— Место — не проблема, ваше высочество, — сразу же откликнулась старшая фрейлина моей свекрови, Дарная горт Шаранская, высокая плотная брюнетка средних лет, — если вы позволите, я приглашу всех в мой пространственный карман. И прикажу магии перенести туда все из гостиной.

Ну и как было отказаться от такого приглашения? Тем более что вплотную с придворными аристократками я еще не сталкивалась. А значит, это был мой шанс и сбыть с рук вещи, которые лежали в карманах моего платья, и завести полезные знакомства.

Так что мы всей толпой переместились в пространственный карман Дарнаи. Туда же магия переправила угощения из гостиной. Мебель там уже имелась, причем довольно много. Похоже, Дарная устраивала подобные шумные встречи не первый раз.

Сам карман выглядел как большой будуар, придавая встрече нотку интимности. Обстановка была продумана до мелочей: изящные диваны с мягкими подушками, уютные кресла, журнальные столики с изысканными рисунками и пуфики, идеально подходящие для отдыха и свободного общения. Стены, окрашенные в нежно-сиреневый цвет, были украшены изысканными гобеленами, изображавшими сцены из древних легенд — борьбу героев с мифическими существами и вечерами в замках, полными магии и тайн. Мягкий рассеянный свет, исходящий от магических шаров, подвешенных под потолком, создавал уютную атмосферу. В воздухе витал сладковатый аромат свежезаваренного чая и выпечки, который поднимал настроение и располагал к общению.

Первые несколько минут мы пили чай и угощались сладостями. На столе красовались изящные пирожные с кремом, фруктовые тарталетки и печенье, украшенное сахарной глазурью.

А вот потом, когда мы успешно поиграли в гляделки, и меня успели оценить, началась светская беседа.

У старших принцев не имелось жен. У кронпринца была сговоренная невеста, но она жила в другой империи и с женихом виделась раз в полгода на торжественных мероприятиях. Среднему еще никого не подобрали. И потому получилось так, что, с женской стороны, я была второй влиятельной придворной дамой после императрицы. Должна признать, удовольствие от этой роли было двойственным, ведь вскоре, как только старшие сыновья обретут жён, я потеряю часть своего влияния. Набиваться ко мне в подруги станет не так престижно, но сейчас, в эту минуту, все дамы приторно улыбались и явно мечтали подружиться со мной.

— Ваше высочество, вы не хотели бы создать свой двор? — поинтересовалась Дарная, когда разговоры о погоде наконец отошли на второй план.

— Хотела бы, — кивнула я, стараясь говорить уверенно. — Но я во дворце недавно, и, увы, не со всеми успела познакомиться. Трудно создавать что-то, не зная, кто тебя окружает.

Дамы вразнобой закивали, соглашаясь с моим глубокомысленным утверждением.

— У многих из нас имеются младшие сестры. Ваше высочество, — улыбнулась мне одна из дам, невысокая пухлая Эргана горт Наерская. Она была дочерью местного министра торговли. Отец подобрал ей правильного мужа. И она уже успела родить ему наследника. — И их уже пора выводить в свет. Лучше всего будет это сделать в статусе вашей фрейлины. Вы всегда можете устроить смотр, а на нем уже подобрать девушек, которые отвечали бы вашему вкусу.

«И которые были бы благодарны старшим сестрам за помощь», — хмыкнула я про себя. Вслух, естественно, ничего такого не сказала, лишь сообщила, что обдумаю этот вопрос в самой ближайшее время.

— Ваше высочество, раскройте тайну, прошу вас, — вновь перевела разговор на другую тему Дарная. — Ее величество только молчит и таинственно улыбается, но весь двор видит, что вы с ее величеством часто уединяетесь в ее гостиной.

«Чем таким непристойным вы там занимаетесь?!» — буквально прочитала я между строк.

— Мы с ее величеством хотим продемонстрировать окружающим в скором времени новые фасоны платьев, сарафанов, юбок, блузок, — ответила я. — Чтобы изготовить все, что мы задумали, придворной портнихе нужно довольно долго трудиться.

Я достала из кармана один из браслетов, надела его на руку, прямо на рукав платья.

— Пока же могу поделиться с вами вот таким украшением. Нечто подобное будет на задуманном нами показе.

Дамы восторженно заохали. Браслет, что называется, пошел по рукам.

Я хмыкнула и вытащила из карманов остальные вещицы. Сначала пусть рассмотрят, потом буду называть цену.

Мой хенд-мейд аристократкам понравился. Они даже не торговались, услышав цену. Ну да, с их-то доходами (вернее, с доходами их мужей), и торговаться. Стыдно как-то. Тем более у всех на виду.

И потому за свои изделия я получила столько, сколько и просила. И довольная, с мешочком золота в руках, вернулась во дворец. Не сразу, конечно, а после чаепития.

И уже во дворце узнала, что наше мероприятие продлилось очень долго, даже ужин затронуло.

Узнала я это по мату своего ненаглядного супруга. Именно он встречал меня в нашей с ним спальне. Причем находился он в частичной трансформации, как это называется в умных книжках. Ну а по-простому, на руках у него видна была драконья чешуя, а зрачки глаз вытянулись вертикально. Как у кошки.

— Аршарах горн наршарах! Шараншарах горшанарах! Где ты была?! Тебя всем дворцом искали! И остальных придворных дам тоже! Где вы были всей толпой?!

— И тебе добрый вечер, — мило улыбнулась я, гадая, как бы аккуратно избавиться от мешочка с золотом, который все еще держала в руках. Вот как знала, надо было в карман класть! Но кто ж мог подумать, что меня тут ожидает подобный теплый прием. — Я тоже рада тебя видеть.

— Ирисия!

Рявкнул и тут же дернулся, как от разряда тока. А вот не надо голос на жену повышать. Магия этого не любит.

— Я. Давно уже я.

Я все же рискнула — положила мешочек на стол. И, конечно, Леонард заметил мой жест. Кто бы сомневался. Когда ему надо, этот дракон очень даже глазастый.

— Что это?!

— Золото.

— Я серьезно!

— И я. Не веришь — посмотри.

Ну не врать же ему в лицо. Он и так уже в предынсультном состоянии.

Ну, он и проверил. Развязал мешочек, высыпал монеты на столешницу.

— Откуда?!

— Заработала. Половина — твоей матери, кстати. Так что не трогай, пожалуйста.

— Аршарах горн наршарах! Шараншарах горшанарах! Где ты была и чем там занималась?!

— У тебя с памятью плохо? Я же сказала: у меня будет чаепитие.

— В твоей гостиной! С несколькими придворными дамами! Вас там не было! Во дворце не осталось ни одной придворной дамы! Ты хоть представляешь, что чувствовали мужчины, их мужья, сыновья, братья?!

Да? Это они все, что ли, ну дамы эти, пожаловали на чаепитие? Ну ой.

— Ну не в гостиной, — хмыкнула я. — В пространственном кармане старшей фрейлины твоей матери. Или ты и ей не доверяешь общение с собственной женой?

«Стерва!» — прочитала я во взгляде Леонарда. Но вместо ругани он выдал:

— Послезавтра во дворце будет бал в честь моей свадьбы! Ты обязана присутствовать!

— Я танцевать не умею. Вернее, умею, но не ваши, местные танцы.

— Значит, и завтра, и послезавтра будешь тренироваться с танцмейстером!

Сказал, передернул плечами, как будто точку в разговоре поставил, и вылетел из спальни. Я осталась стоять, глядя ему вслед, не в силах сдержать усмешку. Не удивлюсь, если отправился полетать, пар выпустить, во всех смыслах.

— Вот уж дали боги нервного мужа, — проворчала я, пряча мешочек с золотом куда подальше, в укромный уголок шкафа.

Завтра встречусь со свекровью, вручу ей ее долю. А пока — спать. Пусть этот, муж, который слишком нервный, слегка побесится в одиночестве.

С этими мыслями я вызвала служанку, надела длинную ночную рубашку из мягкого хлопка, которая приятно касалась кожи и словно окутывала своей лёгкостью. Её пастельный цвет прекрасно сочетался с моей кожей. Когда служанка закончила, я улеглась в постель, укрывшись теплым одеялом, которое было приятно тяжелым и уютным. Я закрыла глаза, но мысли о предстоящем бале не давали мне покоя. Как же я буду танцевать? В голове крутились образы изящных пар, кружившихся под звуки музыки, и я невольно усмехнулась.