4. Сексту Помпею[505] Столько южных туч не накопит день ни единый, Чтоб непрерывным вода с неба потоком лилась. Места нет, бесплодного столь, чтобы с чертополохом Не произрос на нем и благодатный побег, 5 Зло никогда не создаст судьба таким беспросветным, Чтобы и радость порой горе смягчить не могла. Вот я отчизны лишен и родных, обломок крушенья, Пригнанный волей волн к берегу гетской земли, — Но довелось и мне на челе расправить морщины 10 И позабыть хоть на час неблагосклонность судьбы. Было: когда, одинок, я по желтому брел лукоморью, Слышен стал за спиной словно бы шорох крыла. Я оглянулся: глаз ничего не видит живого, Но уловило в тиши ухо такие слова: 15 «Вот я, Молва, прихожу, одолев воздушной стезею Неизмеримую даль, с радостной вестью к тебе. Счастьем чреват наступающий год, ибо консулом станет Секст Помпей — из друзей самый тебе дорогой». Молвила и унеслась богиня — веселье и радость, 20 Как и Понтийской земле, всем подарить племенам. Мне же, едва печаль отступила пред светом надежды, Стал этот гиблый край словно не так уж суров. Только, Двуликий [506], дверь распахнешь ты для долгого года — И пред твоим январем хмурый отступит декабрь,— 25 Высшей чести знак, багряница оденет Помпея, Чтобы почетный долг был им уплачен сполна. Я словно вижу: толпой переполнен дом до отказа, Тесно в прихожей; иным в давке намяли бока; Первым долгом путь ты держишь в Тарпейские храмы [507] — 30 И преклонили слух боги к обетам твоим. Вижу, как снег, белы, фалерийского луга питомцы, Клонят послушно быки выю под верный топор. Всех ты равно почитаешь богов, но Юпитер и Цезарь — Милости этих двоих молишь ты прежде всего. 35 В курию входишь. Сенат по обычаю созван, и ловят Каждое слово твое с жадным вниманьем отцы. Речью когда ты их слух ублажил, когда увенчался, Как подобает, благим предуказанием день И благодарствие ты вознес всевышним, а с ними 40 Цезарю (он и впредь это заслужит не раз), — Тут, во главе отцов, к своему ты прошествуешь дому — Только вместит ли дом всех, кто спешит на поклон? Горе! И в этой толпе меня в тот час не увидят — Мне не дано усладить зрелищем этим глаза. 45 Что ж! Не зеницами глаз, очами души нагляжусь я: Консула лик своего как не увидеть душе! Боги бы дали, чтоб ты наше имя хоть мельком припомнил И проронил: «Увы! как ему там, бедняку?» А уж дойдут до меня такие слова, я признаю: 50 Менее тяжким теперь стало изгнание нам. 5. Сексту Помпею[508]
В путь, двустишья, в путь! На суд изощренного слуха Наши несите слова — будет им консул внимать. Долог путь, и шагать по нему не на равных стопах вам, Зимнее время стоит, в снежном покрове земля. 5 Фракию вам пересечь студеную, в тучи ушедший [509]Гем, да еще одолеть вод ионических ширь. Все ж на десятый день, не поздней, вы в Город державный Вступите, даже когда б странствовали не спеша. В Рим войдя, направьтесь тотчас к Помпееву дому — 10 К форуму Августа он ближе всех прочих стоит. Спросит ли кто в толпе, как ведется, откуда и кто вы, Лучше назваться бы вам именем ложным в ответ. Пусть, как думать хочу, и открыться ничуть не опасно, Только надежней обман убережет от беды. 15 Вот вы дошли наконец до порога — но просто ли будет С консулом свидеться вам с глазу на глаз без помех? Или он, в кресле воссев [510] узорном, кости слоновой, Правит, блюдя закон, между квиритами суд, Или под сенью копья [511] с торгов откупа раздает он, 20 Зорко следя, чтоб ущерб Городу не потерпеть. Или дела, какие решать только консул достоин, Он вершит средь отцов, созванных в Юлиев храм. Или с приветом спешит он к Августу с сыном и просит Их наставленья в делах, мало знакомых пока. 25 Если останется час — он Германику Цезарю отдан [512], Чтимому выше всех после великих богов. Только на отдых склонясь после стольких дел, дружелюбно Руку протянет он вам, спросит, быть может, о том, Как я на свете живу, родитель ваш, и на это 30 Я вам такие слова препоручаю сказать: «Жив он и помнит всегда, что жизнью, которую кроткий Цезарь ему подарил, ныне обязан тебе. Он неустанно твердит, что к месту изгнанья дорогу В варварских ты краях обезопасил ему: 35 Теплой крови его если меч не отведал бистонский, Статься тому не дала только забота твоя; Что одарил ты его всем потребным для пропитанья, Чтобы в пути своего он не растратил добра. А в благодарность за все, чем одолжен тобой, он клянется 40 Быть твоим рабом до истечения дней. Прежде сени дерев лишатся горные склоны, Морем не станут летать на парусах корабли, Или к истокам вспять побегут многоводные реки, Чем истощится, поверь, в нем благодарность тебе». 45 Молвив, просите его, чтоб берег он данный однажды Дар. Эта просьба моя — вашего странствия цель. 6. Бруту[513]
Брут, читай письмо, из такого пришедшее места, Где бы Назону никак ты не желал проживать. Ты не желал, но желала судьба на горе поэту: Воля ее, увы, весче молений твоих. 5 В Скифии мной прожита пятилетняя олимпиада [514], Новым пяти годам время отсчет повело. Все на своем Фортуна стоит в упрямом коварстве, Нам, отвергая обет, вечно препоны чинит. Был ты, Ма́ксим, готов, рода Фабиев гордость и слава, 10 К Августу богу воззвать в истой мольбе обо мне: Умер ты, слов не сказав, и, все мне кажется, Максим Умер ты из-за меня (точно я стою того!) О вызволенье просить никого теперь не посмею, Самая помощь, увы, смертью твоей сражена. 15 Август клонился уже простить вину заблужденья: Мир он покинул земной, с ним и надежда ушла. Издалека, мой Брут, я о нем, небожителе новом, Песнь, какую сумел, вам на прочтенье послал. Благочестивый порыв да послужит ко благу: положит 20 Бедам предел и смягчит дома священного гнев. Брут, поклясться могу, что небо ты молишь о том же, По безошибочным мной признакам узнанный друг! С искренней пусть ты и раньше ко мне любовью тянулся, Но в мой превратный час эта окрепла любовь. 25 Видел бы кто, как с моими твои сливаются слезы, Верно решил бы, что нас кара постигла двоих. Ты по природе, Брут, сострадателен, и ни единый Сердцем, добрей твоего, не наделен человек, Кто речей твоих мощь не узнал, едва ли поверит, 30 Как смертоносно разишь в битвах на форуме ты. Чудом в одной груди ужились два враждующих свойства: Мягкость перед мольбой и нетерпимость к вине. Если ты взял на себя защиту строгого права, Каждое слово твое словно бы яд напитал. 35 Пусть на себе изведает враг твой яростный натиск, Всю остроту языка, меткость язвительных стрел. Так умеешь ты их отточить — никто не представит, Что по природе души кроток ты и незлобив. А разглядишь, что судьбой человек обижен безвинно, 40 Всякую женщину тут ты превзойдешь добротой. Это особенно я ощутил, когда близкие стали Даже знакомство со мной наперебой отрицать. Тех я забыл, но вас, дорогие, вовек не забуду, Вас, кто заботой своей бедствие мне облегчил. 45 Раньше Истр (слишком близкий к нам) от Евксинского моря Бег направит назад к дальним истокам своим; Раньше, словно узрев Фиестово пиршество [515], Солнце Вспять колесницу свою к водам Зари повернет, Нежели кто-то из вас, о моем горевавших изгнанье, 50 Скажет, что я друзей, неблагодарный, забыл. вернуться На вступление в консульство. Стихотворение написано в 13 г. и изображает вступление Помпея в должность консула 1 января 14 г. вернуться тарпейские храмы — храм Юпитера Капитолийского, где совершалось жертвоприношение при вступлении в должность новых консулов. В жертву приносились быки, вскормленные в Фалериях, к северу от Рима, где вода источника Клитумна будто бы придавала им белый цвет. вернуться На вступление в консульство. Стихотворение написано в 14 г., уже после вступления Секста в консульство. Центральная часть его (15—26) представляет собой описание консульских забот Секста. вернуться Путь стихотворения повторяет в обратном направлении путь поэта, ср. «Скорбные элегии», I, 10. вернуться …в кресле воссев… — курульное кресло, украшенное слоновой костью, — знак консульской должности. вернуться …под сенью копья… — копье, воткнутое в землю, было старинным знаком того, что консул находится при исполнении обязанностей. вернуться …Германику Цезарю отдан… — Германик в 14 г. находился при войсках на германской границе, но Овидий об этом не знал. вернуться На смерть Августа и Фабия Максима. Август умер 19 августа 14 г., Павел Фабий Максим — незадолго до того. Послание Овидия написано зимой 14—15 гг. вместе со стихотворением на посмертное обожествление Августа (ст. 18, ср. «Письма с Понта», IV, 9, 131), до нас не дошедшим. вернуться пятилетняя олимпиада — см. прим. к «Скорбным элегиям», IV, 10, 96. вернуться Фиестово пиршество — см. прим. к «Скорбным элегиям», II, 383—408. |
