И легкая досада -какие пустячки сохранила память тела! Лучше б латыни побольше было! Все это дополняли тот же что и у дворника свисток на таком же витом шнуре*, и шашка, сияющая начищенным латунным набором рукояти…

Вот глупость если подумать! Рубить что ли лиходеев этой «селедкой» на бегу? Тем более ножны бегать мешают… Он представил как солидный городовой, тряся задом, несется за мелким жуликом с саблей наголо и с маху наворачивается мордой в грязь, когда ножны попадают между ног -и невольно улыбнулся. Впрочем —еще у них по идее имеется револьвер -хотя черт его знает — может в нынешнее почти спокойное время они в кобуре огурцы носят -как участковые в его советском детстве? (Сам он в кобуру их участковому -седому уже капитану Семену Максимычу не заглядывал, понятное дело, но так говорили во дворе)

Хотя вряд ли — тут уже и забастовки есть и народовольцы и даже царя-Освободителя взорвали. Самара в этом смысле правда тихая -ни про стачки ни про каких-то подпольщиков тут и слыхом не слыхивали. Если какие то особо затихарившиеся и есть -то Суров ничего о них не ведал.

Он обнаружил что остановился, разглядывая постового -и тот вроде как пару раз уже задерживал на попаданце взор.

Обойти что ли кругом здешнего «ментозавра» -мало ли? Но тут же опомнился — с чего бы? Он не какой-то сомнительный элемент или оборванец-бродяга — он дворянин и гимназист!

С независимым видом он прошел мимо архаровца…

(С чего бы их так прозвали? При чем тут вообще горные бараны? Память Сурова подсказавшая слово, на этот счет молчала. Да и хрен с ним!)

Вышагивая по улице Сергей продолжал изучать окружающую жизнь.

Прохожие в по большей части мужчины — в массе все одеты как-то бедновато и однообразно. Картузы, малахаи, треухи, армяки, зипуны, потертые овчинные тулупы, лишь у некоторых — пальтишки грубого седоватого сукна. Опорки,

лапти, валенки, порыжелые сапоги.

Простой народ считающий копейки — слесаря да печники с мелкими приказчиками судя по всему… Редко мелькнет котелок и галоши — предмет роскоши тут.… Зря он папенькину шубу критиковал — в этой толпе она бы сошла за роскошь!

Вот торопливым шагом прошел чиновник с портфелем и фуражке на вате с зеленым околышем. Такой же зеленый был обшлаг шинели. Пограничник что ли? Или вообще лесник? (О здешних лесниках ни реципиент ни попаданец внятного знания не имели -да и Бог с ними! *) Как определил Сергей по петлицам шинели — коллежский асессор.

Подол шинели тоже был подшит и аккуратно зачинен. И портфель потертый и выцветший.

И «благородия» стало быть не роскошествуют особо…

А вот моложавый хоть и не молодой мужик с медными кружками на веревках на шее и вот диво — странным колоколовидным луженным оловом самоваром обмотанным тряпками -на чем-то вроде деревянных салазок привязанных к спине. Тот курился паром и дымком.

— Сбитень-сбитень! Шалфей с красным медом! На зверобое, лавровом листе и имбире! — хрипловато выкрикивал мужичок.

— Не угоститесь ли господин гимназист⁈ — вдруг перехватил он взгляд Сергея. — Хотите с карамелью, хотите на трех травках! Перед Сергеем был сбитеньщик — представитель к его времени давно исчезнувшей профессии — торговец начисто забытым напитком.

В гимназии иногда давали сбитень — из патоки и сушеных ягод…

— Нет —спасибо большое! -чуть растерявшись бросил попаданец (А -ведь впервые с ним тут заговорил незнакомый!)

Видимо ответил он не совсем так как нужно — простодушное мужицкое лицо отобразило легкое удивление.

Он пошел дальше разглядывая улицы и прохожих отметив снова что слабого пола не так и много в самарской толпе.

Женщины и девушки впрочем, само собой, попадались. И — как назло -ни курсисток ни гимназисток ни просто интеллигентных барышень -сплошь кухарки нагруженные корзинами с едой, пара крестьянок с обветренными морщинистыми лицами — изработавшиеся, явно не избалованные жизнью. На всех цветастые платки обматывающие их как сувенирных матрешек.…К нему вдруг пришли воспоминания Сурова — насчет кухарок — которых сам сгинувший гимназист стыдился. Сергей их прогнал — не к месту и не ко времени.

А вот можно сказать коллега — гимназист примерно его лет -но не из их заведения. Старые соперники из 1й Самарской мужской гимназии — в синем пальто и синей же фуражке. Между двумя школами имелось давнее соперничество -иногда доходило и до драк -впрочем сейчас конкурент на Сергея не обратил внимания — и Сергей тем более не намеревался как то напоминать о себе.

Зато обратили внимание представители низшего класса — стайка мелких оборвышей -лет десяти-двенадцати.

Гимназист-гимназист

Проглотил зеленый глист

Ах какая гадина-

Синяя говядина! — выкрикивали они хором.

Школяр высокомерно проигнорировал шкетов и те со смехом убежали.

«Синяя говядина» как он вспомнил — уличная кличка гимназистов из за цвета формы. Но вот у них форма серая -хм -а отчего так?

.Еще минут десять — два поворота — говорила память тела — и он дома… Дома… Именно дома -потому что другого дома у него тут нет!

* Обиходное название купюры в пять рублей — из-за окраса. Что любопытно — с 1785 по 1991 год бумажные пять рублей в нашей стране всегда были синего цвета.

* Гомбочка — форменный витой шнур с литыми по серебренными и гравированными кольцами, который использовался в качестве знака различия полицейских чинов в Российской империи.

* Это мало кто знает сейчас -но с 1866 года, дворники в приказном порядке стали вспомогательной силой полиции и регистрировались в местном участке. На них возлагалось немало правоохранительных обязанностей — например ежедневно осматривать незапертые чуланы и чердаки, «где могли бы прятаться злоумышленники или беглые» и даже ловить и доставлять в полицию трубочистов и водопроводчиков, у которых не было жетона (разрешения на работу); и разгонять бродячих собак(Отсюда и свистки и бляхи). Полностью привлекать дворников к охране порядка перестали уже в СССР в 1960е годы.

* Третье отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии (СЕИВК) — высший орган политической полиции России — создано по указу императора Николая I на базе Особенной канцелярии МВД. Было упразднено в 1880 году и его функции передали Департаменту Государственной Полиции

* Скорее всего попаданцу встретился сотрудник Межевого ведомства или таможенник -у них были зеленые околыши.

Ноги словно сами принесли попаданца сюда — на эту скверно вымощенную извилистую улицу именно к этим воротам с калиткой и к этому дощатому забору и дому…

Ильинская улица, дом тридцать два. Тут и жила семья Суровых — и он стало быть… Прямоугольный деревянный дом на каменном фундаменте, одноэтажный по главному фасаду, выходившему на улицу, и с антресольным дворовым этажом. Одноэтажная часть перекрыта двускатной крышей, над антресольным этажом —четырехскатная с несколькими высокими трубами. Дом был в длину вдвое больше чем в ширину, вытянутый в глубь участка… Прямоугольные окна обрамляли резные наличники. Фронтон, увенчанный узорчатым шпилем, весь сплошь украшенный. Широкий фриз с деревянными резными украшениями и угловые пилястры довершали внешний облик. Окна однако выходят на улицу — и что занятно -никаких решеток — хотя воры и грабители имеются.