Заклинания с особыми механиками. «Банка с кровью» создавала в руке небольшую баночку, до краёв наполненную кровью, которую можно было швырнуть себе под ноги или в союзников и излечить их. Создание кровавой арены, внутри которой союзники получали бонус к урону, а противники, напротив, его теряли и получали разные дебафы. Система «двух стилей», противоположных друг другу. По желанию можно было включить стиль «Кровавой ярости», требующий не реже, чем раз в десять секунд получать урон, вознаграждая за это щедрыми бафами. Стиль «Чистой крови» требовал обратного — не получать никакого урона, награждая таким же усилением. В теории каждый стиль подходил под свою ситуацию и своего босса, который либо постоянно гадил частым атаками по площади, либо же был более традиционным и фокусировался только на танке и механика.

Возможность вытянуть из павшего врага кровь и создать из него кровавый клон. Сила, позволяющая на расстоянии сжать сердце противника, вызвав внутреннее кровотечение и парализовав его на несколько секунд. Умение с возможностью на минуту проклясть солнце или луну, с разным эффектом в разное время суток. Всё это нужно было не просто выучить, а держать в голове и научиться использовать в правильное мгновение битвы.

Также на новые навыки не распространялось традиционное развитие через очки талантов и улучшение у специальных НИПов. Единственный способ сделать способность чуть сильнее — это боевая практика. За каждое использование умения в боевом режиме росла полоска опыта у отдельного навыка. Опыт бывалого игрока сразу нашёл пару способов обхитрить эту систему, но на манекене навыки качались крайне медленно. На более высоких уровнях навыки обрастали интересными особенностями. Многие заклинания не доросли и до половины от максимальных уровней, и пока владение новыми навыками было далеко от совершенства, но даже так важны были тренировки и обучение новым полезным связкам. Манекен вновь одновременно пронзили нескольких кровавых копий и хлыст, но в этот раз всё получилось хуже, чем в прошлой попытке — задержка была на порядок выше, и даже визуально было заметно, что два умения поразили цель в разнобой.

Среди новых способностей был интересный баф под названием «Кровавые кости». Любой идущий после него навык обязательно был с эффектом крита, будь то атака или лечение, но следующий за ним терял силу на пятьдесят процентов и критом быть не мог ни при каких раскладах. Целители редко критовали, поэтому применение этого бафа виделось таким: либо использование для резкого критического отхила, либо же для сильного урона. В случае с атакующим заклинанием вместо одного удачного крита можно было сделать сразу два благодаря такой фишке, как «склейка». Одна из сложнейших механик игры, по которой система могла распространить эффект одного удара на несколько, если они одновременно поразили цель, в узенькое по времени окно. То, как копья поражали цель, позволяло вставить ещё одно мощное атакующее умение, и синхронно поразить цель сразу двумя навыками, вот только за полтора часа в такой тайминг удалось попасть единожды. Стабильность ужасная, и в серьёзном бою на такую фишку рассчитывать глупо.

«Всё равно надо учиться», — упрямо подумал Вилл. За прошедшие две недели прибавилось случаев убийств как со стороны странных ПКшников, так и от таинственного Кровавого целителя, от рук которого, предположительно, в реал отправилось ещё с двадцать человек. Пока что на Край мира они не добрались, но новыми силами нужно овладеть поскорее. Если сравнивать двух целителей, старого Вилла и Вилла перерождённого, за счёт большего опыта первая версия была сильнее, пусть на бумаге она обладала набором более слабых способностей.

— Кровавые кости! Кровавые копья! Раз…два…Кровавый хлыст!

Слово «Кровавые» было во многих заклинаниях, и за две недели оно успело сильно надоесть. Намного проще проговаривать «Кости», «Копья» и «Хлыст», но игра была здесь очень строга и требовала произносить заклинание полностью. Магическая энергия вспыхнула три раза. В первой вспышке вокруг аватара материализовались быстро закручивающиеся кровавые кубики. Сперва на всех кубиках выпала единица, но затем они перевернулись к шестёрке. После второй вспышки кровавой энергии в воздухе зависли созданные из собственной крови копья, наконечники которых сочились тёмно-красными каплями. Хлыст же словно стал продолжением голубой руки, перетекающей в кровавое нечто. Вилл завороженно следил за двумя синхронными атаками. Кровавые копья рванулись вперёд, пробивая манекен, а хлыст, пульсируя зловещей магией, обвил цель. В этот раз поздравлений об успешном критическом уроне было два.

— Неплохо колдуешь, Кровавый целитель. Эффектно.

Вилл вздрогнул и резко обернулся. Голос был незнакомым, вот только из незнакомцев забраться так далеко никто не мог. В одном из нескольких кресел рядом с круглым столиком, на котором остался журнал Брэйва, раскрытый на странице с анализом топового рыцарского снаряжения, сидел незнакомец. Его бесстрастные серые глаза были лишены всяких эмоций и огня, словно он был олицетворением нерушимого спокойства и хладнокровия. Голова его была почти полностью обрита, но не до такой степени, как у Кромора, Сильные руки небрежно лежали на подлокотниках, словно разбойник спокойно себе отдыхал у себя на даче.

— Ты кто такой? Как меня нашёл? И что тебе нужно? Отвечай, — Вилл направил посох в сторону неизвестного разбойника. Парень даже не дёрнулся, как не потянулся к закреплённым на поясе зачарованным кинжалам.

— Меня зовут Альт. Я один из офицеров Гига. Нашли тебя случайно, поймав на ошибке твоего седого друга, что вчера проявил меньшую предусмотрительность, чем обычно. Так мы отследили твоё логово.

Удивительно подробное объяснение не успокоило.

— И зачем ты пожаловал, Альт? Уж точно не посмотреть на мои навыки.

— Ну почему же. Зрелище занятное. Вот значит какое оно, Перерождение.

Вилл разочарованно вздохнул. Плашку о Перерождении видели все. Раз её увидел Альт, то вскоре все по цепочке узнают, что Кровавый целитель действительно стал им, в полном смысле этого слова.

— Но привела меня другая цель.

— Какая?

— Гига хочет переговорить с тобой.

Вилл хмуро посмотрел на разбойника, равнодушию которого позавидовал бы и камень.

— Что ему нужно?

— Он приглашает тебя в королевский дворец Северных земель. Там всё и узнаёшь.

— А если я откажусь?

— Да пожалуйста. Обещаю, что никто не узнает о твоём убежище, как и Гига не придёт к тебе со своим воинством.

— Но?.. — спросил Вилл, чувствуя недосказанность.

— Но у Гига есть нежелательная для тебя информация, и в случае отказа Гига может воспользоваться ей по своему усмотрению.

— Что за информация?

Тень лёгкой улыбки промелькнула на спокойном лице Альта.

— Встретишься — и узнаешь.

Сигил стоял в центре просторных покоев, но окружающее великолепие было скрыто от глаз. Таинство отсекло всё лишнее, и все формы и структуры исчезли, оставив лишь пустоту. Её расчертила почти незаметная нить, тоньше человеческого волоса. Сигил очистил свой разум и подобно ловкому акробату балансировал на тонком волосе, и для этого требовалось всё магическое мастерство. Каждое движение мысли было выверенным и обдуманным, и всё существо стремилось к желаемому результату. Малейшая ошибка, малейший сбой в концентрации приведёт к падению в бездну. Оно было не простым падением в пустоту, а вечным дрейфом в ней, состоянием вечной потерянности, в котором незадачливый Разрушитель печатей существовал бы вне времени и пространства.

В оторванном от реальности месте не существовало почти ничего, даже собственного дыхания. Хрупкое равновесие на нити расшатывалось всё сильнее. С каждым беззвучным произнесением нового заклинания окружающая пустота, казалось, зловеще пульсировала, всё ближе протягивая невидимые щупальца Нить, что одновременно скользила под ногами и простиралась над головой, слабо светилась и была тонкой полоской света в бесконечной тьме. Едва цепочка неслышимых заклинаний достигла своего апогея, как сама пустота содрогнулась. Тонкая нить расширилась, и в этот миг невидимая сила выбросила по волосу в реальный мир.