, в которые можно разорвать дракона надвое? — продолжила я спрашивать. — Мой сын застыл на грани жизни и смерти.

Лаура что-то буркнула себе под нос, но я не расслышала. А вот Магнус услышал и явно разгневался:

— Мастер Эссали, вашей ученице следует покинуть наш дом. Немедленно.

— Юная леди! — а это громыхнул Карлус, почти в голос с моим женихом.

— Я сказала то, что все подумают,— вспылила она.

И, к моему удивлению, ей ответила Луми:

— Правда? Что-то я не припомню, чтобы за лордом Эрхардом носились толпы влюбленных девиц. Но как только он выздоровел, то сразу приобрел брачную ценность. Стыдно, ученица.

— Лаура,— со вздохом произнес мастер. — Извинись.

Она закатила глаза и невнятно, с искренним отвращением пробубнила:

— Прошу прощения, леди торн Тревис.

Ответить я ничего не успела, Магнус заговорил раньше:

— Нет, мастер, этого не достаточно. За время моей слабости вы забыли, что живете на моем Пике. И сейчас, войдя в мой и моей невесты дом, вы позволяете себе слишком многое.

— Точно так же, со своей стороны, я отзываю приглашение на стажировку,— добавил Карлус. — Перед вами, ученица, находится не просто невеста вашего лорда. Перед вами леди, которая вернула жизнь Камню Трех Сил. Отыскала утраченные документы мастера Фортретти и разгадала оставленную им загадку. Наши ветераны теперь будут исцелены полностью. Их драконы смогут вновь подняться в небо.

— Твой дед сможет ходить,— скупо бросил Леон и Лаура ахнула:

— И ты за нее?!

Парень покачал головой:

— Я за честность. Леди очистила Камень…

— Пусть бы удовлетворилась деньгами,— выплюнула Лаура.

Я прикрыла глаза. Наверное, было бы проще «не заметить» ее короткой ремарки. Тогда бы мы уже перешли к более насущным вопросам.

— И если я правильно помню,— Луми прижала пальчик к губами,— вы, Лаура, не местная. Ваши отец и мать покинули Пик, не так ли?

— Хватит,— Магнус хлопнул ладонью по столу. — Эссали, проводи свою ученицу на выход. Затем возвращайся и я жду полный отчет. В конце концов, тебе за работу деньги плачены.

Мастер резко встал из-за стола и практически выволок свою ученицу из кабинета. А я вдруг задумалась о том, на что будет похожа моя жизнь.

«Я никогда не стану для них своей», с горечью подумала я.

— А мы? — Луми заглянула мне в глаза. — Нет, вслух ты не говорила, но я догадываюсь, вокруг чего крутятся твои мысли. Я, Вилма, аорит Родди — неужели мы плохие?

— Или я,— тихо сказал Магнус. — Я десятилетиями не проводил никаких светских мероприятий. И тебя никто не заставит. Мы можем жить спокойно, не утруждая себя балами и приемами.

— Только мы будем на чай заезжать и все,— подмигнул Карлус.

И я улыбнулась.

— Простите мне минутную слабость,— выдохнула я. — И пока все мастер Эссали не вернулся, откройте секрет…

— Как я здесь оказалась? — улыбнулась Луми. — Случайно подслушала, как гневается аорит.

— Случайно? — поперхнулся Карлус. — Твоя подруга, Катти, спряталась в моем кабинете!

Луми вскинула руки:

— Я просто хотела убедиться поговорить, но уважаемый аорит меня всячески избегал. Вот и вышло, что бумаги мы читали вместе.

— И вместе думаем, как сказать об этом Вилме,— Карлус устало откинулся на спинку стула. — Наши дальние родственники сгинули где-то в Лькарине. Мы надеялись, что они спрятались среди людей, но теперь становится ясно, что… Что их кости уже не найти.

— Промолчать не получится,— тихо сказал Магнус,— все это окажется в газетах со дня на день.

— Нужно окружить Вилму целителями,— я потерла переносицу. — И лучше всего сделать это в потайном саду.

Карлус был не совсем согласен:

— Она у меня не дурочка. Сразу начнет подозревать, что произошло нечто ужасное.

И тут Луми щелкнула пальцами:

— Так пусть один целитель с умным видом встанет около жеоды с Гели, а второй будет держать за руку нашу Катти.

— А вот об этом надо подумать,— кивнул Карлус.

И в этот момент в кабинет вернулся мастер Эссали. Что интересно, на щеке у него осталась царапина.

Неужели его ученица осмелилась отвесить своему наставнику пощечину?!

Под нашими взглядами артефактор чуть порозовел, но мужественно превозмог смущение и вернулся за стол как ни в чем не бывало. Затем, чуть помедлив, он поднялся и, посмотрев мне в глаза, низко поклонился:

— Я приношу свои искренние извинения, леди торн Тревис. Мне следовало лучше воспитывать свою ученицу.

— Я принимаю ваши извинения,— прохладно отозвалась я. — Надеюсь, вы не отказались от ученицы.

— Ни в коем случае,— он покачал головой,— она способная девочка и сможет увидеть истину.

За стол артефактор так и не сел. Он попросил разрешения затемнить окна и развернул перед нами иллюзорный экран, на котором подробно расписал весь цикл создания драконита. Начиная от запечатления новорожденного и заканчивая разделением сущностей.

— У детей есть шанс выжить? — спросила Луми.

— Если начать лечение сейчас,— кивнул артефактор. — Правда, лечением это назвать нельзя — мы просто вошьем в их тела артефакты, которые не позволят жизненной силе утекать. Больше здесь сделать ничего нельзя.

— Артефакты — ваша разработка? — Карлус делал пометки в большом пухлом блокноте.

Мастер Эссали покачал головой:

— Нет, эти комплекты используются при заражении «Падочной гнилью» и в качестве поддержки, когда кто-то посмертно проклят.

— Ясно. Ученик Леон может что-то добавить?

— Нет, аорит,— почтительно отозвался юноша.

Он вообще сидел очень тихо. Смотрел на своего мастера, вздыхал и отводил глаза. Кажется, вид оцарапанной щеки приводил юношу в ужас.

— Тогда мы более вас не задерживаем,— спокойно сказал Карлус.

— Благодарю за содействие,— кивнул Магнус и встал из-за стола. — Позвольте проводить вас к выходу.

Я поднялась следом за ним и Луми повторила мои действия. Мы все спустились в холл, затем вышли на крыльцо.

Девушка, Лаура, все это время ждала своего мастера у автокатона.

— Вы были так жестоки, что не позволили ей сесть внутрь? — удивилась я.

— Нет,— вздохнул мастер,— это было ее решение.

— Страдания облагораживают душу,— хмыкнул Карлус.

На что Луми тут же отреагировала:

— Вряд ли имелись ввиду такие страдания. Это больше похоже на: «Всем на зло пораню крылья и голодным лягу спать»!

— Лаура талантлива,— хмыкнул Леон,— истинный самородок. А таким все можно, верно?

В голосе юноши слышалась обида. Вероятно, ему тоже доставалось от избалованной девицы.

— Не дерзи,— бросил ему наставник и Леон криво улыбнулся:

— Так точно, мастер.

А мне вдруг подумалось, что юноша может и уйти от такого безразличного наставника. И тогда мастеру Эссали придется остаться с капризной ученицей один на один.

— Спасибо за консультацию,— проронила я, не желая продолжать тяжелый разговор.

— Мы ждем официальный отчет,— добавил Карлус,— заверенный печатью мастера и тремя независимыми подмастерьями.

Луми ошеломленно посмотрела на аорита и, когда артефакторы ушли, спросила:

— Как подмастерье может быть независимым?!

— Если он служит другому мастеру,— чуть рассеянно отозвался Карлус,— там сложная система клятв. Мастера не будут тратить время на то, чтобы заверять бумаги друг для друга. А вот их ученики подневольны.

— И при этом рискуют своей репутацией, если заверят что-то откровенно глупое,— добавила я. — У целителей та же система. Я изучала и заверяла некоторые исследования.

Но мне это не помогло. Все те, кто обещали «всестороннюю поддержку» тут же отвернулись от разведенной женщины.

«Это ведь так заразно», хмыкнула я про себя.

К нам вышла Раника и громким шепотом спросила, не пора ли подавать кофе с конфетами. И мы коллективно решили, что сейчас самое время. Заняв ближайшую гостиную, дождались пока служанка принесет поднос и взялись за ароматный напиток.