Замок? Кто посмел?

Она сделала шаг ближе — и замерла. За дверью кто-то был.

Она прислушалась. Мужской голос... Потом женский.

Вот это неожиданность! Хозяева Вальмонта. Что они тут делают в такую рань? И почему заперлись?

Лизельду охватило предвкушение. Наверняка сейчас она узнает нечто пикантное о хозяевах и их личной жизни — нечто такое, что можно будет представить мадам Боше и Сигизмунду, как результат своей шпионской миссии. Пока ей не удавалось раздобыть каких-нибудь интересных подробностей, чтобы оправдать ожидания двух доморощенных интриганов. Не дыша, она склонилась к двери и приложила ухо. Слушала внимательно несколько минут и не верила своей удаче. Она узнала нечто гораздо более важное, чем рассчитывала. Хозяева Вальмонта говорили о... семенах Тени-Сердца!

Ей с трудом удавалось оставаться неподвижной и не выдавать своего присутствия — из груди рвались возгласы восторга. Вот оно! То, к чему так долго шла.

Когда Лизельда устраивалась в Вальмонт, надеясь узнать что-то об этом особенном растении, она и представить не могла, что всё окажется так быстро и просто. Всего лишь один подслушанный разговор — и она вплотную приблизилась к мечте. Пусть ей не удалось расслышать каждое слово, но одно она поняла точно — у супругов ван-Эльстов есть семена Тени-Сердца. И не одна жалкая крупица, а целый сосуд. Они собрались их замочить, а потом посадить… но не все сразу. А значит…

Если взять несколько — они и не заметят.

Зато для Лизельды даже несколько штук станут настоящим сокровищем! Ей снова пришлось сделать над собой усилие, чтобы злорадно не рассмеяться. Она уже видела лицо своего бывшего профессора — надменного Ильсана Мондьера с вечно приподнятой бровью. Видела, как он морщится, узнав, что у неё есть то, чего он не смог добыть за всю жизнь.

О, как он пожалеет, что отверг её. Как будет кусать локти, вспоминая свои слова, полные безразличия. Он смотрел на неё как на глупую импульсивную девчонку, которая не стоит его внимания, но каким станет его взгляд, когда она покажет ему семена или лучше первые всходы Тени-Сердца. В её воображении он рвал на голове волосы от досады, восклицая: “Каким же я был глупцом и слепцом! Почему не разглядел в вас этот талант, эту страсть, эту красоту!”

Громкий щелчок вернул её в реальность. В двери начал прокручиваться ключ. Лизельда едва успела метнуться в сторону и спрятаться в густых зарослях алоказии. Сердце колотилось, она затаила дыхание.

Поль вышел первым, за ним — Натали. Они разговаривали, но слов Лизельда уже не различала. Они заперли дверь и, не оглядываясь, направились к выходу из оранжереи. Когда звуки шагов стихли, Лизельда выдохнула с облегчением — обошлось, её не заметили.

Она выждала ещё немного, а потом вышла из укрытия. Подошла к двери и внимательно осмотрела замок. Надёжный.

Она хмыкнула.

Ничего. Гризельда знает одного мастера, который может сделать отмычку для любого замка. Сестрица рассказывала, что однажды по просьбе некоего герцога он вскрыл сейф с драгоценностями другого герцога — его брата. Семейные разборки. Пора и родственникам Лизельды поделиться с ней своими сокровищами.

Она погладила ладонью холодный металл и улыбнулась. В голове уже созрел план действий.

Натали уже переоделась к завтраку — стояла у зеркала, поправляя воротничок, когда в комнату явилась Виола. Вся свежая, румяная и таинственная.

— Что я тебе расскажу! — заинтриговала она. — Что расскажу! Но сначала ты. Я со вчерашнего вечера в нетерпении. Что там с тайником, на который указал Морти?

Она устроилась в кресле, демонстрируя, что готова слушать.

Натали со всеми подробностями поведала о статуях грифонов, о трёх ключах и трёх тайных дверях, которые они отпирали. А вот что было за дверьми, рассказать, к сожалению не могла. Подземная лаборатория Августина — это не её тайна.

— Там не сокровища, а скорее старинный архив с важными знаниями, — закончила она. — Надеюсь, позже Поль сам расскажет остальные подробности.

Виола слушала, затаив дыхание.

— Мне даже сразу в голову не приходит, в каком романе было бы хоть что-то подобное. Чтобы в одном поместье сразу столько тайн! Разве что в книге “Последняя сто одиннадцатая загадка старого графа”. Там граф устроил конкурс невест для своего сына, и только одна единственная мадмуазель смогла пройти все сто одиннадцать испытаний.

— Сто одиннадцать? Сколько ей к тому времени стукнуло лет? — рассмеялась Натали. И раз уж у них невольно сменилась тема, напомнила: — Ты тоже что-то хотела мне рассказать.

— Хотела! О нашем с Антуаном дежурстве на водонапорной башне. Сначала всё шло спокойно. Мы беседовали, угощались пирогами… но я всё равно сохраняла бдительность, — с нотками гордости уточнила Виола, — и вдруг заметила какой-то силуэт, который неспешно двигался по аллее возле оранжереи.

— Возле оранжереи? — заинтересовалась Натали.

— Да. Мы с Антуаном решили проверить, кто это. Быстро спустились с башни, добежали до оранжереи, а силуэта и след простыл.

— Как? Совсем?

— Совсем, — потусторонним шёпотом подтвердила Виола. — Он будто сквозь землю провалился.

— Кто это мог быть? Вы его рассмотрели?

— Он был в плаще с капюшоном. Лица не видно. Но походка как у пожилого человека. Мы с Антуаном подумали: может, Огюстен? Но я сегодня уже говорила с ним. Он заверил, что ночью на прогулку не выходил.

Рассказ Виолы показался Натали очень загадочным. Они ведь с Полем сегодняшней ночью тоже столкнулись с чем-то подобным. Они слышали звуки шагов перед тем, как зайти в лабораторию Августина. Зашли — а там никого и нет. Что если эти шаги и этот силуэт как-то связаны?

— Я думаю, это оно, — таинственным шёпотом произнесла Виола.

— Оно?

— Из легенды Огюстена… Эфемерная сущность Вальмонта. Лёгкая дымка во мраке. Возможно, дух. А может — страж…

Улыбка Натали вышла скептической. Она уже выдвигала такую версию Полю, но тот ответил, что было бы слишком просто списать все таинственные события на дух из легенды.

— Как бы то ни было, — Виоле вернулся её обычный живой тембр голоса, — сегодняшней ночью мы с Антуаном снова отправляемся на дежурство.

— Вторую ночь подряд? — удивилась Натали.

— Должны же мы разгадать загадку появляющегося и исчезающего силуэта, — резонно объяснила Виола.

Теперь улыбка Натали вышла ироничной. Дело, конечно же, не только в таинственном силуэте.

Полю нравилось, какая атмосфера царила в обеденном зале — лёгкая и весёлая. А могло бы быть ещё “веселее”, если бы на завтрак явился Себастьян и начал ухаживания за Изабель. Милая кузина показала бы ему свой “ангельский” нрав. Но Себастьян после долгой дороги и двух бессонных ночей отдыхал. Ему ещё сегодня вечером поражать Вальмонт игрой на фортепиано.

Поль откинулся на спинку кресла и посмотрел на Натали. В который раз. Обычно его долгие настойчивые взгляды её смущали, но не сегодня. Сегодня её глаза блестели особым заговорщическим блеском, ложка в йогурт вонзалась с нехарактерной для неё прытью. Что-то явно назревало. Казалось, она хочет сообщить ему нечто архиважное. Поль был настолько заинтригован, что никак не мог дождаться окончания завтрака.

И вот, наконец, чай был допит, и насытившиеся обитатели Вальмонта встали из-за стола. Никогда ещё такого не бывало, но Натали настойчиво, если не сказать требовательно, пригласила Поля к себе. Сгорая от любопытства, он проследовал за ней в комнату.

— Приготовьтесь удивиться, — предупредила она.

Это были в точности те слова, которыми обычно Поль интриговал свою любопытную супругу, но сегодня она вернула ему их.

— Уже, — признался он.

С торжествующей улыбкой Натали произнесла:

— Сегодня утром я получила вот это.

И протянула Полю...

Фуражку.

С кружевным козырьком и омолаживающим эффектом.

Которая увеличивает точность стрельбы в три раза

Интрига удалась. Он опешил, потом рассмеялся.