— Кирилл приходил. Хочет вернуться.

Молчание.

— И что ты решила? — его голос был напряжённым.

— Отказала, конечно. Но дети… они были такими жёсткими с ним.

— Они защищают тебя. И себя. Это нормально.

— Николай, я… — я замялась. — Можно мне завтра взять выходной? Нужно прийти в себя.

— Конечно. Хочешь, я приеду?

— Нет, спасибо. Мне нужно побыть одной. Подумать.

— Я понимаю. Светлана… что бы ни происходило, помни — я рядом. Всегда.

— Спасибо, — прошептала я. — Ты… ты лучшее, что случилось с нами за последнее время.

— Увидимся в понедельник?

— Да. И Николай… спасибо, что ты есть.

Ночь я провела без сна, думая о странном повороте судьбы. Кирилл хочет вернуться. Но поздно — слишком много воды утекло. Я больше не та Света, которая ждала его с работы. Я стала сильнее, независимее. И рядом со мной человек, который ценит меня такой, какая я есть. Который полюбил не только меня, но и моих детей.

Утром за завтраком Маша вдруг спросила:

— Мам, а ты любишь дядю Колю?

Я чуть не подавилась чаем.

— Почему ты спрашиваешь?

— Просто ты улыбаешься, когда о нём говоришь. И он на тебя так смотрит… как в кино про любовь.

— Маш, это сложно…

— Нет, не сложно! — вмешался Максим. — Вы друг друга любите, это же видно! И мы не против.

— Правда не против? — я посмотрела на них.

— Мам, он хороший, — серьёзно сказала Маша. — Добрый, умный, и ты с ним счастливая. А папа… папа сделал свой выбор.

— Мы хотим, чтобы ты была счастлива, — добавил Максим. — И дядя Коля тоже. Вы подходите друг другу.

Я обняла их, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. Мои мудрые, взрослые дети. Они приняли Николая, дали своё благословение.

Может, и правда пора перестать бояться? Пора открыть сердце новой любви, новому счастью? Кирилл в прошлом, а будущее… будущее может быть прекрасным, если я позволю себе в него поверить.

В понедельник я пришла на работу с твёрдым решением. Пора перестать убегать от своих чувств. Пора признать то, что и так очевидно всем вокруг — я люблю Николая. И готова попробовать построить с ним новую жизнь, новую семью.

Когда он зашёл поздороваться, я набралась смелости:

— Николай, нам нужно поговорить. После работы?

— Конечно, — он внимательно посмотрел на меня. — Всё в порядке?

— Да. Более чем. Просто… пора кое-что прояснить.

Он улыбнулся, и в его глазах блеснула надежда.

— Я буду ждать.

И я знала — он действительно будет ждать. Столько, сколько нужно. Но ждать больше не придётся. Потому что я готова сделать шаг навстречу новому счастью. Нашему счастью.

Год спустя.

Утреннее солнце заливало просторную гостиную нашего дома — того самого, на даче, который стал нашим семейным гнездом. Я сидела в любимом кресле у окна, поглаживая едва заметный животик. четыре месяца — срок небольшой, но токсикоз уже отступил, оставив после себя странное умиротворение и предвкушение чуда.

— Мам, завтракать! — Маша заглянула в гостиную. За год она вытянулась, стала ещё красивее. — Папа блинчики приготовил!

Папа. Так естественно она стала называть Николая после нашей свадьбы полгода назад. Не сразу, конечно — сначала робко спросила разрешения, боясь обидеть. Но Николай тогда обнял её и сказал, что это лучший подарок, который она могла ему сделать.

На кухне царило привычное утреннее оживление. Николай в фартуке колдовал у плиты, Максим и Лиза спорили о чём-то научном — они оба увлеклись физикой и теперь постоянно ставили какие-то эксперименты. Маша накрывала на стол, напевая что-то под нос.

— Доброе утро, любимая, — Николай повернулся ко мне, и его взгляд автоматически скользнул к животу. — Как вы себя чувствуете?

— Мы прекрасно, — я улыбнулась, принимая из его рук тарелку с блинчиками. — Кажется, малыш унаследовал твою любовь к блинам — есть хочется постоянно.

— Или малышка! — вмешалась Лиза. — Я голосую за сестрёнку!

— А я за братика! — не остался в стороне Максим. — Вас и так много девчонок!

— Эй! — возмутились Маша с Лизой хором, и началась обычная утренняя перепалка.

Я смотрела на них, на Николая, который с улыбкой наблюдал за детьми, и сердце наполнялось такой любовью, что, казалось, не вместит. Год назад я и представить не могла, что буду так счастлива.

После завтрака дети разбежались по своим комнатам — сегодня суббота, но уроки никто не отменял. Мы с Николаем остались вдвоём.

— Кирилл заедет в три, — напомнила я. — Обещал сводить детей в новый научный музей.

— Помню, — Николай кивнул. — Знаешь, я рад, что вы смогли наладить отношения. Для детей это важно.

Это было непросто. После того августовского визита Кирилл исчез на несколько месяцев. Потом позвонил — трезвый, спокойный. Извинился. Рассказал, что от продажи квартиры, рассчитался с долгами, начинает с нуля. Попросил разрешения видеться с детьми.

Первые встречи были напряжёнными. Дети держались настороженно, Кирилл явно не знал, как себя вести. Но постепенно лёд тронулся. Он перестал обещать то, что не мог выполнить, начал интересоваться их жизнью. И дети оттаяли — не простили полностью, но приняли его таким, какой он есть. Отцом, который совершил ошибку, но пытается её исправить.

— Пойду поработаю немного, — я поднялась. — Проект гостиницы нужно доделать до понедельника.

— Не переутомляйся, — Николай поцеловал меня. — Помни, вас теперь двое.

В кабинете — Николай оборудовал его специально для меня — я погрузилась в чертежи. За год моя карьера сделала невероятный скачок. От мелких кафе я перешла к серьёзным проектам — рестораны, бутик-отели, частные дома. Студия расширилась, и я стала старшим дизайнером. Николай шутил, что скоро я затмлю его славу, но в его голосе слышалась гордость.

Телефон завибрировал. СМС от Лиды: «Как ты? Токсикоз отпустил? Приезжайте завтра на обед, испеку твой любимый пирог!»

Я улыбнулась. Лида оставалась моей опорой, моей совестью, моим самым преданным другом. Она была свидетельницей на нашей свадьбе и плакала больше моей мамы.

Свадьба была скромной — только самые близкие. Мы расписались в начале весны, когда сад уже зацвёл. Церемония прошла прямо здесь, на даче, под старой яблоней. Дети были нашими главными гостями — Маша и Лиза в одинаковых розовых платьях, Максим в строгом костюме, гордо несущий кольца.

— Мам! — Маша заглянула в кабинет. — Папа! То есть… Кирилл приехал!

Я спустилась встретить бывшего мужа. За год он сильно изменился — похудел, стал более серьёзным, в глазах появилась усталость человека, который много работает. Новый бизнес давался ему тяжело, но он не жаловался.

— Привет, — он кивнул мне, потом увидел мой округлившийся живот и замер. — Ты… беременна?

— Да. Четыре месяца.

На его лице промелькнула тень — боли? сожаления? — но он быстро взял себя в руки.

— Поздравляю. Николай… хороший человек. Дети его любят.

— Спасибо.

Маша и Максим спустились, готовые к прогулке. Теперь они встречали отца спокойно, без прежнего напряжения.

— Пап, а можно Лизу с собой взять? — спросил Максим. — Она тоже хочет в музей.

Кирилл на секунду растерялся — взять на прогулку ребёнка Николая было для него испытанием. Но потом кивнул:

— Конечно, если родители не против.

Николай спустился проводить Лизу, и мужчины встретились взглядами. Момент был напряжённым, но оба держались достойно.

— Спасибо, что разрешаете, — тихо сказал Кирилл.

— Лиза рада, — просто ответил Николай. — Дети дружат, это главное.

Когда машина уехала, мы остались вдвоём. Николай обнял меня сзади, положив руки на живот.

— Всё хорошо?

— Да. Просто… иногда жизнь делает такие повороты.

— Жалеешь?

Я повернулась к нему лицом, заглянула в любимые серые глаза.

— Ни секунды. Если бы не развод, не было бы тебя. Не было бы нашего малыша. Не было бы этого счастья.