Опустившись рядом с жеодой, я прикрыла глаза. Надеюсь, мой муж выживет. А я… А что будет со мной мне уже как-то все равно.

Но долго я так не просидела. Тихий треск заставил меня вскинуть голову. Сквозь пелену слез я рассмотрела высокую, крепкую фигуру, что брела ко мне сквозь дым.

— Катти!

— Магнус,— шепнула я.

Он подхватил меня на руки и вынес из тайного сада. Из ниоткуда вынырнули целители, которые закружились вокруг нас. Но мне было все равно.

Я нащупала опал и криво улыбнулась — он по-прежнему был теплым. Но как иначе? Камень грело тепло моего тела, а пульсация…

Под пальцами как будто билось крохотное сердечко. Но как это возможно? Я ведь видела своими глазами, как Льорис… Как моего сына не стало.

— Отойдите, вы мешаете осмотру,— проговорил кто-то.

— Нет,— я вцепилась в Магнуса. — Нет.

— Отойдите! — рявкнул мой муж и крепче прижал меня к себе.

В его объятиях было тепло и тихо. Если он разожмет руки на меня обрушится реальность. А я не хочу. Не могу.

— Гели жив,— шепнул Магнус.

Но я, зажмурившись, покачала головой.

— Родная моя, он жив.

— Не лги,— выдохнула я, чувствуя, как по щекам струятся слезы.

— Жеода была пуста,— мой муж гладил меня по спине,— клянусь. Я это видел. Я просто не понял, в моменте, что и зачем он делает. А после уже не мог отвлечься.

— Почему ты видел, а я нет?

— Я выше,— просто и честно ответил Магнус. — Я боялся, что Гели в его власти. Что сейчас он вытащит его из-за спины и бросит в огонь. Поэтому бросился в бой.

— Опал теплый,— я чуть отстранилась от любимого. — И, кажется, пульсирует. Но я боюсь поверить.

— Там не было людей,— мягко проговорил мой дракон. — Ни живых, ни мертвых. Ты можешь представить, что Луми уходит и оставляет твоего сына сгореть заживо? Жеоду никто бы не унес, но малыша… Малыша бы они вытащили.

— Я… У меня в голове пустота,— я уткнулась лбом в грудь мужа. — Не могу ни о чем думать.

— Целители тебя осмотрят, а затем мы пойдем за нашим ребенком.

— Куда?

— Для начала в дом четы Родди,— спокойно ответил мой муж. — Дом проклятийника — одно из самых безопасных мест на Пике. И туда невозможно послать вестника. Наш особняк тоже был сожжен, Раника успела спастись.

— Откуда ты все это знаешь?

— Твоя служанка здесь, ожоги не серьезные, но требуют лечения,— шепнул он.

Я нашла в себе силы разжать руки. Ни в какую палату меня никто, разумеется, не повел. Да и осмотр был довольно поверхностным — целитель убедился, что нет ожогов, а дым не причинил особого вреда.

— Что будет с тайным садом? — спросила я. — И Камень Трех Сил…

— Карида и Мерван закрылись внизу и держали барьеры, так что с камнем все в порядке,— быстро ответил целитель. — А вот про сад я ничего не знаю. Прошу меня простить, я должен идти.

Магнус был недоволен, но я покачала головой:

— Сейчас есть более важные пациенты. Льорис… Мертв?

— Скован по рукам и ногам,— покачал головой Магнус. — Мы передадим его либо Совету, либо Лькарине. В зависимости от того, кто сменит короля.

Мой муж вновь поднял меня на руки и понес к выходу из дома исцеления. Черный дым, застилавший небо, развеялся. В небе парили сотни драконов, который нет-нет да и спускались вниз, приземляясь на мостовую.

— Дома будут восстановлены за пару недель,— шепнул Магнус. — Готова к перемещению?

— Да.

Сунув руку в карман, я вновь нащупала опал. Теплый и мягко пульсирующий, он подпитывал мою дикую надежду. И, одновременно, напоминал о том, что в критической ситуации я не вспомнила про друзей. Не озаботилась вопросом о том, живы ли они.

«Наверное, я плохой человек», признала я мысленно.

Портал перенес нас к весьма уединенному дому. Можно сказать, что чета Родди жила на отшибе. Их гнездышко было окружено ухоженным садом, который опоясывал кованый забор.

— Подождем, пока откроются ворота,— Магнус придержал осторожно поставил меня на ноги. — Думаю, учитывая ситуацию, Карлус поднял все свои щиты.

А через минуту ворота со скрипом отворились и нам на встречу выбежала Луми:

— Вы принесли артефакт?! Скорей, у малыша жар.

Мы поспешили в дом и подруга принялась на бегу рассказывать:

— Когда начались беспорядки, аорит приказал нам собраться и уходить. Он открыл портал, потому что на автокатоне мы бы не проехали. Жеоду нельзя было вытащить и мы, забрав Гели, ушли. Вилма еще успела запихнуть внутрь одеяло, как будто дракончик укрыт тканью.

— Его я и увидел,— сказал Магнус. — И подумал, что это попытка нас обмануть.

— Я в таком долгу, Луми,— всхлипнула я. — В таком долгу…

— С ума не сходи,— проворчала подруга. — В каком же долгу тогда все наши ветераны? Некоторые успели на крыло встать. Они, к слову, смогли подавить панику и вывести драконов за город. Иначе бы здесь такое творилось, если ли бы Маурис не навел порядок.

— Я его помню,— Магнус придержал для меня дверь,— серьезный дракон. Рад, что он смог вернуться в строй.

Луми проводила меня в гостиную, где в глубоком кресле сидела Вилма, а на ее руках… На ее руках, на широкой подушечке, спал мой малыш. Рядом с ними устроился Карлус и с его рук постоянно слетали тонкие светящиеся нити.

— Принесли? — отрывисто спросил он.

— Да,— я шагнула вперед и, опустившись на ковер, вытащила опал из кармана,— вот он.

Карлус перехватил артефакт, взял его двумя руками и, подняв его над малышом, с хрустом разломил пополам!

Опал оказался полым и на моего малыша медленно опустился золотисто-зеленый туман. Он впитывался и впитывался в тонкое тельце дракончика.

Гели вздрогнул, зевнул, потянулся, а после свернулся в комочек и закутался в крылья. По нежной чешуе пробежали розовато-алые всполохи и на месте дракончика появился спящий малыш, который едва не свалился со слишком маленькой для него подушечки!

 — Мам, смотри! Отец мне помог, но вообще я все делал сам!

Я отложила в сторону бумаги и подняла голову. Мой слишком быстро повзрослевший сын принес шкатулку с редчайшим морским жемчугом. Все понятно, Магнус опять задвинул все дела и, забрав детей, рванул с ними на Острова. Мой муж, открыв для себя радости отцовства, погрузился в них с головой. А это значит, что сегодня вечером меня ждет “внезапный” сюрприз в виде любимых островных деликатесов.

— Я хочу вот эту,— Гели вытащил крупную розовую жемчужину,— пустить на брошь для Амайи. Она, конечно, еще ничего не понимает, но ведь подрастет же?

Младших сестер он обожал. Когда Лиссари обратилась, он переселил ее в свою комнату. Собрал для малышки лазилки и перестал подпускать нас с мужем к собственному ребенку! Как оказалось, для драконов это нормально. Через пару дней Гели немного успокоился и усовестился. Карлус настоятельно рекомендовал нам не мешать ребенку взрослеть — это позволит ему стать хорошим отцом. Тем более что днем, пока Геллерт в школе, малютка Лиссари висела на Магнусе. Поначалу я чувствовала себя немного лишней, но затем прибыл мой наставник с Островов и это чувство ушло.

— А Лиссари вот это, на браслет,— продолжил сын. — И чары помощнее, а то дразнят ее всякие!

— Никаких “помощнее”,— строго проговорила я. — Им по девять лет, хватит и того, что Лисса разбила нос своему оппоненту.

— Он дразнил ее за веснушки! Вот и поплатился,— воинственно отозвался сын.

В общем, у меня не было вопросов, кто поставил удар моей старшей дочери. Но протестовала я только для вида, чтобы дети совсем уж не распоясались. На самом деле, если бы у меня был такой старший брат… Хотя нет, я ни о чем не жалею. Мой старший сын стоил всего, а уж младшие девочки и вовсе.

— Мам, отец хочет официально сделать меня наследником,— Гели сгорбился,— но ведь так нельзя?

— Почему?

— Пик умрет, разве нет? И… Я когда плавал, почувствовал зов. Недалеко от нас есть заброшенный пик, не тот, с замком. А который почти не виден из воды. Там еще кто-то устроил тайную лежку,— он потер переносицу,— в общем, он мне отзывается.