В прошлых битвах Кровавый целитель, по рассказам тех немногих, кому удалось выжить, доминировал в воздухе и без труда расправлялся с игроками. Но теперь всё изменилось. Вилл порхал над полем битвы, без остановки переключая системный прицел между четырьмя фигурами. Из рук Кровавого целителя вырвался разрушительный кровавый луч, но Брэйв, при поддержке Кромора, храбро принял его на щит. Защитные кристаллы на щите вспыхнули, поглощая большую часть урона, и лишь крохи урона смогли пробиться сквозь крепкую защиту рыцаря. Когда-то у одного из лидеров топовой гильдии спросили, почему, несмотря на полную доминацию на игровой карте, он требует от своих согильдийцев собранности и никогда не позволяет расслабиться, требуя, чтобы на любое ГВГ все приходили минимум за час. Он ответил коротко: «переоценённый враг оставит лишь раны, а недооценённый уничтожит тебя». Вилл заложил крутой вираж, и мягкая кровавая магия окутала Кромора, восстанавливая ему более половины здоровья. Невольно они последовали этому правилу, либо слишком переоценив Кровавого целителя, либо недооценив свои силы. Во время короткой битвы в воздухе ребята на земле не теряли ни секунды. Они влили в себя десяток зелий, усилив урон и защиту, и обмазались лучшими бафами, которые только можно было найти в этой игре. Один только «Эликсир нерушимой защиты», который понижал любой урон, за исключением урона от игроков, стоил под четыре тысячи за штуку. Ранее Кровавый целитель нападал на сильных ребят из вершины ПВЕ-рейтинга, но в это морозное утро он оказался в клетке с настоящими монстрами. Брэйв атаковал мощно и решительно, искусно переключаясь между разрушительными выпадами и крепкой защитой. Его снаряжение было близко к идеальному, за счёт чего у него было в два с лишним раза больше здоровья, чем у обычного рыцаря максимального уровня. Намтик на мгновение возник за спиной Кровавого целителя и исчез в невидимости ещё до того, как его катана прорезала ткань кровавой мантии. Перед битвой самурай специально набрал побольше жира, отойдя от привычного билда через взрывной урон. Катана с десятикратным шансом на урон полностью переворачивала билдостроение в рамках его класса, и остальные разбойники не могли настолько сильно разогнать здоровье без ущерба урону. Кромор вскинул руку, и перед ним в воздухе вспыхнули чёрные руны. Мгновение спустя они устремились к Кровавому целителю, впечатываясь в его руки, ноги, живот и всё тело. Кэхил слегка отшатнулся, а Кромор моментально окружил себя толстым слоем хаотической энергии, укрывшей от ответного кровавого выплеска. Кромор был единственным в четвёрке, чья роль в битве была менее активной. Классовая особенность колдуна в виде множества проклятий и воздействующих на разум заклинаний оказалась бесполезной, поскольку Кровавый целитель был защищён от прямых точечных воздействий. Массовые заклинания работали, но это всё равно снижало боевой потенциал колдуна. Вызывать Костика было нельзя — велик риск, что Кэхил сметёт его за один удар и поднимет костяного воина. Кромор, понимая всё это, растворился в группе и адаптируясь под любую задачу: то усиливая урон, то создавая защитные барьеры, то накладывая временные полезные бафы. Кровавый целитель взял своей главной целью тонкого колдуна, но именно за счёт этого его шкала кровавых зарядов постепенно истощалась. Окружённый кровавыми вихрями и защитными заклинаниями, Кэхил сражался отчаянно, взмахивая крыльями в безуспешных попытках взлететь и испуская волны кровавой энергии. Кровь пропитала поле битвы: она заливала вмятины от шагов, стекала в глубокие трещины и образовывала багровые лужи, и на их поверхности отражались хаотичные удары и взрывы.
«Отлично, уже двадцать четыре процента», — неожиданно отметил Вилл, увлечённый непростой битвой. Две пары кровавых нитей впились в тело Брэйва: одни высасывали из него здоровье, а другие, напротив, восстанавливали его. С другой стороны, целых двадцать четыре процента на провал. Это много. Яркая багровая вспышка разорвала воздух, а следом поляну накрыл ослепительный белоснежный свет — Брэйв среагировал вовремя, окружив всех массовой неуязвимостью. Ещё немного. Кровавый целитель немного восполнил себе немного шкалу, но слаженный напор выбивал из него одно заклинание за другим, заставляя таять восстановленные крохи. Пора.
— Етти! Дезгато! Сюда! — заорал Вилл.
В хаосе битвы даже не было понятно, где именно прятались товарищи — восприятие реальности исказилось, и всё вокруг превратилось в одно кровавое пятно. Наконец Вилл заметил, как к ним бегут три фигуры. Етти и Дезгато сменили кроваво-красные мантии на обычную экипировку. В пылу сражения было бы слишком сложно различать сразу три цели в красном, и мозгу проще сосредоточиться на одном таком противнике, как и другим ребятам было бы легче переключаться между двумя целями, а не четырьмя. Ребята вели Пулчара, но держался на ногах он плохо: то и дело спотыкался, шаги его были неуверенными, а Дезгато приходилось то и дело направлять его в нужную сторону и поддерживать, чтобы тот не упал. В какое-то мгновение Пулчар вообще потерял равновесие — его ноги подкосились, и он рухнул прямо в багровую лужу. Кровь окрасила покрытые древней ржавчиной доспехи в жуткий багровый цвет.
— Кровавая броня! — заорал Вилл, и вокруг Кромора, от которого не хотел отставать Кэхил, сформировались сотканные из крови доспехи. — Дезгато, чего вы мешкаетесь?
— Да Пулчар долго в этой хреновине уже! Ориентацию теряет, неудобно же жуть! Ещё не видит ничего!
Вилл бросил быстрый взгляд через плечо, следя за тем, как Дезгато и Етти помогали Пулчару подняться. Кровавый целитель заметил их возню и, улучив момент, вновь попытался взлететь, однако Намтик и Брэйв сработали быстро и слаженно. Сперва Намтик стремительно вынырнул из тени, отправив целителя в стан, а Брэйв выждал вторую попытку и сразу пресёк её. Кровавая шкала опустилась до пятнадцати процентов, и восполнить её в ближайшие пару минут будет попросту нечем.
— Живее, ну! — Вилл торопил ребят.
Если не начать ритуал в ближайшую минуту, все удачные тайминги, за которые они так цеплялись, просто рухнут. Вилл сел на колени, сделал глубокий вдох и вымолвил первые слова заклинания, и голос прозвучал в шуме битвы, как странная нежная гармония посреди бушующего хаоса. С едва слышным, мелодичным звуком в воздухе возник магический камень, прозрачный, как горный хрусталь, внутри которого переливалась мягкая дымка. Душа. Камень мягко опустился на окровавленную землю недалеко от левого колена. За спиной с приглушённым звуком материализовался второй камень. Обычно там появлялся камень Тела. И, наконец, справа появился третий камень, сверкающий необычайной голубизной, словно выточенный из удивительного, чарующего минерала. Это был камень Искры.
Дезгато и Етти тут же включились в бой. Они заняли позиции по бокам, их руки взмыли в воздух, формируя исцеляющие заклинания. Мягкий зелёный свет окутывал раненых ребят, восстанавливая их силы. В это время Кровавый целитель резко дёрнулся, пытаясь вновь вырваться и улететь, но Брэйв и Намтик своё дело знали. После выпада Намтика шкала здоровья целителя опасно просела до десяти процентов. Брэйв уже замахнулся своим мечом, собираясь пронзить Кэхила насквозь, но в последний момент, словно опасаясь, что случайным критом добьёт целителя, резко отвёл руку в сторону, и клинок скользнул в опасной близости от живота. Кровавый целитель метнул пристальный взгляд на Брэйва, затем его взгляд скользнул к Пулчару. Он стоял на коленях немного в стороне, и вокруг него начали формироваться такие же камни, связанные между собой едва заметными магическими нитями.
«Чёрт, почему он замер?» — по спине пробежал неприятный холодок. Вилл продолжал шептать слова ритуала, словно мантру, и перед глазами начал формироваться новый магический луч, соединяющий с Пулчаром — тем, кто должен стать связующим звеном в ритуале. Луч мерцал багровым светом, словно раскалённый металл, который только что вынули из кузнечной печи.
Намтик, видя, что у Кровавого целителя осталось совсем немного здоровья, ослабил свой яростный напор. Он слегка отступил в сторону, делая вид, что смазывает своё оружие и готовится к новой атаке, но выглядело это слишком наигранно, как спектакль дешёвого актёра. Кровавый целитель поднял руки, и с неба обрушился густой ливень. Кровавые капли падали на землю с глухим стуком, собираясь в ещё больше тёмных луж. Следующее действие вовсе выходило за рамки логики и здравого смысла. Целитель начал разбрасывать заклинания хаотично, словно обезумевший маг, и уклониться от них было нельзя. Металлический привкус крови смешался с крошками земли, взметнувшимися в воздух и попавшими в рот. Начала формироваться третья группа камней. Они должны были окружить саму цель ритуала, но в этот раз тот, кто накладывал его, и был самой целью, поэтому три новых камня сформировались рядом с уже появившимися, на тех же позициях, и внешне они были практически неотличимы друг от друга. Как только сформировался третий камень Искры, путь назад исчез. Остановить ритуал по своей воле было невозможно, а всё тело начал сковывать паралич, настолько, что даже губы не разомкнуть.
