Погуляли-попили,
Все деньжата пропили.
А поляк не дурак,
Все танцует краковяк.
Невольно Сергей улыбнулся вспомнив и младшую школу где детвора рассказывала анекдоты героями которых были как раз «русский, немец и поляк». Надо же как далеко оно восходит — уже и песенка напрочь забылась…
А потом взвилась торжественная мелодия рояля и на диво слаженный девчачий хор запел, выспренно выводя:
Гей, славяне, гей, славяне!
Будет вам свобода,
Если только ваше сердце
Бьётся для народа.
Гром и ад! Что ваша злоба,
Дьявола подковы,
Коли жив наш дух славянский!
Коль мы в бой готовы! *
А — ну да — сейчас народ еще болеет панславизмом (а кто-то и наслаждается!), еще хотят воздвигать «крест на святую Софию» и создавать всеславянское царство -ну или республику… Интересно —кем видят себя эти так восторженно поющие девушки — сестрами милосердия на будущей войне за это царство с турками и немцами? Невестами, провожающими женихов — конечно бравых юных офицеров в святой поход за великое дело? Или ничего такого не думают — просто положено страдать за всяких угнетенных чехов и моравов? Как и все прочее, идея рухнет — оставив шуточки про «шкафчик типа 'Гей, славяне» и одноименный спортклуб для сексменьшинств в Питере в сериале про улицы разбитых фонарей. (Правда, справедливости ради, окончательно рухнет последней из старых великих идей — уже в 2006 когда распадется союзная Югославия, а Черногория станет все чаще называть себя Монтенегро).
Гей славяне,
гей славяне
Будут вам и геи! — тихонько пропел он под нос, вспоминая кадры «радужных» парадов в Праге, Варшаве и Белграде. Вспомнил и пожал плечами — не его это забота. Тут бы для России бедной хоть что-то сделать!
Встав (мышцы напомнили о себе болью -перетренировался должно быть) -он подошел к книжному шкафу…
Задумчиво перебрал — что бы почитать? Выдернул наугад и удивился — это оказался толково переплетенный нетолстый том. Вроде рукописный… Какой-нибудь местный «самиздат» и политика?
Но открыв, изумился еще больше
На форзаце было выведено. «Дневник Сергея Павловича Сурова, гимназиста и философа»
До того он ни разу не вспоминал о дневнике что вел «предшественник» и ни малейшего представления о нем не имелось. Память прежнего владельца тела не отозвалась и сейчас -когда он листал переплетенную в плотный ледерин тетрадку…
* * *
*7162 от сотворения мира, — 1654 г. по новому летоисчислению
*Подлинная дореволюционная песня. О кулаках и вообще о старой русской деревне желающие могут почитать например у экономиста А. Н. Энгельгардта (1832–1893) «Письма из деревни»
* Айзсарги — военизированное националистическое, а позже откровенно фашистское формирование в Латвии в 1919–1940 гг., созданное по образцу финской организации «Шюцкор». Члены его активно помогали немцам участвуя в уничтожении мирного населения (в Латвии вопреки современной нацистской мифологии это тоже практиковалось) Были возрождены в 1990 году еще в СССР при полном попустительстве горбачевских властей. В 90е распались и по сути не существуют.
*Такие комитеты создавались в рамках деятельности «Общества попечительное о тюрьмах», образованного в 1819 году по указу императора Александра I. Имело целью «постоянный надзор за заключенными, размещение их по роду преступлений или обвинений, наставление арестантов в правилах благочестия, занятие их приличными упражнениями, заключение буйствующих в особые места». Эффективность примерно соответствовала сказанному Суровым-старшим о прочей благотворительности.
Михаил Николаевич Галкин-Враской (1832 — 1916) — русский юрист -пенитенциарист («тюрьмовед» если по русски) и государственный деятель, эстляндский и саратовский губернатор, действительный тайный советник. С 1879 году по 1896 — начальник Главного тюремного управления МВД. Ввел обязательный труд для арестантов и выступал за отмену ссылки в Сибирь.
*Первоначально текст был написан Самуэлом Томашиком в 1834 году под названием «Гей, словаки!» (словац. Hej, Slováci!) и с тех пор начал использоваться как гимн панславянского движения. Позднее песня была гимном гимном прогитлеровской Словацкой республики (1939—1945), Социалистической Федеративной Республики Югославия в 1945—1992, Союзной Республики Югославии в 1992—2003 и Союза Сербии и Черногории в 2003—2006. Песня также считается вторым, неофициальным словацким гимном. Её мелодия основана на «Марше Домбровского»(1797 год), (гимн Польши с 1926 года).
С XIX века известны несколько вариантов русского текста.
Глава 23
Дневник ушедшего
Сергей еще раз зачем-то изучил нижнюю полку с ее рядом старых учебников, сборников стихов и пожелтевших романов. Потом принялся изучать обложку и титульный лист — с именем и фамилией и вырисованным тонким пером фигурным вензелем «С. П». — Сергей Павлович —его предшественник в теле и мире.
Черт подери! -пронеслось у попаданца — но в памяти Сурова не было ничего про дневник. Было про эротические фантазии, было про моменты которые бы хотелось забыть, была гора важных и не очень мелочей -было даже предание то что прапрадед Суровых по линии отца был крепостной кабатчик, выигравший свободу семье в карты у барина — гусарского ротмистра. Но ничего про дневник! И друзья ни намеком не вспоминали и не осведомлялись — мол что-то ты дневник забросил… Или это было что-то старательно скрываемое от всех? Но почему? Ведь в это время писать дневники — распространенное хобби…
Сергей сел на стул под лампой, забыв о книгах и латыни, и начал читать. Лишних знаний нет — а прошлое реципиента может быть вдвойне полезным.
Тем более кое-какие моменты биографии оставили после себя пугающую пустоту в памяти. Он помнил свое имя, свою семью, гимназию, но многое как он понял было стерто той же силой, что вырвала душу Сурова из тела, заменив его — Сергея Самохина — душой.
«Вот — неуместно запоздалая мысль — вот и решился сложный богословский вопрос упомянутый папенькой — можно ли отделить душу от тела при жизни?»
Прямо на сотню богословских трудов матерьялец! Правда… какая это жизнь? Суров покинул этот мир, а тело Самохина скорее всего уже на кладбище… А он -так — квартирант чужой плоти… То ли странный непонятный каприз некоего невероятного высшего разума то ли стечение столь же невероятных обстоятельств…
Однако, приступим…
…Первые страницы были исписаны знакомым, стремительным почерком -его нынешним почерком. Хотя — все же отличия пожалуй были — но кто это может заметить? Попади конечно бумаги к эксперту… но с чего бы кому-то интересоваться мирным гимназистом? Суров исчез, оставив после себя лишь лохмотья воспоминаний и репутацию… И никто не заметил подмены… Впрочем — реальность слишком невероятна чтобы даже заподозрить… Да и окружающие и прежде знали что Суров-младший был что называется «не таким, как все».
«Однако! -снова подумал он — а ведь и в самом деле — слышать что кто-то сильно изменился приходилось и не раз… Не в этом ли причина — хоть иногда?»
Ладно — займемся дневником.
Сергей начал читать. Слова, словно ожившие призраки, уносили его в мир, который он, казалось, знал, но забыл.
Сначала записи были обычными: наблюдения за жизнью и природой, размышления о смысле жизни, жалобы на скучные уроки.
* * *
