Вилл опустил взгляд на левую руку, почти целиком скрытую под кроваво-красной мантией. Капли сочившейся крови падали на пол, но сразу исчезали, не оставляя следа.

— Ритуал, который провела Десятка? — первым ответил Дезгато.

— Именно. А если точнее — Ритуал безумной одержимости.

— По крайней мере, он так называется в записях, которые Альянс обнаружил в Храме, — произнёс Кромор. — Ребята рассказывали, что там всё могло вспыхнуть в любой миг, поскольку каждая из сторон хотела утащить побольше чего ценного. Я же, как лоровед Альянса, получил доступ к этим записям.

— Сомневаюсь, что в записях есть информация, которая поможет нам завершить игру. Но она оказалась бесценной для планирования операции по захвату Кровавого целителя. «Ритуал безумной одержимости» можно провести как на нематериальном предмете, — Вилл постучал по столу голубой рукой, — так и на живом человеке, как это сделал королевский волшебник нашей «любимой» королевы. Из того, что Соджеро расшифровал, стало ясно: изначально волшебник желал взять Кровавого целителя под полный контроль, но либо что-то пошло не так, либо это попросту невозможно, и волшебник решил рискнуть, но у него ничего не вышло. А ещё, вместо того чтобы проснуться по воле волшебника или королевы, Кровавый целитель должен был пробудиться в час «ИКС», когда угроза для НИПов перейдёт критическую черту. Проще говоря, Кровавый целитель — это спящий босс, который пробудился, когда количество убитых, одновременно или за временной промежуток, перевалило за некое число. Я убил несколько тысяч. Видимо, этого оказалось более чем достаточно, — сдавленно закончил Вилл.

Образы жестоких убийств мелькали перед глазами, как сцены, намертво отпечатавшиеся в памяти. Время не ослабило их остроту

— Но на этом проблемы, как наши, так и Трелорин и её волшебника, не закончились. Когда Кровавый целитель пробудился, он просто начал бесконтрольно летать по карте. В записях волшебника не было ни описания внешности Кэхила, ни объяснений, почему этот целитель убивает высокоуровневых игроков из топа ПВЕ-рейтинга. Можно только догадываться: возможно, он убивает тех, кто теоретически может нанести больший вред НИПам, хотя, по такой логике, он должен охотиться на топовых ПВП-игроков, вроде лучника Кузя, победителя ПВП-турнира.

— А может, в этом и есть логика? Ведь в широком смысле «ПВЕ» — это не только «игрок против мобов» или «боссов», а «игрок против окружения», частью которого являются НИПы, — тихо предположил Намтик. — Поэтому и тот, кто в этом рейтинге на высоких позициях, и представляет большую угрозу…

— Да кто его знает…может, и так, — Вилл неопределённо пожал плечами.

В комнате воцарилась тишина. Пламя свечей, расставленных по углам, потрескивало, отбрасывая на стены тусклые, дрожащие тени. Все задумались, переваривая услышанное.

— Если всё действительно так, — медленно произнёс Пулчар, — то мы не только узнали, где искать Кровавого целителя, но и откуда он появился. Но как нам его остановить? Или я забегаю вперёд, и это следующая часть рассказа?

— Письмо Соджеро стало хорошей основой, а с помощью дополнительных сведений от Кромора мы сложили всё воедино. Ритуал движет Кровавым целителем, но у могущественной магии есть свои тонкости. Его нельзя отменить. Ритуал безумной одержимости будет действовать, пока все его цели живы. Когда руки из зачарованного посоха убили всех на стадионе, некоторые вылетели за его пределы и растерзали тех, кто по каким-то причинам на праздник не пришёл. Они выследили всех, без исключения.

— Я видел это, — мрачно отозвался Дезгато. — Одна из рук ворвалась в дом на окраине Товира, и вскоре оттуда донеслись жуткие крики. Потом окровавленная рука вылетела и устремилась куда-то на север.

В голове снова вспыхнули жуткие образы: окровавленные руки, одна за другой, влетали в грудь, терзая как плоть, так и душу.

— Но т-тогда ритуал остановится л-лишь когда умрут все игроки, п-правильно? — дрожащим голосом спросила Етти. — И к-как нам это поможет?

— Кажется, я понимаю, к чему ведёт Вилл, — пробасил Пулчар. — Если ритуал нельзя отменить, можно ли его заменить? Скажем, схватить нашего неигрового коллегу и применить к нему новый ритуал?

— Тепло, очень тепло, но ещё не горячо.

С приглушённым шелестом Кромор извлёк из воздуха длинный свиток, который раскатился у его ног.

— Существа, на которых наложен ритуал, защищены от прямого магического воздействия, так или иначе влияющего на разум, — зачитал колдун.

— И это очень важное замечание, поскольку оно означает, что не сработают даже заклинания страха и другие эффекты, «влияющие на разум», — развил мысль Вилл. — Но главное — мы не сможем наложить новый ритуал, пока активен старый. Однако, есть лазейка. Они защищены от прямого магического воздействия. Именно прямого. Если перевести на игру, то точечные заклинания не сработают, однако все другие вариации…

Вилл слегка взмахнул правой рукой, призывая Кромора и Брэйва.

— Да что ты ко мне пристал этим вечером, дай отдохнуть немного…

— Не ворчи, дед седовласый. А вы, ребята, — Вилл повернулся к Кровавым целителям и Намтику, — следите внимательно.

Вилл быстрым движением создал групповой бой, отправив себя в одну команду, а Брэйва и Кромора в другую. Через несколько секунд яркие системные цифры уведомили о начале сражения.

— Магическое самосожжение! Магическое самосожжение! — повторял Кромор.

Вокруг колдуна закрутились спирали чистой энергии, от которых воздух начал потрескивать, как пламя в костре. Магия поглощала его магическую энергию, сжигая её яркими всполохами огненно-голубых искр, вырывающихся из груди и осыпающихся на пол. Каждая капля энергии, вырванная магией, усиливала его боевой потенциал, но сейчас их больше интересовал сам процесс самосожженияя.

— Кровавая связь! — уверенно прокричал Вилл, когда шкала магической энергии Кромора практически опустела.

Из ладони вытекли капли густой крови, превращаясь в тонкие багровые нити. Они обвились вокруг талии Кромора, и сразу же в строке статус-эффектов появилась новая иконка, уведомляющая о том, что два аватара теперь связаны.

— Брэйв, давай.

Под ноги полетела оглушающая пластинка, которая взорвалась при соприкосновении с кровавым ботинком. В одно мгновение всё тело сковало, словно оно превратилось в камень — нельзя было пошевелить даже пальцем. Хоть пластинка и работала точечно, она парализовала и Кромора, погрузив его в то же окаменевшее состояние.

— Уловили идею? — спросил Вилл, как только телу вернулся контроль. — «Кровавая связь» связывает меня с другой целью, передавая ей абсолютно любые эффекты и статусы. Положительные, негативные — любые.

В комнате снова воцарилось молчание. Вилл почти физически ощущал, как у всех в голове раскручиваются шестерёнки размышлений.

— То есть Вы, Вилл, хотите связать себя и нашу цель этим заклинанием, а потом провести ритуал на себе? — медленно произнёс Пулчар, осмысливая каждое слово.

— Да, это уже горячо.

— А п-получится ли? — спросила Етти.

— Причём её вопрос, думаю, связан не сколько с возможностью подобного в рамках игровой механики, а с тем, сможем ли мы провести ритуал прямо посреди битвы? — дополнил Дезгато.

— Д-да, я п-про это.

— Естественно, пока мы вас ждали, мы втроём продумали все варианты и потенциальные проблемы. Ритуал проводили уже как минимум дважды, так что это часть игровой механики, и чем больше мы распутывали этот клубок, тем больше нас пугали открытия. Сейчас у игрока есть три основных инструмента воздействия на цель. Скиллы, свои или на шмотках. Механическое воздействие, вроде толчка или пинка. И расходники. Существование «Ритуала безумной одержимости» приоткрывает четвёртую дверь, и кто знает, какие ужасы и возможности скрыты за ней. Естественно, воздействие на НИПа и игрока разное. Если провести ритуал на игроке, то его безумие продлится ровно три минуты, и к конкретной цели или группе целей оно не привяжется. Игрок будет выть, плакать, крушить, кричать, орать, но не станет бегать по карте в поисках целей с нужной Искрой.