— И яблочный,— тихо сказал Магнус.

— И яблочный,— согласилась я.

До замка мы добрались затемно. Но свечи, горящие на любимом балконе, придали нам сил. Мы смогли не только поужинать, но еще и занести вещи во вдовий домик.

Завтра переедем. Магнус, правда, уже предложил остаться в замке. Но я-то видела, какие глубокие тени залегли под его глазами. Он почти не спит.

«Где же ты жил все это время?», задумалась я. «И стоит ли тебя об этом спрашивать».

Магнус помог мне найти место для работы — у Вдовьего домика была еще и крошечная мансарда. Несколько дней подряд мы обживались и сегодня, наконец-то, закончили расставлять мебель и раскладывать вещи.

Все это время я нет-нет да и пыталась открыть конверт. Но лихо закрученные нити не поддавались моей магии. Тонкие до неосязаемости, они разъезжались под пальцами и норовили порваться. Все, что мне удалось рассмотреть это непонятную фразу: «Вы больше не носите банты».

Если это подсказка, то я не представляю, что может быть ответом.

Отложив бумаги в сторону, я встала из-за стола и вытащила Гели из его корзинки. Чешуя малыша местами стала напоминать кожу и теперь нужно было обрабатывать ее мазью. Вилма положила нужный флакон в ту груду вещей, что они нам передали.

Магнус, к слову, никак не мог понять, зачем нам столько надарили. Он растеряно смотрел на меня и все повторял: «Но ведь мы не нуждаемся».

— Посмотрим на драконику? — я ласково провела пальцами по крылышкам сына.

— Мрык!

Вот только первую же ягодку он выплюнул. Что ж, это еще один знак скорого оборота. Крылатая, скорей бы.

А в следующую секунду я замерла. Что если мой сын всего лишь прикрытие? Что если Льорис украдет других драконят? Учитывая, что многих крылатиков держат в клетках… Это вполне вероятно!

Как назло, именно сегодня Магнус улетел в магистрат. Увы, у главы драконьего пика немало обязанностей и мне остается только смиренно ждать.

«С другой стороны, все порталы перекрыты», попыталась я себя успокоить. «Никто никого никуда не переправит».

— Куда им столько магии? — с раздражением вздохнула я.

Нагулявшись, мы вернулись в дом и я, чтобы унять нервную дрожь, затеяла пироги. Гости к нам пока не собирались, а потому я выбрала среднюю форму.

Тщательно промыла краснобокие яблоки, вычистила серединки, а после порезала тончайшими листочками. Подготовила мед, орехи и взялась за тесто. Через пару часов по дому поплыл потрясающий аромат.

Укутав пирог, я отставила его в сторону и сделала себе чай. В одиночку есть совершенно не хотелось, а значит Магнус опять будет вздыхать. Но что я могу поделать? Чувство голода странно притупилось, хотя раньше… Раньше я даже плакала, но очень тихо, чтобы сын не заметил.

Допив чай и заставив себя сжевать несколько крекеров, я взяла Гели и вернулась в мансарду. Сегодня утром я окончательно завершила свою работу над документами Фортретти и могу с уверенностью утверждать — половина из них фальшивка.

— Вопрос только в том, когда именно их украли,— я тяжело вздохнула и подкинула светящийся мячик, чтобы Гели не заскучал. — Неужели за те дни, что на моем кабинете не было защиты?

Пересмотрев фальшивые бумаги, я нашла старый отпечаток от чашки с кофе. За собой такого безобразия я не припоминала, а потому бросила несколько слабых диагностических импульсов.

Отпечатку было много лет. От десяти до пятнадцати. С моей квалификацией установить это точнее никак не удавалось, увы. Эти диагносты, по хорошему, предназначались для проверки свежести ингредиентов, а не для оценки возраста высохшего кофе.

Шум во дворе заставил меня встрепенуться. С мансарды был виден и навес, под которым Магнус привык парковаться, и дорожка, по которой он шел к дому.

Дракон приближался стремительно, на его губах играла легкая улыбка, а в руках он нес большую увесистую корзину. На краткую долю секунды мне захотелось промолчать. Утаить дурные новости. Слишком уж счастливым выглядел мой дракон.

«Мой?!», с ужасом поймала я себя на мысли и, подхватив Гели, направилась вниз.

По дороге я пыталась понять, когда именно стала считать Магнуса своим и поняла, что это произошло во время его боя с Льорисом. Та ненастная ночь ясно показала где свой, родной дракон, а где чужой, гадкий человек.

— Чем так вкусно пахнет? — с искренним восторгом спросил Магнус.

И я решила, что дурные новости подождут. Сначала чай с пирогом, а потом уже плохие вести. В конце концов, документы подменили настолько давно, что пара часов не играет никакой роли!

— Впрочем, погоди, я тоже не с пустыми руками,— он занес в кухню корзину. — Недавно открылся новый трактир и я слышал, как его обсуждали. Всегда хотел попробовать, но…

Тут он замолчал, тряхнул головой и не стал продолжать. Вместо этого он вытащил из корзины несколько глубоких глиняных тарелок, вокруг которых ярко светились кулинарные заклинания. Некоторые из них мне были знакомы — чары тепла и непроливаемости. Мне приходилось их использовать в Лькарине. Вся моя посуда была не слишком новой и…

Не буду об этом думать. Не сейчас, когда кухня наполняется ароматом специй и ощущением счастья.

— Говорят, что повар учился на Жемчужных Островах,— заговорил вновь Магнус. — Кто знает, может, этот трактир станет нашим любимым? А это из пекарни, хлеб еще горячий.

Гели с урчанием вертелся в своей корзинке и нет-нет да и возбужденно взмуркивал. Я даже немного растерялась — сын выглядел голодным, но… Что же мы можем ему дать?

— Корочку хлеба,— рассмеялся Магнус,— он ее размусолит и выплюнет. А после обратит свое внимание на драконику.

— Он уже отказывался от нее,— тихо сказала я.

— Он путается,— с нежностью проговорил мой дракон. — Это нормально.

Взяв доску, я нарезала хлеб на крупные, довольно грубые ломти — по-другому никак не получалось.

Мы сели к столу, Гели мусолил корочку, а я… Я никак не могла отбросить грустные мысли и сосредоточиться на настоящем моменте.

Мне почти не доводилось видеть Магнуса настолько довольным и расслабленным. Он ловко подцеплял кусочки пряной говядины, многословно восхищался букетом специй и выглядел удивительно живым. Будто бы яд Лькарины не таится больше в его душе.

— Ты устала сегодня,— утвердительно произнес он. — Не сказала почти ни слова. Морс? Ягоды с северного склона. Для многих это вкус детства — малышню вывозят туда на лето. Там самая безопасная зона для первых полетов.

— Подожди, я нарежу пирог.

— Как ты смогла его заказать? — заинтересовался Магнус.

Удивленно на него посмотрев, я кивнула на печь:

— Я его приготовила. Ты ведь заполнил кладовые.

На лице дракона отразилась сложная гамма чувств и он негромко проговорил:

— О, но я думал ты будешь готовить для гостей. Ты говорила, что…

— А этот пирог я приготовила для тебя,— мягко сказала я. — С яблоками, помнишь?

Магнус молчал. Пододвинул к себе тарелку, отломил вилкой кусочек, угостился и прикрыл глаза. Я с опаской попробовала собственное творение и пришла к выводу, что рецепт по-прежнему хорош. Но мой дракон так и не проронил ни слова.

— Пирог неплох? — робко спросила я, когда тарелка Магнуса опустела.

— Он идеален, — он посмотрел на меня прямо, и в его взгляде было что-то такое тёплое и нежное, что у меня перехватило дыхание. — Самый лучший на свете.

Я не знала, что ответить, но сын избавил меня от необходимости искать слова.

— Мрык! Бяк!

На пол полетела корка, а дракончик принялся цеплять коготками драконику.

— Человеческие вкусовые рецепторы еще не пробудились,— рассмеялся Магнус. — Кажется, мне хочется закончить этот вечер чашкой ароматного чая.

— С капелькой успокоительного зелья,— тихо сказала я. — К сожалению, у меня есть дурные новости. Они, правда, несколько устарели, поэтому я…

— Поэтому ты молчала и мучилась,— вздохнул Магнус. — Катти, ты… Ты дорога мне. И я бы предпочел разделить с тобой тревогу, чем наслаждаться теплом этого вечера в одиночестве.