Однако, мне стало резко интересно другое. Сейчас верхняя ее пара глаз была закрыта, а смотрела на пламя она лишь нижней парой. Может ли ее мозг работать примерно как у нерпы? Вроде виды совершенно разные.

— Ренгу, — прошептал я, садясь в кресло, — ты спишь?

— Ренгу спит и не спит. — Ответила мне птица и вздрогнула, распушив перья посильнее.

Что ж, вряд ли она объяснит мне, как работает ее организм, но кое-какие аналогии я все же провел. Решив не мучить дозорного, я вынул из инвентаря свои письменные принадлежности и принялся записывать.

Пункт первый. Место для шахты. Склоны у нас тут хоть и пологие, но сплошь с острыми зубьями, так что делать нечто вроде зиплайна или фуникулёра не получится. Во-первых, рельеф не тот, а во-вторых — это небезопасно с точки зрения обороны. Нужна вертикальная шахта, а это автоматически означало, что для навыка элементарного разложения в скором времени прибавиться огромная куча работы.

Легкой ноткой подступающей паники в сознании отозвалась мысль о том, что мы скорее всего на вулкане, и докопаться до чёртовой магмы было бы невесело, но я себя успокоил. Она скорее всего сильно глубже, чем уровень нуля, который я принял на равнине вместо уровня моря в реальном мире.

Пункт второй. Материалы. Нам потребуется масса веревок. Десятки, нет, даже сотни метров. А это работа уже для упрочнения. Полагаю, пока лягушонок эти веревки вяжет, а делает он это по семьдесят метров за четыре часа, только на изготовление веревок уйдет несколько дней. Почему именно так? Скромно прикинув, я считаю, что нам потребуется около двух километров веревок. Прочных, длинных, способных выдержать около полутонны веса.

Пункт третий. Ювелирная работа. Мне потребуются вещи, о существовании и работе которых я только наслышан. Мне нужен шкив, полиспаст парой, противовес и балласт. Также мне нужна система отвода воды по запросу, например по форме заслонки, но это я полагал самой простой задачей, которую можно будет реализовать между делом.

Казалось бы — всего три пункта, но это будет самая технологичная штуковина во всем этом «новом мире». И пока остальные будут бегать в труселях с начесом, у меня будет лифт. Грузовой, пассажирский, какой захотим.

Завершив записи, я все же решил пойти спать. Гениальная мысль была записана и взвешена, значит, можно вступать в следующий день. И, что характерно, вырубился я почти моментально, стоило мне залезть в спальник.

К утру мозг прояснился, и первым, что я ощутил, стоило мне разлепить глаза — было давление того груза, который мне предстоит. Это ж сколько работы! Как это все воплотить в жизнь! Но, справедливости ради, крупных проектов я никогда не боялся и смотрел на них как на вызов и возможность, а не тяжелую, неудобную ношу. Да только у меня всегда были для этого ресурсы, теплый офис, кресло и чертовы печеньки. Сейчас их нет. Как и интернета впрочем. Придется выуживать из памяти обрывки знаний по кусочкам. Хорошо хоть, что я всегда был любознательным и в одно время часто зависал на онлайн энциклопедиях, раз за разом тыкая в кнопку «случайная статья» — так что уж чего, а обрывочных знаний у меня хватает. Осталось соединить их воедино.

Проснулся сегодня я не самым первым, и когда покинул ячейку, уже видел за пределами пещер Варю — она пыталась отстирать свою мантию в дальней части ванн, в последней из двенадцати. Решив, что пока спят остальные, спешка ни к чему, я направился к ней.

— Привет. — Поздоровался я в нескольких шагах.

— Привет. — Обернулась девушка, полностью нагая, но прикрытая меховой накидкой. — Скинь в кучу свои шмотки, которым нужна стирка, я постираю.

— Да я и сам могу… — Ей удалось меня смутить.

— Давай-ка ты не будешь вот это вот все разводить, и просто отдашь мне свои вещи, лады? У тебя наверняка забот по горло, а на твою мантию без слез уже не взглянешь. От вони. — Карикатурно фыркнула она. — Тем более, у нас тут если ты не заметил, средневековье. На мужиках тяжелая работа, на женщинах та, что полегче. Про феминизм забываем.

Так получилось, что вещей у меня набралось прилично, и часть из них мне не принадлежала. Вернее, никому уже не принадлежала, это результат мародерства в лагере греллинов. Однако, тогда мне удалось убедить себя в том, что одежда — очень ценный и трудно восполнимый ресурс, и пренебрегать им, пусть и снятым с трупов, по меньшей мере глупо.

Стиркой я как-то, признаться, не озаботился, но не потому, что вонючка по натуре, а скорее из-за постоянного движения. Вроде, как всегда, находились дела поважнее, а к их завершению я как правило валился с ног. Потому, предложением о помощи я решил воспользоваться. Сразу четыре ячейки в инвентаре освободились под какие-то новые ресурсы.

— Спасибо, Варь. А, кстати, ты чего не спишь в такую рань? Едва-едва светает же. — Решил я поинтересоваться, раз выдалась минутка.

— Умоляю, придумай что-нибудь для шумоизоляции. Мне все время чудится писк какой-то, как будто за стеной, где мы спим, бегает орава крыс. А еще Боря храпит. И Катя… а, хрен с ней, ты и сам наверняка слышал. — Пожаловалась мне на свою тяжелую участь Варя, спящая рядом с ячейкой ребят буквально через стенку.

— Да уж, несладко тебе. — Пространно ответил я. — Попробую что-то придумать.

— Вот уж спасибо. — Ответила магичка, но была она явно не в духе.

— А что за писк? — Вернулся я к той части, что промелькнула сначала незамеченной, но вскоре стала крайне важной.

— Не знаю, — обернулась она на меня и стала отжимать очередную одежку, — помоги, подержи вот здесь, надо сильно выжать.

Я подключился к стирке, но ответа на свой вопрос все равно ждал, о чем и напомнил.

— А, ну пищит что-то. И шкребется, коготками так. И топает. У меня дома две крысы жили, декоративные такие, я вряд ли этот звук с чем-то спутаю. — Объяснилась она.

— Прямо за стенкой, говоришь? — Призадумался я.

— Ага. — Кивнула она.

— В остальном, — перевел я тему, — как тебе вторая ночь?

— Как на курорте. — Ответила она. — Есть пара идей, как сделать еще лучше, но это мы с девчонками сами.

— Сами? Нисколько не сомневаюсь в вашей самостоятельности, но… — Я удивился подобному раскладу.

— Лизка-то оказалась способной ученицей. Пришла, пожаловалась вчера на месячные, предложила пару вариантов, посовещалась. Ну, короче мы вчера прокладок на всех наделали. Ты-то о таком и не думаешь, а нам вот вообще не весело.

— Так вот за каким фигом вам нужна была целлюлоза, те тряпочки и коалиновая мука! — Хлопнул я себя по лбу. — Спасибо, что рассказала.

— Фигня. Тебя Ренгу искала, кстати. — Кивнула она на уступ над самой большой термальной чашей.

— Не говорила, зачем?

Варя отрицательно покачала головой, потому я, слегка удивленный услышанным про возвращение персонального женского комфорта девушкам с помощью Лизы, потопал в сторону ванн.

— Голодная! Мя-я-ясо! — Рычала и клокотала на меня пернатая.

— Мы сегодня пойдем вниз, Ренгу. Тебя оставим тут, присматривать за лагерем и защищать его. Вернемся и принесем еды. — Объяснил я максимально доступно и не торопясь.

— Поторопись, Ма-аааа-рк! — Особенно сильно она протянула гласную.

Лягушонка я напряг вязать веревки через десять минут после того, как проснулся. Однако, проблема была в том, что почти всю растительность, которую можно назвать условно бесполезной, мы извели, а веревок всего сто метров. Сейчас нам не то, что на лифт не хватает, а даже сплести сеть, чтобы заблокировать холодный воздух извне пещер.

Надо собирать экспедицию. Причем, судя по всему, в лагере останется только Лиза и Ренгу, и им придется тут самим как-то обходиться. Не уверен, что мы очень надолго, но меня действительно пугает многочасовой спуск и подъем.

Сто метров веревок. А с чего я вообще взял, что их столько? Мысленно посчитал скорость плетения? Ерунда, мне нужна точная цифра. Займусь этим.

Взяв довольно увесистый моток, я наложил на него заклинание упрочнения и закинул в инвентарь. Сработало, веревки получили описание и прочность, что означало, что они теперь крепки, как никогда. Перепроверил — на растяжение вообще ноль реакции. Хотя сил я приложил немало.