Становится немного легче от её поддержки. К тому же умозаключение Миши совпало с моим. Я тоже считала, что Змей – это кто-то из моего окружения. Он прятал своё лицо, его хорошо знал Антон. Дожать бы друга и узнать у него правду, только Тоха в таких вопросах не сгибаемый, он не выдаёт чужие секреты.

– Его голос был мне не знаком. – размышляю вслух. – Он был очень взрослым и безжизненным.

– Уверена? Адреналин мог исказить твоё восприятие. – Мишель подхватывает. По тому, как она цепляется за версию, я решаю, что подруга тоже уверена в том, что Змей знаком мне. – Знаешь, я слышала от Степана, когда мы были в офисе твоих друзей, что они занимаются разработкой приложения, меняющего голос. Он показывал мне, как оно работает. Степан вводил текст и приложение само воспроизводило текст выбранным голосом. Может, этот Змей использовал это приложение?

Выпрямляюсь.

Змей всегда отвечал односложно. Говорил неторопливо и без интонации, всегда выдерживал паузу. Это похоже на правду. Только я не видела никого света от телефона.

– Может быть. – бормочу я, испытывая воодушевление.

– Я попробую завтра съездить к Степану и поспрашивать у него про Змея. – предлагает Мишель.

ХХХ

– Выглядишь неважно. – Сергей в прямом и переносном смысле ловит меня на кухне, не позволяя покинуть её, преграждает путь. – Что происходит с тобой?

После разговора с Мишель мне удалось немного поспать, но этого не хватило, чтобы полноценно отдохнуть. Выглядела я и вправду усталой.

– С каких пор тебя волнует моё состояние? – Сводный всегда готов был закопать меня заживо. Он ненавидел меня, презирал и жаждал открутить голову. Теперь же он был любезен и мил со мной. – Братик?

Сергей, как и всегда, когда я называю его братом, морщится. Ему не нравится, когда я напоминаю ему о нашей родственной связи. Как я уже поняла, Сергей не любил мою маму и её брак с его отцом – не очень радовал, но Сводный терпел их брак. И вместе со всем, терпел и меня.

– Ты выглядишь неважно. Не спала всю ночь, расхаживала по двору как психбольная. – Он игнорирует мой вопрос, настаивая на своём. Мне действительно плохо спалось всю ночь, я постоянно крутила в голове встречу со Змеем, разбирая её на атомы и пытаясь найти зацепки.

– Следишь за мной?

– Трудно не обратить внимание на фигуру, снующую из стороны в сторону во дворе под окнами.

– Не переживай за меня, со мной всё хорошо. – пытаюсь обойти Сергея, но он делает шаг в сторону и не даёт пройти. Наклоняется к самому уху и говорит так тихо, чтобы его могла услышать только я: Василиса, что ты задумала? Подложила подругу под отца, зачем?

– Ты о чём? – делаю старательно вид, что не понимаю про что он говорит. Нужно до последнего строить из себя дурочку, Мишель говорит – это помогает по жизни. Быть дурочкой.

– Отец стал встречаться с твоей подругой, он ездит к ней на квартиру и ночует у неё, игнорируя претензии твоей матери. – Мишель не говорила, что отчим ночевал у неё вчера. Я искренне удивляюсь, надеясь, что Сергей ошибается или Миша просто не успела мне рассказать вчера новость. – Ты не знала? У отца и раньше были интрижки, он далеко не святой, но впервые он кладёт толстый болт на твою мать.

Мне плевать на отношения матери и отчима, но не могу скрыть удивления. Сколько людей следят за отчимом?

– Это их дело.

– Знаю, тебе не жалко Светлану, но просто для информации, вдруг будет интересно… Их брачный контракт не предусматривает никакого выходного пособия для твоей мамы. Если они разведутся, она останется с голой жопой на улице. Жестоко даже для неё. – Не знаю, зачем Сергей рассказывает это всё мне.

– Часть недвижимости и активов отца должны были отойти к маме. – Отец был состоятельнее Бориса в своё время. После его смерти мама получила всё, что не разобрали на части его конкуренты. Точнее, всё, что не успел Борис отхапать себе после того, как убил отца.

– Да, но Светлана отписала всё на моего отца в первый год брака. – Это тоже стало для меня открытием. Я никогда не была высокого мнения о маме, но не знала, что она такая дура. – Согласен, не дальновидно, учитывая условия их брака, но это чистая правда. Не знаю, почему они так сделали, но понимаю, почему Света так нервничает. Она понимает, что может оказаться в любой момент на улице без гроша. Думаешь, папа отсыпет ей хотя бы чуть-чуть денег? Конечно, нет. На что она готова, чтобы защитить свою жопу?

Сводный открыто намекал, что мама может причинить вред Мишель, чтобы защитить свой брак с отчимом. Благодарно киваю ему, нужно переговорить с подругой, предупредить и вытащить из того, во что я втянула её.

– Отзови подругу. – на прощание бросает Сводный, отпуская меня. – Пусть оставит отца в покое.

Нужно поговорить с Мишель вечером.

А пока я заскакиваю в машину и еду в центр, чтобы увидеться с друзьями и разобраться в некоторый интересующих меня вопросах. Сначала звоню Антону из машины, чтобы узнать новый адрес Ярослава. Нам нужно было поговорить с Годзиллой, разобраться в конфликте, и я хотела убедиться, что он не Змей.

– Скажи мне адрес брата. – прошу друга, не приветствуя его. Меня сжирает нетерпение. Если Антон решит воспротивиться, приеду в его крутой офис и сдеру кожу с его задницы.

– Привет, Василиса. Скину по смс сейчас. – Антон обходится без лишних вопросов.

– Не спросишь меня, зачем мне адрес Яра?

– А нужно?

– Жду адрес. – решаю не мучить друга, он не несёт ответственности за своего брата.

Когда Антон сбрасывает мне адрес от квартиры Годзиллы, я меняю пункт прибытия в приложении такси. Хотелось разбудить Ярослава и задать ему жару. Если он Змей, то поймать его с поличным.

Годзилла купил квартиру в центре в элитном жилищном комплексе. Я снова задалась вопросом, откуда у него деньги на всю эту роскошь? Чем он вообще занимается?

Из его подъезда выходила милая девушка с собакой и мне удалось заскочить внутрь, я быстро забежала в лифт и нажала нужный этаж. В дверь я стала стучать кулаками, желая увидеть Ярослава поскорее. Было всего восемь утра и Яр точно спал в это время. Он не успеет придумать легенду для своего вранья. Колочу ногами, требуя поскорее открыть мне дверь, не задумываясь, что могу побеспокоить соседей.

– Василиса? – друг открыл дверь через десять минут. Он был в одних трусах, обтягивающих его вызывающе выпирающее хозяйство. – Какими судьбами?

Я не ожидала застать его в неглиже. У меня приоткрывается рот, и я глупо разглядываю совершенное тело старого друга. Годзилла и вправду Годзилла. Везде.

Яр насмешливо захлопывает рот указательным пальцем. Щелчок зубов приводит меня в себя.

– Не пригласишь к себе? – хочу проскользнуть в квартиру, но Яр хватает меня за плечо и не пускает. Его отказ пустить меня задевает. Он выходит на площадку босиком и закрывает за собой дверь. – Нам нужно поговорить.

– Я не один. – Годзилла говорит со мной надменно как с нашкодившим ребёнком. Он скрещивает руки на груди. Невольно скольжу глазами по его татуировкам. Замысловатые. Хитрые. Не могу разобрать картинку, она интригует. Хочется посмотреть их поближе.

– Твой друг нам не помешает. Разговор очень важный. – заставляю себя отлипнуть от его рук и посмотреть в глаза. Ярослав в ответ хрипло смеётся, стирая с моего лица уверенность. Покрываюсь пятнами, делая открытие. Сердце перестаёт биться. У Годзилла там женщина. Он голый, потому что трахался с кем-то там до моего прихода.

Щеки начинают пылать от смеси смущения и праведного гнева. Быстро он забыл о своих намерениях. Бабник. Потаскун.

Делаю рывок вперёд, ударяя ногой по двери. Хочу посмотреть на его очередную шлюшку и рассказать ей, что ебарь её не постоянен в выборе и обязательно кинет её, как и всех предыдущих.

– Пусти меня! – рычу как дикая рысь, царапая ногтями бронированную дверь. – Хочу рассказать твоей шлюхе с кем она трахается!

– Успокойся, Вася. Веди себя прилично. – шипит Яр и ловит меня под мышки, зажимает, не позволяя прорваться в квартиру. Мои ноги отрываются от земли, я глупо вешу в воздухе, барахтаясь на месте. – Не стоит ревновать, мы друзья и ничего больше. Между нами же ничего нет?