— Тридцать третий?

Баакарт покрепче сжал рукоять меча. Оставался только один выход — прорываться с боем, используя Соджеро одновременно как щит и как отвлекающий манёвр. Рискованно, но других вариантов попросту не было. Губы уже были готовы вымолвить заклинание, которое благодаря особенности шлема можно было делать беззвучным для остальных, но голос Мастера неожиданно изменился. По спине прокатилась ещё одна холодная волна, на этот раз волна жуткого страха. В голосе Мастера впервые были иные нотки — насмешливые, почти ехидные, из-за чего его голос звучал совсем по-другому.

— В чём дело, тридцать третий? Не можешь атаковать другого Призванного?

Вопрос был подобен удару под дых. Мастер резко взмахнул рукой, отдавая кому-то приказ. Стоящий позади Соджеро рыцарь бесшумно пронзил парня насквозь. Ещё несколько быстрых и точных ударов пробили его грудь и живот, заставив сперва осесть на колени, а после упасть лицом в окровавленный пол. В этот же миг всё тело пронзила острая, нестерпимая боль. Клинок глубоко вошёл в спину, обжигая внутренности ледяным пламенем. Мир вокруг начал плыть. Сквозь выкрик боли Баакарт попытался произнести хоть какое-то заклинание, но всё было тщетно. Тело накрыло безумная слабость, Баакарт упал на колени рядом с убитым Соджеро. В последние мгновения перед смертью Баакарт смотрел, как мёртвого главу «Крыльев свободы» аккуратно переворачивают на спину и отрезают у него палец с кольцом-печаткой. Кольцо с окровавленными скрещенными крыльями заняло своё место на столе, залитого призрачным лунным светом.

Ошибка. Такого персонажа не существует.

— Ничего не понимаю…

Вилл набрал в строке получателя письма ник «Форестор».

Ошибка. Такого персонажа не существует.

Целый час ушёл на попытки связаться с Соджеро, но каждый раз Система выдавала ошибку. Такая же ошибка всплывала и при попытке связаться с кем-либо из Совета. В распоряжении был специальный буклет с краткой информацией по Совету — какие в нём были гильдии, и кто этими гильдиями руководил. Вилл рассылал письмо всем, но ни до кого не получилось достучаться. Единственный, кто получил проверочное письмо, был Эфклин, и всё это сильно настораживало.

Не успел Вилл закрыть почтовый интерфейс, как дверь в подвальную комнату открылась. Етти переодела обычную целительскую мантию на привычное одеяние малиновых оттенков, а лёгкий синяк, полученный в недавней битве, исчез.

— Вилл! Целитель очнулся!

— Он что-то сказал? — Вилл спешно последовал за девушкой.

— Нет. Не знаю. Он очнулся, и я с-сразу бросилась наверх.

Короткая скрипучая лестница вывела в подвальное помещение, которое представляло собой крошечную комнату, скромно обустроенную под землёй. Никакого естественного света в комнате без окон не было, и лишь две тусклые лампы не давали помещению погрузиться во тьму. Кровать, стол да пара деревянных стульев — вот всё, что было внутри. На одном из стульев сидел Дезгато, сосредоточенно рассматривающий Целителя и бросивший на них лишь косой взгляд.

— Всё нормально? — спросил Вилл у Дезгато. Тот лишь коротко кивнул в ответ.

Вилл шагнул ближе к кровати, приглядываясь к сидящему на ней Кровавому целителю. Тот, ссутулившись, держался за голову и, казалось, не обращал на них внимания. Наконец, он медленно убрал руки от лица и, морщась от боли, оглядел их троих.

— Привет, — поздоровался Вилл.

— Как себя чувствуете? М-может, воды? — с заботой спросила Етти.

Кровавый целитель не ответил, продолжая бегло осматривать их. Его глаза почти избавились от кровавого оттенка, хотя радужка всё ещё сохраняла светло-красный цвет.

— Кто вы такие? — хрипло спросил он. — Я чувствую свет вашей Искры, но она…иная. Не из этого мира.

— Мы — Призванные, которые попали в этот мир больше года назад. Тебе это о чём-то говорит?

Целитель медленно покачал головой, продолжая осматривать их внимательным, цепким взглядом, который прожигал насквозь.

— Вы трое облачены в красное, но лишь от тебя исходит подлинная Искра Кровавого целителя.

Он внимательно оглядел свою разодранную кровавую мантию, затем поднял взгляд, и целую минуту переводил его с одного кровавого одеяния на другое.

— Двое Кровавых целителей, сосуществующих в одном временном отрезке…как такое возможно…Что же касается Призванных…боюсь, я ничего не знаю о вас и не помню.

Вилл подошёл поближе к кровати и присел на колено.

— А что ты вообще помнишь? Какое твоё последнее воспоминание?

— Помнишь, как хотел меня убить? Или как поднятый тобой кровавый скелет оставил мне вот такой подарок? — Дезгато распахнул красный халат, показывая оставшуюся с утра рану. В отличие от ссадины Етти, эта рана не зажила, да и сравнивать их было нельзя. Воспалённые края, блестящие от засохшей крови, окаймляли глубокий рубец, идущий от груди к животу.

Лицо целителя побледнело, и глаза широко раскрылись от ужаса.

— Я…хотел убить?.. — испуганные глаза блуждали по ране, а голос наполнился горечью. — Поднятый мой костяной воин? Что же я ещё мог натворить…

— Оставим пока это в стороне, — Вилл взглядом попросил Дезгато не бежать впереди паровоза. — Что последнее ты запомнил?

Целитель на несколько мгновений прикрыл глаза, его дыхание участилось, и вдруг его тело задрожало.

— Эй, всё в порядке? — встревоженно спросил Вилл.

— Я до сих пор ощущаю привкус той горечи. Я отравил Деревню Серебряного Рассвета, пытаясь спасти мир от страшного проклятья, и погубил сотни невинных ради общего блага. Ведомый долгом, я поплатился за свой выбор. Меня схватили, оставили томиться без пищи и воды в долгих мучениях, и когда я совсем ослаб, то вытащили на площадь, и…они вырвали заживо мою душу, оторвав её от умирающего тела…

— Погоди…ты…как же он говорил…Аргеннар?

Целитель поднял встревоженный взгляд на Вилла.

— Откуда моё имя знакомо тебе?

— Я знал твоего праправнука, — медленно проговорил Вилл. — Его звали Хэйлегур. Он рассказывал мне о тебе. Он хотел пойти по твоим стопам и стать Кровавым целителем, но в конце концов понял, что этот путь не для него.

Целитель долго молчал, затем тихо произнёс:

— Мой праправнук… это же сколько лет прошло… Где же он? Какое место занял в этом мире?

— Он…мёртв. Пожертвовал собой ради спасения мира. Он был целителем Десятки.

— Вот оно как… — ответил целитель с тихой грустью.

В комнате повисло тяжёлое молчание.

— Видимо, с твоей душой что-то сделали после Расщепления. Она каким-то образом вселилась в тело одного парня, такого же Призванного, как и мы.

— Кэхил… — вымолвил Аргеннар.

— Ты знаешь его?

Целитель не ответил, но его тело содрогнулось от нового приступа безумия. Етти поспешила подать ему воды, и Аргеннар жадно глотал её, пытаясь успокоиться.

— После Расщепления…была только тьма, — едва слышно продолжил он. — Бесконечная тьма. Моё сознание…заточили в сосуд. Я помню…седовласого волшебника с обожжённой бородой…он что-то шептал, говорил, кричал…Боль, тьма, страдания…И я вырвался на свободу. Летел вперёд, очень долго летел…и меня притянула израненная душа…Чья боль была намного сильнее моей…Он бил себя по лицу…Царапал стены…Кричал…Кричал её имя…Ланвиа…Ланвиа…Ланвиа…

Тело целителя снова бросило в сильную дрожь.

— Всё, не надо, — Вилл мягко опустил руку на окровавленное от мантии плечо. — А помнишь, что было дальше? Наш бой, например?

Целитель медленно покачал головой, странствуя в болезненных воспоминаниях.

— Нет… снова тьма. И…вспышка безумия. Вызванная не магией, а словами.

Вилл прищурился. Видимо, догадка оказалась верна, и вырвавшимися против воли словами получилось случайно задеть некие триггерные точки, которые вызвали безумный всплеск.

— Ладно, отдыхай, — Вилл кивнул Етти и Дезгато, давая знак выйти из комнаты. — Мы оставим на столе магический колокольчик. Если что-то понадобится, просто позвони, и мы услышим в любой…