«Я снова живу одним днем», подумалось мне вдруг. «Вот сегодня все хорошо и ладно. А как завтрашний день наступит, так и посмотрим».

— Мне стоило промолчать,— проронил Магнус.

— Нет,— я покачала головой,— никогда не молчи. Лучше расскажи что-нибудь хорошее.

Дракон склонил голову к плечу, немного подумал и принялся рассказывать о том, как отважно мой сын атаковал кусты драконики. Как ловко уворачивался от шипов и как хвостом отбивался от стрекоз.

— Потом, правда, забыл про ягоды и принялся гоняться за бабочками,— тихо рассмеялся Магнус. — Знаешь, мне редко доводилось видеть настолько безмятежных драконят.

— Ты про клетки?

— Да. Девушка, родившаяся в человеческой семье любит и принимает своего ребенка таким, какой он есть. Драконицы запихивают детей в клетки и воспринимают первое крылатое время как небольшой отдых. Они путешествуют, заводят новых друзей и без особого нетерпения ожидают возвращения своих детей.

В голосе Магнуса слышалась застарелая печаль.

— Разве это не жестоко?

— Считается, что так дракон учится уважать старших,— он пожал плечами,— но мне кажется, что это неправильно.

Мы немного помолчали и Магнус со вздохом проговорил:

— Как-то все хорошее сводится к нехорошему. Пойдем, посмотрим дом?

Я улыбнулась и кивнула. Подхватив Гели, уложила его на сгиб локтя и поднялась из-за стола.

— Не тяжело?

— Родная ноша не тянет,— рассмеялась я.

Мы спустились по лестнице, пересекли холл и вышли на замковый двор. Тишина и покой даже немного пугали, ведь я уже привыкла к шумной толпе вокруг.

Вдовий домик оказался куда дальше, чем я думала. Сверху расстояние казалось крошечным, но на деле он был сильно удален от замка.

— Раньше даже забор был зачарованный,— Магнус показал на старые, покрытые мхом камни,— чтобы вдовы не могли сглазить детей. Страшно представить, как жили эти бедные женщины.

— Зато их не выгоняли на улицу,— я пожала плечами,— у них был кров над головой, а еще еда и вода. В Лькарине все гораздо хуже. Мой бывший муж имел надо мной полную власть, он запрещал мне работать и при этом давал сущие копейки, на которые даже Гели не мог нормально питаться.

Мы поднялись по скрипучему крыльцу и Магнус коснулся двери рукой:

—Приложи свою ладонь рядом с моей. Вот так, хорошо. Теперь ты и Гели сможете входить и выходить абсолютно спокойно.

— Спасибо,— выдохнула я.

Внутри домик и правда был маловат. Но только если сравнивать его с замком. А так сквозь просторную прихожую мы попадали в гостиную, из которой вели три двери — на кухню, в мыльню и на лестницу. Мебели, правда, не было. Но зато был красивый камин с широкой полкой, на которой так чудесно будут смотреться вазы и статуэтки!

Наверху и правда были всего две спальни. Причем они были соединены между собой узкой дверцей.

— Я зачарую ее со своей стороны,— пообещал Магнус.

— Я доверяю тебе,— шепнула я. — Доверяю и без магии.

Слова повисли в воздухе между нами. Магнус замер. Он смотрел на меня так, словно видел впервые.

Впрочем, он прекрасно владел собой и эта заминка длилась совсем недолго.

– Я знаю. И для меня это значит больше, чем любая клятва.

В его голосе звучало так много чувств, что я смутилась. Почувствовав, как загорелись щеки, я поспешила перевести тему:

— Знаешь, в гостиной нужно поставить диван. Напротив камина.

— А рядом кресло, одно, но большое. Знаешь, в запасниках замка есть много вещей, было время, когда убранство комнат менялось по нескольку раз в год. И ненужные вещи уменьшали и закрывали в сундуках. Мы могли бы посмотреть их, или я прикажу доставить новые вещи из города.

— Кровать должна быть новой. Как и белье, а вот диван и кресло для гостиной — почему бы и не посмотреть запасники?

Когда-то и в моей семье было принято так делать. Следовать за модой, убирать старое, покупать новое.

— Я хочу, чтобы ты чувствовала это место своим,— тихо сказал Магнус.

— Тогда обойдемся без запасников, ладно? Пусть диван будет темно зеленым, а кресло — коричневым, немаркий ковер на пол и низкий столик, чтобы поставить лампу и чашки с чаем.

— Идеально. Можно повесить картины, взять из галереи.

— Или поставить несколько живых букетов.

Я совсем не хотела переносить сюда драгоценные картины. Гели активно колдует, не стоит искушать судьбу!

— Диван должен быть большим,— Магнус улыбнулся,— твои друзья уже соскучились и хотят навестить.

Гели заинтересованно закурлыкал. Ох, с каждым днем он понимает все больше и больше!

— Я буду рада их видеть,— улыбнулась я. — Луми наверняка приедет на автокатоне.

— А Карлус и Вилма позеленеют по пути,— рассмеялся Магнус. — Впрочем, целитель Родди и так зеленый. В доме исцеления не все в порядке.

– Магнус, – начала я, осторожно подбирая слова. – У меня есть мысль. Насчёт должности аорита. Давай присядем?

Он весело огляделся и с интересом спросил:

— Прямо здесь? Катти?

А я не могла отвести от него взгляда. Кажется, я впервые видела его настолько живым и расслабленным. Настолько спокойным. И пусть его ядовитая сила кружила вокруг нас, меня это нисколько не волновало. Сейчас я была даже благодарна за свое отвратительное детство — отец сделал меня сильной. Пусть цель его и была в другом.

— Прости, задумалась. Нет, я видела у дома скамеечку. Как раз на солнышке и кое-кто крылатый сможет поиграть в траве.

Правда, когда мы вышли, Гели поиграл совсем немного. Поймал стрекозу и так с ней в лапках и уснул.

— Ты хотела что-то сказать о должности главного целителя, аорита,— мягко напомнил Магнус.

— Не уверена, что имею на это право,— смутилась я. — Но мне кажется, что дому исцеления нужен постоянный аорит, а не его заместитель.

— Ты хочешь предложить кого-то конкретного?

— Ты же и сам догадываешься,— улыбнулась я. — Карлус Родди.

Магнус задумчиво склонил голову. Он задумался над моими словами. Побарабанив пальцами по скамейке, он задумчиво проговорил:

— Он блестящий целитель. Но аорит… Это не только мастерство. Это администрация, ответственность за весь дом исцеления.

— Его отделение единственное не пострадало от интриг Вильсаны. Он не ищет власти, его жена слаба здоровьем и он явно хочет проводить с ней больше времени. К тому же его уважают, а некоторые и боятся.

— Однажды он противостоял даже мне,— хмыкнул Магнус. — Думаю, ты права. Мы привыкли, что аори и аоритами были Спящие, те, кто отвечал за Камень Трех Сил. И потому позволили дому исцеления остаться без главы.

«Просто ты один, Магнус. И разорваться на сотню деловых драконов ты не можешь», но вслух я этого не произнесла.

— Предложим ему это, когда они приедут. Зная Луми, это произойдет быстро.

— Скамеечки на всех не хватит,— рассмеялась я.

Мне вторил теплый, грудной смех Магнуса. Его глаза сверкали и мне на секунду стало его мучительно жаль. Но только на секунду — невозможно пожалеть настолько сильного мужчину.

До самого ужина мы записывали все, что нам понадобиться в новом старом доме. Магнус в какой-то момент был готов закрыть рынок, чтоб мы смогли пройти по лавкам, но я отвергла эту идею.

Вот и сейчас, окруженные магическими лампами, мы сидели в его кабинете и перечитывали заметки.

— Льорис вспыльчив и не способен долго терпеть неизвестность. О боги, Магнус!

Дракон разом встал передо мной, заклятьем притянул Гели и возвел вокруг нас щит:

— Где?!

— Нет,— я коснулась ладонью его плеча,— все в порядке. Я… Прости, я не сдержала эмоций потому что подумала, что Льорис может напасть на наших друзей.

— Они предупреждены,— он убрал щит и отпустил сердитого дракончика. — И не шипи, старшему лучше знать, что делать!

Притворно-суровый тон не испугал Гели, но заставил немного устыдиться. Он запрыгнул на стол и принял самую умильную позу, какую только можно — завернулся в крылья и принялся искоса посматривать на Магнуса.

— Я не сержусь,— вздохнул дракон. — Все в порядке.