— Тогда вот вставайте на жирненький портал, чтобы женку не растрясло, а то девицу родит,— хохотнул один из стражников.

Через несколько томительных минут мы оказались в Лояльри. И, уже выходя с площади, я услышала потрясенное:

— Катти?

Мое сердце едва не остановилось. Почему, ну почему я не выкрасила волосы?! Понадеялась, что никто не узнает?

Магнус, сделав длинный шаг назад, прижал меня к себе и я ощутила, как по коже скользит его теплая, ласковая, привычно ядовитая сила.

— Или я ошиблась?

Передо мной стояла Ларрина. Она, прижав ладонь к губам, испуганно смотрела на меня.

— Да, это я, Катти,— покивала я. — Прислуживала вам в больнице, леди. Познакомьтесь, мой Магнус.

И снова ни капли лжи. Быть может в Лькарине и нет такого количества артефактов сокрытой истины, но… Я не готова рисковать. Правда, мне все еще не удается искренне назвать дракона своим мужем.

— Точно,— она щелкнула пальцами. — Благодаря тебе мое лицо вновь чистое. Давай-ка я угощу тебя и твоего мужа обедом. Знаешь, милая, жених меня все равно бросил.

— Родной, позволь представить тебе леди Ларрину Онтрега, я прислуживала ей в столичном доме исцеления, помнишь?

— За пару недель до нашей встречи,— кивнул он,— пообедать отличная мысль, но женщина, даже леди, за меня платить не будет.

Ларрина только улыбнулась, после чего указала на милое заведение:

— Там подают прекрасный куриный пирог!

И только присутствие леди Онтрега, со всеми ее драгоценностями, позволило нам войти.

— Отец привез нас с матушкой сюда, чтобы мы смогли успокоиться. Разрыв помолвки был ужасающе неприятен,— непринужденно болтала Ларрина.

Вот только яростный блеск глаз, да бледные запавшие щеки выдавали ее с головой. Она была взволнована и испугана. Вряд ли это произошло из-за ухода жениха.

— И поставьте нам заглушку,— приказала она, когда разносчик выставил на стол огромный пышный пирог,— расскажу, что я сделала этому мерзавцу.

— Да, леди.

Через пару минут нам принесли чай и небольшую сферу. Заклинание в ней было некачественным, но это не страшно — Магнус тут же выставил свою заглушку.

— В столице беспорядки,— шепнула Ларрина. — Ты получила бумаги?

— Из-за них и прибыла,— солгала я и леди Онтрега тут же поморщилась:

— Фонишь.

— Во-вторую очередь,— исправилась я. — Для тебя тоже подготовлены экземпляры. Вы сами в них разобрались?

Но Ларрина покачала головой:

— Не смогли. Не мой профиль, папа боевой маг, матушка леди до кончиков пальцев, а младший брат балбес. Вне семьи отец никому не доверяет, вот и…

Магнус положил руку на мою ладонь и тихо сказал:

— Порталы на столицу не работают, значит, мы туда пробиться не сможем.

Я поняла его мысль и, посмотрев Ларрине в глаза, предложила:

— Передашь отцу документы? Если он не испугается, то копии нужно будет передать в столичный дом исцеления, в руки Клоттиры.

Чуть помолчав, я поправила саму себя:

— Во все дома исцеления. Это касается природы драконита.

Говорить о тошнотворных экспериментах мне не хотелось, но… Я хотела знать, как к этому отнесется Ларрина. И потому быстро, в двух словах раскрыла ей страшную тайну.

Леди Онтрега стала побелела как снег.

— Мой племянник,— выдохнула она,— твой сын, дочь моей однокурсницы… Катти, ты не представляешь… Боги…

Мне пришлось использовать специфическое лечебное заклятье, чтобы вернуть Ларрину в сознание.

— Я ничего не утаила. Для бумаг использовала те же тубусы, в которых получила документы Фортретти,— деловито проговорила я. — Все формулы легко пересчитать и перепроверить. Но самое главное это след. Фортретти хотел найти место, где создают драконит. Вы сможете воспользоваться его наработками.

Ларрина на мгновение сжала переносицу пальцами, после чего покачала головой:

— Я думала, что хуже некуда. Что ужасающие законы, поставившие женщин на уровень домашнего скота, это дно. Но наш король взял лопату и пробился глубже, в самую зловонную жижу.

— Успокоительного зелья у меня нет,— с сожалением произнесла я.

— Мне и нельзя,— вздохнула Ларрина,— мы с матушкой столько его выпили, что еще год аукаться будет. Клянусь кровью и силой рода — я передам бумаги Клоттире из столичного дома исцеления, а так же приложу все возможные усилия для распространения этой информации среди лькаринцев. Клянусь. Клянусь. Клянусь.

На ее лбу на мгновение выступила капелька крови — магия приняла клятву.

— Уж ты-то понимаешь,— она посмотрела мне в глаза,— как все это страшно.

И я лишь кивнула.

Глубоко вдохнув, Ларрина медленно выдохнула и принужденно рассмеялась. После чего махнула рукой, показывая на сферу и Магнус тут же снял свою заглушку. А там и сфера помутнела, после чего леди Онтрега громко проговорила:

— Вот так он и обзавелся гнойными чирьями на заднице! Была рада увидеть тебя, милая. Проводи меня до угла — хочу нанять карету.

Старательно кланяясь, я изображала из себя благодарную служанку, случайно повстречавшую свою леди. Магнус расплатился и, забрав почти нетронутый пирог, вышел за нами.

Мне удалось передать Ларрине тубусы, после чего наши пути разошлись. Мы отправились искать ночлег, а леди Онтрега… Леди Онтрега направилась домой.

— У тебя достойные друзья,— тихо сказал Магнус.

— Ты прав,— кивнула я. — Надеюсь, что она не пострадает.

— Она дала слишком жесткую клятву,— мой дракон вздохнул,— думаю, чтобы не оставить отцу выбора.

Я согласно кивнула, после чего спохватилась и поспешно опустила глаза. Удивительно, как меня разбаловали несколько месяцев на Алмазном Пике!

Гостиница в Лояльри была всего одна. Сняв комнату, Магнус затребовал ящик вина и копченое мясо. А так же сыр и хлеб — все то, что по мнению обывателей Лькарины, обожают боевые маги.

Я же, изображая покорную и испуганную жену, робко умоляла его не брать крепленое вино, а ограничиться слабым белым.

— Не любил бы я тебя так,— цыкнул мой дракон,— ух как бы я сейчас…

Он выразительно дернул бровью, а я изобразила панический страх. Сжалась, обхватила себя руками и низко опустила голову. Такие сцены не были редкостью, так что к нам молниеносно потеряли интерес.

— И побыстрей,— рявкнул мой дракон.

После чего увлек меня вверх по лестнице. Открыв дверь комнаты, он поспешно вошел, втянул меня и тут же рухнул на колени:

— Я испугал тебя? Катти, родная моя…

Ахнув, я обхватила его запрокинутое лицо ладонями и поспешно выдохнула:

— Ни в коем случае, нет. Я знаю, что ты не причинишь мне вреда. Я… Я уже давно не боюсь тебя, понимаешь? Просто…

Я задохнулась, не зная, как убедить своего дракона. Но он, видимо, что-то почувствовал и медленно поднялся:

— На секунду мне показалось, что твой страх не наигранный.

Он растер грудь и тяжело вздохнул. И в этот момент до меня с ужасом дошло, что он уже несколько дней не выпускал наружу свою ядовитую магию!

— Сколько ты еще выдержишь? — я коснулась его плеча,— ты… Насколько все плохо?

— Все терпимо,— выдохнул он. — Надеюсь, я достоверно изображаю эмоции. Но понимать их становится все сложнее и сложнее. Мир будто подернулся ядовито-желтой дымкой, в которой я вот-вот утону.

У меня не было слов. Крепко-накрепко обняв его, я едва слышно выдохнула:

— Спасибо. Спасибо, что решился на эту авантюру.

— Твой сын,— Магнус отстранил меня,— часть тебя. Ты — мое сердце и он — тоже. Спроси меня потом, я смогу объяснить лучше.

Коснувшись ладонью его щеки, я мягко ответила:

— Этих слов вполне достаточно. Ты прекрасный дракон с большим добрым сердцем. И твои действия стоят дороже всех самых прекрасных слов, которые я когда-либо слышала.

А ведь мне даже стихи дарили. Но никто и никогда не дарил мне заботу и защиту, что, на самом деле, ценней любых слов. По крайней мере для меня.

Через несколько минут две служанки внесли заказ Магнуса. Я в это время сидела на постели, прижав к щеке руку.