Адмирал пожелал ему успеха, и они с лейтенантом отправились на базу флота, которая располагалась не очень далеко от Мурманска. После тщательной проверки документов на КПП они уже пешком отправились на эсминец по огромной территории базы. Навстречу им попался отряд  матросов, идущий с песней, которую они, скорее, не пели, а выкрикивали охрипшими на северных ветрах голосами, и слов было не разобрать. Единственное, что смог понять Николай — это припев песни:

Северный флот, Северный флот!

Северной флот — не подведет!

Новый эсминец стоял у глубоководного причала и когда Николай это увидел, все его страхи о том, что на борт придется подниматься по веревочной лестнице, исчезли. Здесь его также провели к командиру эсминца, капитану 3 ранга, который, как и адмирал,  выразил надежду, что неисправность будет обнаружена и ликвидирована.

В машинном отделении вокруг новенького дизель-генератора собралась большая группа людей, предупрежденных о прибытии специалиста из Москвы. Ответственные за первичной дизель и за систему автоматики агрегата стояли отдельными, небольшими группами. Здесь же находился старший механик корабля, принимающий новое изделие, и командир  электротехнической части (ЭЧ) эсминца в звании старшего лейтенанта.  В группе «автоматчиков» Николай заметил двух знакомых ему конструкторов, которые приходили к нему на консультацию.

Николай даже не успел со всеми познакомиться, как представитель от группы дизелистов заявил ему, что дурацкая, никому ненужная автоматика останавливает дизель, как только он запустится, и в этом вся беда. На это заявление тотчас же отреагировал старший группы «автоматчиков», который сказал, что неисправен дурацкий дизель, а на автоматику грешить совершенно нечего и предложил немедленно продемонстрировать это прибывшему товарищу.

— Стоп, стоп, товарищи! — остановил их Николай, подняв вверх обе руки, — мы пока ничего запускать не будем, я эту технику вижу в первый раз, и сначала мне нужно ознакомиться с технической документацией и проектом на установку дизель-генератора. Споры прекратились, и Николая провели в служебное помещение, примыкающее к машинному отделению, где на столе можно было разложить документацию.

Николай бегло просмотрел схемы автоматизации и силовой части дизель-генератора и проект на его установку, и никаких существенных замечаний не выявил. Последующее снова предложение запустить агрегат он снова отклонил, а стал осматривать датчики и исполнительные механизмы, навешанные на стандартный дизель, и силовой шкаф, в котором размещались устройства автоматики. Все было в полном порядке, и монтаж был выполнен безукоризненно.

— Вот что, братцы! — сказал Николай. — Как я понимаю, вопрос поставлен ребром, прямо, как у Шекспира: быть или не быть? А в нашей интерпретации — автоматика или не автоматика?

— Да, да! Точно! Конечно! — послышались голоса, — это главный вопрос.

Николай, находящийся на боевом корабле, на воде, был в своей стихии и его мысли были четкими и последовательными. — Я предлагаю разделить пустыню пополам, то есть, отключить автоматику, — сказал он. — Автоматическая остановка агрегата производится путем перекрытия топлива или воздуха. Эти исполнительные механизмы подключены через разъемы типа ШР, и мы их отключим, что очень легко и просто.

— Конечно, как же мы не догадались сами! — воскликнули «автоматчики», а один из них уже быстро отключил оба разъема.

— Можно запускать! — скомандовал Николай, встав у панели управления дизелем. Старший группы дизелистов нажал кнопку прокачки масла, и, когда давление в системе смазки поднялось, он нажал кнопку «Пуск».

Застоявшийся дизель запустился с одного «тыка», радостно взревев, и Николай заметил, что как только стрелка тахометра приблизилась к номинальной отметке, дизель, чихнув, остановился.

— Ха-ха! — послышались возгласы «автоматчиков», — а автоматика-то и ни при чем, дизель не хочет работать, сами с ним разбирайтесь, дизелисты!

— Погодите, товарищи, не горячитесь, не спешите, а то успеете! — заявил Николай, — да,  это не автоматика, но мы пока ничего не поняли, нужно продолжать. Он подошел к шкафу управления агрегатом, на котором находились электроизмерительные приборы, встал перед ними и, внимательно наблюдая, попросил запустить дизель еще раз.

Ситуация повторилась один к одному, но Николай заметил, что на вольтметре и частотомере стрелки чуть-чуть, на самую малость, дрогнули, когда дизель набрал обороты.

— Я думаю, что проблема, возможно, в генераторе, — сообщил Николай свои наблюдения, — и именно он стопорит дизель, когда происходит его возбуждение. Здесь установлен современный генератор с самовозбуждением, и я предлагаю еще раз разделить пустыню пополам, то есть, отключить возбуждение генератора.

Это предложение было принято и специалист от группы дизелистов, отвечающий за электрическую часть, снял кожух с блока возбуждения генератора, и отключил нужный провод.

— Можно запускать! — снова подал команду Николай, — опять встав у измерительных приборов. На этот раз дизель запустился, разогнался до номинальной скорости и с радостным, громким грохотом продолжал работать, демонстрируя свой восторг от того, что ему, наконец-то, дали возможность показать себя. Николай, стоящий у приборов, никакого движения на них не заметил.

Противоборствующие «автоматчики» и дизелисты с недоумением смотрели друг на друга, осознавая, что ни те, ни другие — не виноваты. Все они были техническими специалистами, но, скорее всего, каждая группа зациклилась на своем, и теперь, чтобы понять происходящее, им было нужно определенное время.

Николай же, не обращая внимания на возникшую оторопь, продолжал свои размышления. — Итак, товарищи! — сказал он, — исходя из полученного результата, можно сказать, что дело в нагрузке, прилагаемой к дизелю после возбуждения генератора. Она настолько велика, что он с ней не может справиться и от этого глохнет, а это значит, что мы имеем дело с коротким замыканием либо в генераторе, либо в подключенной к нему нагрузке. То есть, перед нами снова пустыня, которую нужно разделить пополам — отключить кабель нагрузки от выхода генератора, и тогда мы все поймем.

Теперь к делу приступили специалисты монтажной организации, которые устанавливали агрегат. Они вдвоем подошли генератору, и, торопливо, мешая друг, другу сняли крышку с клеммника генератора.

Собравшиеся вокруг них люди, в том числе и Николай, увидели… Да, да, они увидели КОРОТКОЕ ЗАМЫКАНИЕ!!! На клеммнике, который предусмотрен для подключения нагрузки и переключения выхода генератора на схему «звезда» или «треугольник» был установлен двойной комплект перемычек. Один из них образовывал схему «звезда», а второй — схему «треугольник», создавая, таким образом, полноценное короткое замыкание на выходе генератора.

— Зачем вы закоротили выход генератора? — потребовал Николай у монтажников, — это равносильно тому, как вставить палку или ломик в работающий дизель.

— А что здесь неправильного? — спросил бригадир монтажников, — монтаж и подключение кабеля нагрузки выполнены просто идеально, на оценку 5. Мы работаем по проекту и все сделано, как указано в проекте: кабель проложен  и подключен к указанным в проекте контактам клеммника, а то, что сделано на самом генераторе уже не наша забота. Это дело завода-изготовителя, я так понимаю.

— Да, эти перемычки так и стояли, — подтвердил монтажник. — Я, когда подключал кабель нагрузки, немного удивился и хотел сказать об этом товарищу старшему лейтенанту, — и он кивнул в сторону командира ЭЧ, который стоял рядом, — но его в тот момент не было, а потом я забыл, и ни за что бы не вспомнил, если бы не увидел их сейчас.

— Так кто же во всем виноват? — послышался чей-то нетерпеливый голос.

— Да что теперь искать виновных!? — отозвался Николай, — в этом нет никакого смысла! Я предлагаю лишние перемычки снять, сохранив схему «звезда», подключить исполнительные механизмы на агрегате и цепь возбуждения, и продолжить наше испытание.