— Ну а как иначе, — я качнул головой и тут же об этом пожалел. Затылок пронзило тупой болью, а в глазах потемнело. — Ладно, Саша, работай. Я к брату зашёл.

Зубов прижал кулак к груди и вернулся к бойцам, а я прошёл дальше и остановился напротив Бориса. Они с Агатой будто в пятнашки играли — прыгали через тень, возвращались, потом пытались догнать друг друга. Вовремя я отменил запрет прогулок по теням для брата — теперь он был готов и тренировался ещё усерднее.

— Костя! — крикнул он, обернувшись ко мне. И тут же был сбит с ног кувырком Агаты. Умница какая, показала на практике, что отвлекаться на поле боя нельзя. — Ой. Ну я тебе покажу сейчас!

— Погоди, мне поговорить с тобой надо, — остановил я его.

Борис бросил на теневую кошку колючий взгляд и направился ко мне. Замерев передо мной, он выпрямил спину и напрягся всем телом, подражая гвардейцам.

— Слушаю, — с гордым видом сказал он, и я едва сдержал смешок.

— Через три дня ты поедешь со мной в столицу, — сказал я и сразу заметил, как скривился брат. — Ты будешь представлен его величеству и собранию аристократов.

— А может не надо? — ноющим голосом попросил он. — Я лучше на полигоне буду в два раза больше тренироваться.

— Я хочу показать нашу силу, — спокойно сказал я. — Показать, что Шаховских стоит бояться. Без тебя никак.

— А мне не надо будет повторять фамилии и титулы? — с надеждой спросил он. — И фотографии ещё.

— Не надо будет, — я улыбнулся. — Думаю, что ты уже всех, кого надо, выучил. А вот этикет стоит повторить.

— Я уже всё знаю, я буду вести себя идеально, — он посмотрел на меня с мольбой в глазах. — Буду молчать, кивать и кланяться императору.

— Договорились, — я рассмеялся. — Рад, что ты не стал отказываться.

— Сила рода — это важно, — серьёзно сказал Борис. — Если нужно её показать, то я только за. Пусть только попробуют косо на нас посмотреть.

— Надеюсь, что до демонстрации не дойдёт, — я покачал головой и схватился за виски. — Так, у тебя с Тараном как дела обстоят? Он не пытается напасть?

— Нет, конечно, — удивился брат. — Он же не глупый, а от меня пахнет тобой. Все наши питомцы давно уже знают, кто свой, а кто чужой.

— И всё же они монстры, Боря, — напомнил я ему. — Монстры очагов и теневых слоёв.

— Так ты их приручил, — брат расплылся в улыбке. — А ещё с ними интересно тренироваться. Мы на изнанке вместе с Агатой пытаемся обогнать Тарана, но пока не получается.

— Молодцы, — я снова улыбнулся. — Только я не представляю, кто вообще сможет его обогнать.

— Ну ничего, мы ещё потренируемся и обязательно сможем, — Борис покосился на Агату. — Можно, я уже вернусь к тренировке?

— Иди, — отпустил я его, а сам ушёл на первый слой, чтобы поскорее добраться до кровати. Стоять было невыносимо тяжело, а уж говорить — тем более.

Я вышел из тени в своей спальне и упал на постель, не раздеваясь. Через мгновение я уже крепко спал. Сквозь сон я слышал, как пришла Юлиана и присела рядом, но сил и желания проснуться, у меня не было.

Когда я наконец выспался, бросил взгляд на телефон. Время подходило к ужину, а на экране светилось несколько непрочитанных сообщений.

Влад Ерофеев интересовался, куда я пропал, и хотел встретиться, чтобы «попить чай по-дружески». Следующее сообщение оказалось интереснее. Илья Давыдов сообщал, что его вызвали в столицу на встречу с императором.

Мой старый враг, ставший предателем рода, а потом и его главой очень хотел со мной увидеться. Не знаю, что ему нужно, но это будет не самая приятная встреча в моей жизни.

Третье сообщение было от Савелия Ярошинского. Он просил срочно перезвонить, как только у меня будет свободная минутка. Я сразу же набрал его номер.

— Граф, рад, что вы позвонили, — тут же ответил он. — Я обнаружил в своей лаборатории ваши доспехи, но ни записки, ни сообщения от вас так и не получил. Скажите, сколько времени вы можете дать на их ремонт и доработку.

— Через три дня я должен приехать в столицу на собрание аристократов, — сказал я хриплым после сна голосом. — Мои доспехи должны быть готовы к этому дню.

— Вы в доспехах хотите встретиться с его величеством? — уточнил он с удивлением в голосе.

— Именно так, — я сел на кровати и растёр лицо.

— В таком случае у меня возникает дилемма, — Ярошинский вздохнул. — Дело в том, что ко мне прибыл некий тёмный с просьбой починить боевую броню из шкуры теневых монстров седьмого класса. А это потребует от меня некоторых усилий.

— Давайте ближе к делу, — попросил я его.

— Я не могу отодвинуть его заказ, — немного нервно сказал артефактор.

— Так, стоп, — я помотал головой и с удовольствием отметил, что она не болит. — Это Жнец что ли к вам пожаловал?

— Верно, — осторожно протянул Ярошинский. — Но как вы…

— Это я ему вас посоветовал, — пояснил я. — У него незначительные повреждения, насколько я помню. Займитесь моими доспехами, а Жнецу скажите, что это я сказал так поступить.

— Но позвольте… — начал было Савелий, но тут же замолчал. — Погодите, он здесь. Может быть, вы сами ему всё объясните?

— Да, конечно, передайте ему трубку, будьте так добры, — я встал и прошёл к окну. Сорванные мною шторы уже заменили на новые, а вид из окна радовал свежим ремонтом подъездной дороги.

— Феникс, — услышал я равнодушный голос Жнеца. — Слушаю тебя.

— Я попросил Ярошинского отложить ремонт твоих доспехов, — сказал я. — И я очень рад, что успел перехватить тебя до того, как ты отправишься в столицу.

— Что-то случилось? — спросил он без интереса.

— Да, его величество приказал мне явиться на собрание аристократов, что-то вроде общего совета, — проговорил я. — Хочу прийти на это собрание в боевой броне вместе с Феликсом Рейнеке, Волной и Борисом. И с тобой.

— Мне задержаться здесь? — уточнил он без единой эмоции. — Тогда я могу выполнить заказ Савелия Ярошинского вместо уплаты за ремонт моих доспехов.

— Да, задержись, собрание назначено через три дня, — я посмотрел на снежные хлопья, оседающие на землю. Когда я уходил с полигона, снега ещё не было. — Буду рад, если ты присоединишься к нашему отряду на время встречи с его величеством и собрания аристократов империи.

— Ты хочешь продемонстрировать силу, — голос Жнеца стал довольным.

— И ещё хочу рассказать, что в нас течёт древняя кровь, — добавил я. — Всё равно это секрет полишинеля, почти все знают, но делают вид, будто не знают.

— Хорошо, я буду ждать тебя в аэропорту Тюмени через три дня, — сказал Жнец. — И я не против, если моими доспехами займутся позже.

— Тогда до встречи, — я завершил разговор и усмехнулся.

Вот теперь демонстрация будет ещё нагляднее. Все уже знают, что я Вестник Тьмы. Но когда они поймут, что я и мой брат — Тишайшие с пробудившейся кровью, это сильно повлияет на отношение к нашему роду, да и вообще к тёмным.

Я отошёл от окна и размял плечи. После сна я чувствовал, что усталость отступила. Теперь мне хотелось поесть и размяться на полигоне.

Спустившись на первый этаж, я застал только бабушку, которая сидела на диване в гостиной и смотрела на пламя в камине.

— Не помню, когда мы в последний раз разжигали камин, — негромко сказал я, подходя ближе.

— Не так давно, — бабушка обернулась ко мне. — Когда ты сделал что-то в месте силы рода. Помнишь, тьма тогда окутала весь дом.

— Точно, — я кивнул и сел в кресло. Вероятно, бабушка говорит про слияние с Сердцем Феникса, после которого я стал гораздо сильнее. Только я не мог видеть камина, я себя-то не видел — слишком уж тяжело мне дался ритуал слияния.

— Ты решил вывести род из тени, — проговорила бабушка, вернув взгляд к камину.

— Занятное сравнение, учитывая, что мы — тёмные, — я улыбнулся. — Но да, именно это я и собираюсь сделать.

— А если мы не справимся, и Вестник окажется сильнее? — спросила она, сжав пальцы на подлокотнике.

— Мы справимся, но нам нужна поддержка других родов и его величества, — уверенно сказал я. — У меня есть знания из прошлой жизни и опыт. Пусть я ещё не достиг былой мощи, но уже сейчас я могу быть уверен в победе. Даже если цена за неё будет высокой.