— Я не отдам сына, даже если душа Льориса состоит из солнечного света,— прошипела я.
И Магнус согласился:
— Именно так. Но я сильно сомневаюсь, что он так уж хорош. В этой истории сейчас ковыряются мои драконы. Однако, всего происходящего хватило, чтобы нас призвали на Совет.
— Они хотят, чтобы мы покинули Пик,— я поежилась. — Чтобы Гели остался один и…
Мой голос сорвался, и я замолчала.
Но Магнус со мной согласен не был:
— Думаю, они хотят надавить на меня, чтобы я отдал тебя Льорису. Тебя и Гели, разумеется. И, пока мы отсутствуем, младший Льорис попытается покинуть Пик.
— Его так и не нашли? — безнадежно спросила я. — Значит, у него есть сообщник.
— К сожалению, из внучки Фортретти ничего вытянуть не удалось — она сошла с ума раньше, чем менталист смог запустить ей в мозг щупальце.
В комнате повисла тишина. Мне на мгновение показалось, что мы словно бы мнемся у черты. Шаг влево, шаг вправо и лавина событий сметет нас.
Но… Как будто пора? Мы готовы? Или все же нет?
— Ты отдал камни на изучение,— я посмотрела на Магнуса,— что-то есть?
— Мастера назначили встречу на вечер. Мы все соберемся здесь. У тебя есть время отдохнуть и собраться с силами.
— Мне кажется, что я выспалась на несколько недель вперед,— тихо сказала я.
Магнус кивнул. Он немного помялся, после чего встал и сказал, что будет в своем кабинете. Затем, уже в коридоре, он обеспокоенно уточнил, что спальня у нас одна на двоих и что если меня это беспокоит, то…
Но я прервала его:
— Мне тепло и хорошо рядом с тобой. Спокойно. Я чувствую себя защищенной. Если… Если тебя не тяготит мое присутствие, то…
И тут уже он перебил меня:
— Меня никогда не будет тяготить твое присутствие.
Но я все равно видела, что моего дракона гнетет что-то еще. Он словно метался от идеи «сказать» до решения «промолчать». Линия его плеч была напряжена, брови нахмурены, но Магнус периодически брал свою мимику под контроль и начинал принужденно улыбаться.
— Поменяй нас местами,— тихо посоветовала я.
— Что? — удивился мой дракон.
— Ты словно бы что-то хочешь мне сказать. И не решаешься. Поменяй нас местами и ответь — на моем месте ты бы хотел знать?
Он опустил голову:
— Я совсем растерял социальные навыки. Так заметно?
— Не всем,— пожала я плечами. — Ты важен для меня, поэтому твое беспокойство для меня очевидно. Так что?
— Это очень глупо,— он взлохматил волосы,— лишняя информация, но Раника заставила меня задуматься.
Я молчала, позволяя ему самому решить. И в итоге мой дракон признался, что сегодня у него день рождения.
— Он никак не празднуется,— тут же сказал Магнус,— твоя служанка просто застала меня врасплох вопросами.
— Она знает дату?
— Отец устраивал праздники, когда я был ребенком. А потом как-то все сошло на нет. Да и я повзрослел,— мой дракон, казалось, был искренне раздражен тем, что его знаменательный день все-таки наступил и теперь мешает ему спокойно жить.
Подойдя к нему вплотную, я приподнялась на цыпочки и прижалась губами к его щеке:
— Спасибо, что не промолчал. Для меня это очень важно.
— Только не думай, что ты теперь должна…
— Не буду думать,— пообещала я. — К тому же, самые счастливые семье это те, где люди что-то делают, потому что хотят. Не из-за долга. Я ведь могу делать то, что мне хочется?
Он прижал меня к себе:
— Да. Но, ради Крылатой, если когда-нибудь ты будешь устраивать большой прием, предупреди меня за пару недель.
— Большие приемы мы будем устраивать вместе,— пообещала я.
Мы разошлись в разные стороны. И я точно знала, как именно мне удастся отдохнуть! А точнее, отвлечься.
Составив список, я отправила Ранику на рынок. И за несколько часов создала кривобокий, но приятно пахнущий кулинарный шедевр. Бисквитный торт, чьи обрезки оказались очень и очень неплохи на вкус!
Правда, все три коржа плохо поднялись, но меня это нисколько не смутило — пропитка и крем смягчат слишком плотный бисквит. А красота дело вторичное, если это, конечно, домашняя пища. В кафетерии такой торт бы освистали.
— А еще можно тертым шоколадом сверху присыпать,— задумчиво произнесла моя служанка.
— Надо было коржи на кусочки порезать и горкой выложить,— вздохнула я, чуть подправляя торт, чтобы не заваливался влево.
— М-м-м, островное лакомство,— восхитилась Раника. — Вкусно и удобно. Матушка из горелых корочек его делала. Ой, кажется торт теперь вправо заваливается.
В общем, еще минут пятнадцать я поправляла и стабилизировала торт, а после мы с Раникой поставили его в холодильный шкаф.
Я проверила время и сама себя поздравила с успехом — до встречи с артефакторами оставалось чуть больше часа. Так что мне как раз хватило времени, чтобы ополоснуться и сменить платье.
— Ты так сладко пахнешь,— восхитился Магнус, когда мы пересеклись в холле. — И выглядишь потрясающе.
Синий цвет всегда мне шел, так что я лишь улыбнулась и поцеловала его в уголок губ. А затем отметила, что он тоже очень и очень хорош в своем строгом костюме.
— Прошу,— Магнус открыл для меня дверь. — Встретим их на крыльце.
И через минуту мы увидели, как под подъездной дорожке движется серо-синий автокатон, а следом за ним… Луми? Это же ее агрегат?
— Видимо Карлус решил ввести ее в курс дела,— задумчиво проговорил Магнус.
— Скорее всего она либо сама услышала, либо догадалась,— покачала я головой.
Драконы выгрузились из автокатонов и направились к нам.
И, судя по напряженным лицам и скорбным морщинкам, ничего хорошего они не скажут…
Но первым заговорил Магнус:
— Катарина, позволь представить тебе мастера Альдиса Эссали и двух его старших учеников — Леона и Лауру.
Все трое поклонились и мой дракон продолжил:
— Мастера, перед вами моя невеста Катарина торн Тревис.
Мои щеки чуть потеплели. Простые слова Магнуса прозвучали как-то особенно проникновенно.
— Примите наши поздравления,— проронил мастер Эссали.
Луми, услышавшая все это, радостно пискнула, но тут же постаралась взять себя в руки. Она откашлялась и степенно произнесла:
— Рада за вас, от всей души.
— Присоединюсь,— кивнул Карлус и тепло улыбнулся,— вы двое заслуживаете счастья.
Мы прошли в дом. Раника, увидевшая гостей, заполошно охнула:
— Подать ли чего-нибудь, леди?
— Пока не нужно,— спокойно сказала я. — Подготовь большой кофейник и конфеты, мы подадим сигнал.
— Хорошо,— она поклонилась и быстро скрылась в коридоре.
Магнус провел нас в большой кабинет, где уже был подготовлен большой овальный стол.
— Прошу, рассаживайтесь,— кивнул он. — Катти, не покидай меня.
Так вышло, что по правую руку от Магнуса оказалась я, по левую Карлус. Рядом с аоритом сел старший мастер и затем двое его учеников. А Луми оказалась рядом со мной.
И Лауре это явно не понравилось. Кажется, в ее представлении ни для меня, ни для Луми не было места за этим столом.
— Что вы можете рассказать, мастер Эссали? — обратился к артефактору Магнус.
— Вы предоставили нам три чудовищных образца,— в голосе артефактора звучал потаенный гнев. — Это драгоценные опалы, к которым вначале были привязаны духовные отпечатки новорожденных драконов, а после… А после они стали вместилищем отсеченных крыльев. Леон.
Названный юноша тут же откашлялся и продолжил следом за своим мастером:
— Мы склонны предполагать, что мастер Фортретти знал о том, как создают драконит. Потому что Камень Трех Сил, по своей структуре, схож с этими зачарованными опалами. Внутри они пористые, словно сквозь них прорастают сосуды, перекачивающие отраву.
— Лькарина перешла все границы,— выплюнула Лаура, глядя мне в глаза.
— Да,— согласилась я,— перешла. Несколько десятков лет назад. Мастер, есть ли способ разорвать связь новорожденного дракона и опала, с которым его соединили?
— Только уничтожить камень,— в голосе артефактора послышалось сочувствие.
