— Стеша, а ты знаешь, я никогда не была за границей, — видимо, Элла ничего не придумала лучшего, как переключить внимание на себя.

— А почему? — дочь не замечает маневра девушки и вникает в разговор.

— У меня не было денег, — честно призналась девушка. — Я работала, чтобы хватало денег мне и бабушке с сестрой.

— А где папа с мамой? — Стеша полностью забыла про свою маму и переключилась на родителей Эллы, а мне тоже интересно послушать, какая была жизнь этой девушки до встречи со мной.

— Папа с мамой умерли, когда я с сестрой были маленькие, — говорит грустно девушка. — Нас воспитывала бабушка.

— И у бабушки тоже не было денег? — у ребенка стали такие большие глаза, что мне даже немного неловко от этого. Но, надеюсь, Элла поймет, что это детская непосредственная реакция. — Даже на черный день?

— Ну, я думаю, у бабушки отложено на черный день, но отсутствие поездки за границу — для нас это не черный день, — Элла рассмеялась словам ребенка. — Я летом собирала ягоды и грибы, чтобы сдать их и купить одежду и канцелярию в школу, а бабушкина пенсия уходила на продукты, дрова и текущие расходы.

— А пенсии какие-то вам платили, как сиротам? — я не удержался и сам спросил.

— Платили, но это сущие копейки, которые не хватит ни на что существенное, — покачала головой девушка. — Я помню, что сестре пришлось за зиму две курки купить, потому что она очень быстро решила расти.

— Простите, — стало как-то неловко от слов Эллы.

— Да вы-то за что прощения просите? — девушка удивилась. — Это не ваша вина, — Стеша прильнула к своей няне и обняла. Ребенку тоже хотелось поддержать девушку, и она знала только лишь один способ — тактильный. — Тогда-то я и решила, что обязательно найду работу, чтобы смогла и сестре с бабушкой помогать. Чтобы бабушке не приходилось все лето вечерами носки вязать, чтобы потом их на рынке продавать, а жить и отдыхать. А возможно, даже и путешествовать. Очень хочу отвезти их на курорт, чтобы они только лишь отдыхали и ничего не делали.

— Похвальные стремления, — одобрительно хмыкнул. Когда у человека благородные цели, пусть и невеликие, значит, толк из человека выйдет. И это не мои слова, это сказал мой учитель из университета.

— Ой, мы приехали! — обрадовалась девочка, заметив, что машина остановилась у торгового центра. — Папочка, ты пойдешь с нами?

Вижу, что девушка удивленно обомлела, поняв, что это именно тот торговый центр, в котором работала всего несколько дней назад

— Стешунь, я сейчас поеду по делам. А через часа три, скорее через четыре, вернусь за вами. Но с вами останется Влад, — и я кивнул на водителя, который по совместительству был еще и охранником.

— А твоя работа не подождет? — Стеша явно намеревалась покапризничать, надув губы.

— Стеша, а мы разве не хотели устроить девичник? — Элла сделала большие глаза.

— Но с нами же будет Влад, а он мальчик, — заметила дочь вполне резонно.

— А мы оставим его за дверью, а сами пойдем веселиться, — предложила Элла, и у ребенка загорелись глаза.

— Хорошо, — согласилась Стефания. — Папочка, только ты поскорее возвращайся за нами, — попросила дочь, и это было просто бальзамом мне на сердце.

Элла и Стефания

Ох, как же меня выбесила фраза про то, что с моим появлением появилось больше проблем. Это, между прочим, не я тут спектакли разыгрывала в попытке убедить бывшую, что у него все супер в личной жизни. Хотя, справедливости ради, там выводы сделали как раз таки те люди, кто и понятия не имел про спектакль. Они так подумали просто потому, что они так подумали. Что у человека на уме, то он и проецирует. Где-то читала, что люди как сосуд, чем он наполнен, то из него и выплескивается. И конкретно та женщина была наполнена явно чем-то не очень хорошим.

Мы вышли из машины и пошли к торговому центру, а я облегченно выдохнула. Водитель шел за нами словно тень, но мне все равно было не по себе. И понимаю же, что он не за мной следит, а просто контролирует, так сказать, нашу безопасность. Но все равно ощущение неприятное.

— Стеша, куда мы пойдем? — у меня на языке крутился вопрос о матери девочки, но такое спрашивать у ребенка — это верх бестактности. Я стану ничем не лучше тех садиковских сплетниц, если такое спрошу.

— Пойдет в развлекательный центр, в детскую комнату я не хочу, — предложила девочка, а я сообразила, что у меня нет с собой денег, и хотела было уже позвонить Степану Александровичу, но девочка показала мне карту и улыбнулась: — Папа дал, сказал отдать тебе, — и Стеша передала кусок пластика мне, а я стою и смотрю на карточку.

— А папа не сказал, сколько можно потратить? — чувство неловкости возрастает с геометрической прогрессией.

— Не сказал, — на лице у девочки появилось озадаченное выражение. — А давай ему позвоним?

— Да, наверное, нужно позвонить, — я словно ребенок, которого мама впервые отправила за покупками. Вроде и ничего сложного, но почему страшно сделать что-то не так.

— Степан Александрович сказал, что тратьте столько, сколько нужно, — прогремел голос водителя-охранника, и я даже вздрогнула.

— Спасибо, — получилось немного натянуто, и я убрала телефон в сумку. — Извините, — за что извинилась, я в тот момент не могла понять даже сама.

— Ничего, — ответил охранник и мне показалось, что у него промелькнули искорки смеха в глазах, и он явно сдерживал улыбку.

Такая реакция мужчины меня смутила, и я, как-то неловко кивнув ему, повернулась к Стеше.

— Итак? Куда мы идем? Веди меня, — я протянула ребенку руку, и мы отправились на самый верхний этаж, который полностью посвящен детскому развлечению. Здесь были игровые аппараты, зоны для активных игр, столы для магнитного хоккея и многое другое. Я фотографировала ребенка и сама с удовольствием с ней веселилась. После того как я уже не чувствовала ног, мы сели в кафе обедать. На мои попытки накормить Стешу чем-то полезным, она посмотрела на меня как на дуру.

— Ну ты чего? Папа же не узнает, — заговорщически хихикнула девочка.

— А ты думаешь, он подумает, что мы в этом кафе суп купили и пюре с котлеткой? — я показала на знаменитый кафетерий, специализирующийся на бургерах и картошке фри.

— Ты права, — задумалась на мгновение девочка. — О, я придумала! — и Стеша выставила палец вверх. — Мы купим там обед для дяди Влада.

— И ты хочешь, чтобы на вопрос «Кто кушал бургеры и пил колу?» я сказала, что это дядя Влад? — я, усмехнувшись, смотрела на хитрюгу.

— Ну да, — утвердительно кивнула девочка.

— Ты же знаешь, что врать нехорошо? — я строго смотрю на девочку. Охранник Влад сел за соседним столиком и зорко смотрит по сторонам. Но я то и дело встречала на себе его взгляд, и от этого становилось немного не по себе.

— Знаю, — кивает девочка, — но это же не совсем ложь, — выкручивается ребенок. — Мама говорит, что если сказать не всю правду, то почти и не соврала.

Ну, чисто технически ее мама, конечно, права, но это странно — такому учить ребенка. И, заметив мой удивленный взгляд, Стеша надулась.

— Давай сделаем так, — на последней фразе решила не делать акцент, — мы купим дяде Владу и бургер, и колу, и даже картошку фри с сырным соусом, но сами покушаем вон в том кафе. А завтра дома сами сделаем и бургер, и картошку фри, а вместо колы приготовим домашний лимонад. Договорились?

— А что, бургеры можно самим дома сделать? — я думала, что ребенок сейчас глаза потеряет от удивления.

— Конечно, можно, — я рассмеялась, и Стеша улыбнулась в ответ на мой смех. Вроде разрядили обстановку, уже хорошо. — Мы и пиццу можем дома приготовить. Ты когда0нибудь пробовала домашнюю пиццу?

— Нет, — и ребенок посмотрел на меня с таким восхищением, что я даже немного приосанилась. Это, оказывается, приятно, когда тобой восхищаются. И пусть это всего пятилетка, но чувствуешь себя чуть ли не супергероем.

Мы купили относительно полезную еду в соседнем кафе. Владу, как и обещали, принесли целый поднос из того самого кафе с бургерами. Но девочка не выказала никакого недовольства, что даже не попробует ничего из довольно вредной пищи. Она ждала завтрашнего дня и домашних бургеров с картошкой фри и лимонадом. А значит, надо будет после шопинга зайти в супермаркет и закупить все, что нам завтра может понадобиться. И лимонов для лимонада. Надеюсь, Елизавета Семеновна не будет возражать, что мы будем хозяйничать на ее кухне. Ничего так не сближает, как совместное приготовление всяких вкусняшек. Я так всегда мирилась с сестрой, если мы накануне повздорили. Кстати, насчет сестры… что-то я давно не звонила бабушке и Сашке. Как там у них дела?